Дай мне развод (СИ)

Шаг — резкий. Сегодня он весь на нервах, вы посмотрите! Явно что-то пошло не по его плану, и меня это от души радует. Так то! Будешь знать, каково это, когда тебя носом в собственное дерьмо макают. Надеюсь, это больно.
А теперь поговорим, да?
- Я знаю, что ты видела.
Только через пару светофоров Ильяс открывает свой рот — я отворачиваюсь, сжав руки на груди.
- Видела. Мог бы предупредить, так что спасибо, что "сделал" это.
- Так не должно было быть! - бьет по рулю и рычит яростней, - Твою мать! Чертова сука!
Я слушаю истерику супруга с каким-то холодным безразличием. Меланхолично, скажем так.
Жалкое зрелище, если честно. Кого он винит? Пусть в зеркало заглянет, что я ему и советую сделать.
- Прежде чем винить кого-то, взгляни на себя в зеркало.
- Дарина, закрой рот…
Предупреждающе, но мне опять же плевать. Я тихо усмехаюсь и закатываю глаза, сжимаю себя потеснее и хмыкаю.
- Правда глаза колет?
- Да какая на хер правда, а?! МЫ С НЕЙ ДОГОВОРИЛИСЬ!
- А ты со всеми договариваешься! - повышаю голос в ответ, метко стреляя глазами, - Только, судя по всему, херовый из тебя переговорщик! И не ори на меня! Я не разводила дерьмо! Сам заварил эту кашу, расхлебывай теперь последствия!
Ильяс отвечает мне гневно, но через мгновение вдруг смягчается, опускает взгляд и пару раз кивает.
- Ты права. Прости меня. За все…
Бог простит.
Отворачиваюсь, но в меня снова летит реплика:
- Я не предупредил, потому что разбил телефон.
- Поздравляю. Надеюсь, что секс с ней всего этого стоил.
Больше мы не говорили. Если честно, то мне нечего сказать то по факту. Смысла — ноль. Выразить свои эмоции? Так опять же: смысла ноль. Единственное, я очень надеюсь, что сегодня вечером все кончится раз и навсегда.
Развод…черт, какое приятное на вкус слово. Звучит «высоко» и свежо, как такая желанная для меня свобода.
Я о ней только и мечтаю, пока сижу в гостиной и наблюдаю, как отец Ильяса наматывает круги. Он просто в бешенстве! На Ильяса почти не смотрит. Вообще, если честно, то Магомед Ахматович хороший человек. Строгих взглядов и порядков, но не жестокий, и ко мне всегда относился лояльно. Действительно. Не раз за все время нашего знакомства, он не позволил себе отнестись ко мне неуважительно или грубо — всегда с почтением. Ни тепло, ни холодно, но с почтением, и на том спасибо. А вот к Ильясу отец всегда относился жестко. Он от него многого требовал и ждал, иногда даже слишком многого, поэтому за такую ошибку, как сегодня, по головке супруга точно не погладят…
- Как можно было быть таким идиотом?! - громыхает, - Как ты мог, Ильяс?!
Ильяс сидит и смотрит в пол. Я знаю, что его тоже волнует все то, что произошло. Супруг безумно уважает своего родителя и боится его подвести — факт. Факт для меня поприятнее — он его подвел очень сильно. Так тебе и надо. Огребай!
Ре-пу-та-ция.
Бам! И лопнула, и нет ее! Так тебе и надо, козел! Шиплю одной своей гадкой стороной, а вторая его жалеет. Ну и дура ты, Дарина, только вот иначе не могу. Я же вижу, как ему сейчас тяжело. Сто процентов он такой подставы не ожидал. Мда…жаль и «так тебе и надо» странно сочетается в моей голове: я то ухмыляюсь, то глаза туплю. Надеюсь, что не заработаю раздвоении личности по итогу…
- Магомед, успокойся…
Зайнап — мать Ильяса, — мягко тянет мужа за руку и мотает головой.
- Успокойся, тебе нельзя так нервничать.
- Зай, ну посмотри! Посмотри, что пишут! Кем его выставили?! Каким-то...развратником и...и...!
Магомед Ахматович истерично размахивает телефоном, на что жена дарит ему нежную улыбку и мотает головой.
- Ну и что? Пусть пишут. Надо просто придумать, как нам действовать дальше. Сядь и успокойся. Выпей.
