Жернова. Книга 2 (СИ)
Пожилой мужик в форме, который помогал поднимать Бренна, недовольно скривившись, продолжал с подозрением сверлить взглядом незваных пассажиров, особое внимание уделяя Айви, вернее ее смуглым коленкам в разодранных чулках.
— Вы кто такие? — хмуро спросил он, опять стрельнув глазами на ноги девушки. — Рабы беглые, что ль? Иль злодеи-убийцы, что от правосудия скрываются?
— Мы не порхи и не преступники, — сухо ответил ему Бренн, и повернулся к пилоту, — просто сестру пришлось отбивать у одного благородного урода из Розстейнар, он и обозлился, — соврал он. Если бы не вы…
Рыжий авиатор серьезно кивнул, хмуро сдвинув светлые брови.
— Ну да, ну да… если бы не мы… — прищурился пожилой, и его взгляд, ощупывавший тело Айви, очень не нравился Бренну.
— Знакомимся, — авиатор протянул широкую ладонь, — Рудо Хебер. Пилот транспортного воздушного флота Империи Энрадд. А это штурман наш — Дирк Филан.
Темноволосый штурман обернулся, приветственно подняв ладонь. Бренн назвался, неуверенно пожав крепкие пальцы и замер, увидев на кисти пилота массивные наручные часы с тремя большими колесиками на бронзовом корпусе. Внутри на темном фоне в трех циферблатах двигались толстые и тонкие стрелки.
— Часы с хронографом — полезная штука, — пояснил Рудо Хебер, заметив его взгляд.
— У меня… были похожие — с компасом… — пробормотал Бренн.
— Да ты что?! — с преувеличенным интересом воскликнул рудо, видимо пытаясь разговорить и успокоить его. — Неужто купил?
Бренн усмехнулся, принимая шутку: — Куда там — купил… Мне их подарил герцог нор Байли, когда гулял с принцем Гуннаром по Бхаддуару… Еще до королевской свадьбы…
В кабине повисло молчание. — Мы с Дуги… это друг мой… помогли ему немного, и вот… — решил прояснить ситуацию Бренн, не представляя, зачем он все это рассказывает. Бахвалится, как мелкий канавочник? Есть немного, признался от сам себе, но главное не это. Главное — ему хотелось, чтобы командир корабля, его славный помощник и злющий пожилой мотомеханик с масляными глазками поняли, что он не порх, не преступник, а свободный подданный, и что у него даже водятся знакомые среди высокородных нобилей их страны, которые оценили его помощь…
— Ну и горазд же ты, парень, языком чесать! — яростно нацелил на него Эрк свои мелкие глазки под морщинистыми, как у ящерицы, веками, — герцог наш ему часы подарил! А чо не сам принц Гуннар или император Магнус?
— Эрк, — резко одернул его Рудо, — ты, по ходу, бортач или как? Забыл свои обязанности — шуруй на мост и проверь махалки, как бы чего не вышло. Смени Деорсу на втором мостике, узнай, как наши…. С коек не попадали, пока мы машину вертели?
Бренн не слишком понял, о чем говорит пилот, но Эрк, раздув ноздри бугристого носа вышел, лязгнув откатной дверью. Рудо не просто выпнул мотомеханика из кабины из-за того, что тот постоянно его выбешивал своим поведением и нытьем. В свое время ему самому доводилось пробираться к мотопилонам, выходя на узкие алюминиевые мостки под оглушительный грохот мотора, и он отлично знал, как легко с них навернуться вниз при небольшой оплошности.
— Так, пора за рули, — озабоченно пробормотал он, садясь в кресло пилота. А Бренн, уже напрочь забыв о словах Эрка, внимательно разглядывал брошенную на полку потертую кожаную шапку с железными застежками и ремешками, на которых крепились большие выпуклые стекла с маленькими козырьками.
— Это шлемофон, — усмехнулся Рудо, заметив его интерес и радуясь, что может таким образом «разрядить обстановку». — Ну а сестру твою как звать?
— Айви, — опередила Бренна «названная сестра», подняв зеленые глаза на рыжего авиатора.
— Рудо улыбнулся, с удовольствием отметив, что девушка пришла в себя и оглядывается с явным интересом.
— У меня тоже сестра имеется, постарше правда. В Эббе стенографии учится…
— Чему?
