Скверные девчонки. Книга 1

— Я хочу попросить тебя выйти за меня замуж.
Ветер подхватил его слова и разнес по всей земле. Дом казался еще величественнее и таинственнее. Джулия не потеряла рассудка, прохлада по-прежнему овевала ее лицо, а земля под ногами была твердой.
Она подумала: «Не меня. Ты должен был найти кого-то лучше меня. Такую же, как ты сам».
Она хотела сказать: «Я не могу выйти за тебя», но проглотила эти опрометчивые слова, как только они готовы были вырваться на волю. Джулия вдруг поняла, что Блисс любит ее, и начала сознавать важность этого. Любовь такого человека, как Александр, вернет ей жизнь. Она станет сильной, пустота исчезнет, и она не будет больше чувствовать себя заброшенным ребенком или плохой девочкой. Ей захотелось ответить взаимностью на его чувство. Она любила его, отчетливо сознавая, что это не имеет ничего общего с ее безумной страстью к Джошу. Сейчас было просто, ясно, удобно и хорошо.
Она чувствовала огромное облегчение, почти счастье. Джулия боялась, что если она пошевелится, все разобьется. Но она подошла к нему. Тревога в его глазах сменилась удовлетворением. Он обнял ее. Ощущение счастья не покидало девушку.
— Да, — сказала Джулия. — Да, если ты действительно этого хочешь.
— Я хочу быть с тобой, — убедил ее Александр. — Я хотел этого с той самой минуты, когда впервые тебя увидел.
Джулия тихо произнесла, глядя ему в глаза:
— Я здесь. Я хочу навсегда остаться здесь рядом с тобой, дорогой.
  
Глава тринадцатая
 
Джулия и Александр обвенчались в маленькой церкви в деревне Леди-Хилл. После церемонии леди Блисс, или Фэй, как она попросила Джулию называть себя, дала прием в галерее Леди-Хилла. Пришли члены семьи, жители деревни и арендаторы. София припомнила, что на ее свадьбе было пять сотен гостей и праздник был под тентом в саду. «Хотя бы мне удалось этого избежать», — подумала Джулия.
Она хотела просто зарегистрировать брак в Лондоне и затем организовать свою вечеринку в клубе. Но Александр и слышать этого не хотел. Он хотел, чтобы они поженились по всем правилам, как заведено в Леди-Хилле, а всю суету вокруг свадьбы свести к минимуму. Джулия согласилась из любви к нему и желания угодить. На ней было пышное платье из белого шелка, и две маленькие кузины из семьи Броквэй были на свадьбе ее подружками.
— Мы можем устроить большой праздник для друзей позже, в Лондоне, правда? — спросила она Александра.
— Конечно, можем, — обещал он. — Но давай сначала поженимся.
Приготовления к свадьбе были скучны, но они были счастливы и влюблены и с удовольствием участвовали во всех ритуалах. Однажды все это закончилось, и Джулия очень плохо запомнила день своей свадьбы. Бетти казалась робкой и испуганной в своем новом костюме-двойке, который был слишком большим и ярким для нее. Вернон почти повис на руке Джулии, когда они проходили между рядов в церкви. На семейной скамье Джулия заметила прямую спину сэра Перси и рядом с ним туманно улыбающуюся Фэй в шляпе. Была там и Чина. Она сидела на полупустой стороне невесты. Ее самообладание таило в себе угрозу, но Джулия отметила, как она довольна, потому что Александр счастлив.
Джулия не сомневалась, что она не в полной мере соответствует идеалу невестки, который создали сэр Перси и вторая леди Блисс. Если бы Александр предоставил им выбор, они не выбрали бы ее. «Разумно предположить, что они постараются превратить меня в нечто более подходящее, — подумала Джулия. — Очевидно, они почувствовали облегчение, когда Александр решил жениться».
Степенно стоя рядом со своим мужем, она слушала скучные речи и страстно желала избавиться от украшенного цветами головного убора, который колол виски. «Могло быть и хуже, — подумала Джулия. — Например, Александр женился бы на Мэтти». Джулия кусала себе губу, чтобы перестать думать об этом. Мэтти выпила уже изрядное количество шампанского и производила фурор среди родственников, собравшихся в конце галереи.
После свадьбы мистер и миссис Блисс улетели в Париж на медовый месяц. Вернувшись, они остановились в квартире Александра на площади Маркхэм. Джулия распаковала свадебные подарки и убрала, насколько могла, холостяцкое жилище. Однажды утром, когда Александр ушел на деловую встречу, она написала письмо Джошуа Фладу: «Я вышла замуж. Разве это не странно? Я все еще думаю о тебе, хотя и очень люблю Александра. Это ненормально, как ты думаешь?»
 