Мне всегда нравилось наблюдать за отношениями родителей Ильяса, если честно. Отец — спокойный, но вулкан, если докопаться, а мать обычно, как пчелка, но в такие моменты становится тихой, размеренной рекой. Мягкой. Податливой и ласковой. Способной успокоить и направить…
Ага. Сейчас будет второе. Зайнап переводит взгляд на нас с мужем и слегка прищуривается.
 
- Это был безумно глупый поступок, Ильяс. Ты меня разочаровал. А еще, думаю, что ты очень разочаровал свою жену, - взгляд на меня, от которого мне становится неловко, и я туплю свой, - Дарина не заслужила такого отношения.
- Знаю. Я уже извинился, но готов сделать это снова.
Господи, да кому нужны твои извинения?! Вздыхаю, еле подавляю цык, но двигаюсь от него подальше — не хочу быть рядом. Думаю, что такое поведение Зайнап вряд ли оценила: она считает, что своего мужчину нужно поддерживать и беречь в любой ситуации, как истинно-восточная женщина. Даже если он тебе нож в спину вставил до основания — сиди рядом, обнимай его и жалей. Да пошел он! Вот как я считаю, показывая это самое отношение всем своим видом. Не верю, что она этого не понимает, однако решает не заострять внимание. Сейчас, по крайней мере.
- Нам нужно придумать, как действовать. Мое предложение простое: Ильяс принесет публичные извинения Дарине, покается. Возможно, вам даже лучше разъехаться на время?
- Разъехаться — хорошо, - вступает его отец, - Как вначале было. Разыграем красивую историю любви. Ильяс будет добиваться Дарину, а через какое-то время она публично его простит и…
Я вот слушаю и с каждым словом охреневаю все больше и больше. Мало того что никто не допускает даже мысли о разводе, так еще и…о черт, снова сейчас разрыдаюсь…В начале…все было притворством даже тогда? Они просто «создавали красивую историю»? Ему было плевать? Конечно, было…смотрю со злостью на Ильяса, а он слегка мотает головой, и я вижу, как в глазах рождается понимание…
Пытаешься меня остановить?! Да пошел ты, козел!
- Нет.
- Дарина…
Предостерегающе. Амаевы же замолкают, пока мы с младшим представителем семейства ведем безмолвное сражение за свободу. Он мне: отступи. Я ему маршрут в задницу прокладываю, потом перевожу внимание на его родителей и чеканю.
- Я хочу развода.
Бам! Так то!
- Дарина…
Снова предостережение, но я не отступаю. Стою насмерть, снова разжигая безмолвную войну, которую, правда, перебивает тихо Магомед Аланович.
- Дарина, я понимаю. Мой сын тебя обидел, и ты можешь попросить что угодно…
- Я хочу развода.
- Кроме того. В нашей семье мы не разводимся.
- Значит, это будет впервые. Я не стану с ним жить и плясать под вашу дудку! Хватит!
- Забудь об этом, глупая девчонка! - наконец вмешивается отец, повысив голос, - Мы уже говорили об этом и…
- Не разговаривай с ней так!
Ого. Ильяс рычит резко и очень-очень опасно, так что отец вмиг сдувается. Вижу, как прихвостень номер один, он мечтал выслужиться, а тут на тебе: газеткой по морде получил — и хорошо, и в угол.
Так то!
Но с чего вдруг Ильяс за меня заступается?!
- Думаешь, что, заступаясь за меня, заставишь передумать?! - шиплю, супруг щурится.
- Никто не будет общаться с тобой неуважительно, потому что ты моя жена. Так и будет.
- Нет!
- Дарина, я сказал тебе уже все! Никакого развода! Точка!
- Запятая.
Голос дедушки звучит, как гром. Пусть он уже в достаточно преклонном возрасте, он не мешает моментально приковать к себе всеобщее внимание — головы присутствующих резко поворачиваются, когда он заходит в гостиную, а отец даже вскакивает.
- Отец!
- Сядь!
Магомед Ахматович тоже собирается встать, но дед останавливает и его взмахом руки.
- Не надо, я ненадолго.
Взгляд переходит на Ильяса.
- Вам, молодой человек, должно быть известно, что в этой стране, если женщина хочет получить развод — она его получает.
- Не в нашем случае.
- И в вашем тоже. Сделка действительно, пока Дарина не против. Да, сынок?
Амаевы резко смотрят на моего отца, который густо краснеет.
- Судя по всему, этот момент вы с моим сыном не обсуждали, но это значения не имеет. Сегодня после того как я прочитал интересную статью о своей внучке, я встретился с ней и напрямую спросил: чего она хочет? Дарина хочет развода.