— Сте-но-гра-фии. Так называют умение быстро записывать длинные слова и предложения, обозначая их разными короткими закорючками.
— Зачем? — Айви, покачиваясь, встала, усевшись на жесткое сиденье, настойчиво дожидаясь ответа. «Шустрая у меня сеструха» — пришла к Бренну запоздалая мысль, когда он с досадой осознал, что и сам охотно бы сел позади Рудо.
— Ну, — Рудо с удовольствием смотрел на чумазое лицо красивой зеленоглазки, по которому струйки пота проложили белесые дорожки, — представь, если человек быстро говорит, ты же не успеешь за ним записывать, так? Вот затем стенография и нужна, хотя уже и диктофон изобрели, который записывает за человеком речь.
— Диктофон, — рассеянно повторила девушка, завороженно глядя в окна — на тяжелое колыхание океана и бесконечный горизонт, где темно-зеленые волны розовели под светом рождающегося солнца.
— Интересные дела творятся в дивном городе Бхаддуаре, — Рудо почесал бритый затылок. — Ладно, доберемся до Вальбурга, будем вас пристраивать…
Бренн молчал. Ему казалось, что он задыхается от облегчения и упоительного ощущения свободы.
Глава 25. Лица и Маски
Зрелище расправы над преступником, которого долго терзал тсаккур, помогло Лизарду чуть приглушить ярость. Но не унижение, которое он испытал из-за худородного ублюдка, грохнувшись на землю со спины своего любимца… Жаль, что он не сразу поверил Жрецу, когда тот расписывал способности беглеца в управлении яджу, считая, что тот специально преувеличивает, чтобы запугать и подчинить себе. Нехотя Лизард согласился подержать беглеца в Узилище, как просил Скаах, но лишь для вида — чтобы выказать внешнее уважение к просьбе учителя. Но на деле, он решил для себя, что будет действовать, как захочется…
И ублюдок смылся… Причем на этот раз — ушел за горизонт, на поганом дирижабле энраддцев, будь они прокляты. Но это не значит, что он отказался от своего решения избавиться от урода. Особенно теперь, когда простолюдин растоптал его тщеславие, с ухмылкой глядя на него сверху вниз, повиснув на штормтрапе небесного судна. Эта белозубая ухмылка на грязном окровавленном лице не давала прионсу покоя.
Просто теперь все надо как следует продумать, и воспользоваться помощью учителя по полной. Тот был на грани помешательства, когда увидел, в каком состоянии находился Лизард после погони за худородным недоростком. Лизард поморщился от боли в спине — едва слышной, благодаря снадобьям лекарей Непорочных, но раздражающей и напоминающей об испытанном унижении. Однако следует отвлечься — было еще одно важное дело, которое ему следует завершить. Навестить младшую сестру, которую он не видел со дня свадебных церемоний.
***
Прионса сидела спиной к двери перед большим старинным зеркалом и расчесывала сверкающие в огнях свечей золотисто-медные волосы, локонами сбегающие по обнаженной спине до самого пола. Легкое удивление от того, что сестра принимает его в своих покоях совершенно голой, быстро испарилось. Губы Лизарда искривились в усмешке, — это было забавно — то, как быстро невинная дева со строгим воспитанием в удаленной цитадели, раскрыла свое истинное нутро через несколько дней после первой брачной ночи.
И первой ли? Как Лизард не выпытывал у матери о причинах столь молниеносного Супружеского соединения Илайны с принцем Энрадда, она так и не ответила ему, лишь загадочно улыбалась. Правда через день после исцеления слепца и безногой бабы королева занемогла и не появлялась на людях. «Надорвалась, бедняжка», за нас душой и сердцем болеет…" — передали ему слова черни, ублаженной представлением перед Храмом.
Илайна даже не обернулась — в зеркале он встретился с ее равнодушным взглядом. — Какие заботы привели тебя ко мне, братец?
Ее опухшие губки изогнулись в двусмысленной улыбке. Она не стеснялась своей наготы, и не сделала даже неосознанного движения, чтобы прикрыть торчащие в стороны полные грудки с окрашенными хной красными сосками. Не отвечая, он развалился в кресле, с интересом рассматривая тело сестры, которое будто излучало теплое сияние.
— Ты после первой брачной ночи стала такой бесстыжей, сестрица, или тебя всему обучили евнухи в Девичьих садах?