Когда она закончила письмо, то перечитала и порвала. «Все закончилось, — сказала она себе. — Закончилось, как Блик-роуд, квартира на старой площади и безрадостные дни работы в фирме Трессидера. Печаль и чувство потери, незавершенного дела — это часть взросления. Пора научиться жить как все».
Следующее, что она предприняла, это устроилась на работу в отдел редакции престижного журнала, сообщив об опыте работы у Трессидера. Удивительно, но работу она получила. Александр был доволен и горд, и поэтому она сама стала гордиться собой. Постепенно их жизнь начала превращаться в богемную рутину. Александр сочинял музыку и исполнял ее на трубе или рояле. По вечерам они устраивали шумные и продолжительные вечеринки, приглашая своих старых и новых друзей, или посещали джаз-клубы, или сидели, взявшись за руки, в маленьких бистро, а потом торопились домой. Это было счастливое, беззаботное, полное удовольствий время.
— Мне нравится быть замужем, — сказала Джулия Мэтти. — Кто бы мог подумать?
— Ну хотя бы я, — подсказала Мэтти. — Хотела бы я найти кого-нибудь, пусть даже наполовину такого порядочного и милого, как Блисс.
— Ты найдешь, — пообещала Джулия. — Только подожди какое-то время.
Ни одна из них не упомянула о Джимми Проффите.
Примерно через три месяца после свадьбы у отца Александра случился удар. Сначала казалось, что он поправится, но через неделю он умер.
Джулия не поняла, что означает смерть этого старого человека. Ей не пришло в голову, что после похорон, после всех формальностей, связанных с завещанием и разделом наследства, они уже не вернутся в квартиру на площади Маркхэм и прежняя веселая жизнь останется позади.
Александр был нежным, но абсолютно непреклонным на этот счет.
— Мы задержимся здесь ненадолго. Отец умер, и мне надо управлять имением и хозяйством.
Джулия спросила:
— Некоторое время — это сколько?
Александр обнял ее.
— Леди-Хилл — это мой дом. — Он поймал себя на слове и поправился: — Наш дом. Я не могу быть отсутствующим хозяином.
Она уже поняла, в чем дело, но хотела, чтобы он прямо сказал об этом.
— Что это значит?
— Я хочу, чтобы мы жили в Леди-Хилле.
— А как же моя работа, Алекс? Мне нравится то, что я делаю. И я думала, тебе тоже нравится. — Сейчас ей казалось невозможным упустить свой шанс, единственную работу, к которой у нее были призвание и талант.
Александр не ушел от ответа.
— Я считаю, что Леди-Хилл — тоже работа. Для нас обоих. — Он смотрел прямо ей в глаза, с убеждением, что она сделает так, как он просит.
Мужчины вроде Александра Блисса — сэра Александра (а ведь она стала леди Блисс), напомнила она себе, — воспитаны так, чтобы на все получать согласие у своих жен. Фэй, определенно, всегда была согласна. Чина, вероятно, нет. Александр был умным, чувствительным, отзывчивым, были у него и другие достоинства, за которые Джулия полюбила его, но в нем был жив также его отец. Она выпрямилась, готовая бороться с ним.
А потом она вспомнила их первый приезд в Леди-Хилл, когда она увидела Александра, воодушевленного этим тихим мрачным местом, и влюбилась в него. Он сказал ей, что когда-нибудь будет жить здесь. «Когда отец умрет, — сказал он тогда. — Таково условие».
И она одобрила этот договор, приняв его условия. Она даже завидовала происхождению Александра, его корням, раскинувшимся по землям Леди-Хилла. Не было оснований возражать и роптать. Джулии было свойственно схватывать все на лету, и ей понадобилось несколько секунд, чтобы принять решение.
— Да, — согласилась она. — Работа приходит и уходит. Если мы собираемся жить здесь, Александр, нам следует привести это место в порядок.