Жернова. Книга 2 (СИ)
— И пусть! — Гуннар хохотнул, — быть ему Чижиком. Значит, к номеру 0123 и аббревиатуре ИВС — читай «императорское воздухоплавательное судно» — добавим ЧИЖ-1.
— Будет сделано, Ваше Высочество! — кивнул Рифер. — Каков точный маршрут судна?
— Ничего серьезного для начала, — перешел к делу принц. — Пройдем по трассе параллельно железке до Вальбурга, затем вдоль береговой линии до Сальерди. Там без швартовки сбросим почту и спокойно вернемся на базу. И думаю, что не стоит озадачивать службу сопровождения, Ларс прав. В случае чего пришвартуемся в Порт-Гарде. Уточните, какова дальность полета у нашего… Чижа?
— Без дозаправки продержится сутки, за десять часов покроет порядка полтысячи километров. Но без сопровождения, Ваше Высочество, — не вариант, — твердо заявил начальник авиадрома, поджав губы под кустистыми усами. — Прошу простить, Ваше Высочество, но подобное нарушение безопасности может стоить мне не только увольнения с императорской службы, но и головы… И не только мне….
— Э, нет, — Ларс улыбнулся, — Наше Высочество ни в коем случае не станет рисковать вашей головой, Рифер. Я прав? — он развернулся к кузену, приподняв темную бровь.
— Ты, кузен, как это ни бесит, чаще всего прав. — Выйдя из эллинга, Гуннар щелкнул зажигалкой, — хорошо, Рифер, пусть будет сопровождение… Когда летим?
— Ориентировочно через час, — начальник авиадрома с облегчением выдохнул. — За это время пропишем на корпусе ЧИЖ-1… Все, как положено. Отдохнете в предполетной или…
— Заскочим ненадолго… — Они направились к приземистому трехэтажному зданию воздушной гавани, где находилась диспетчерская и помещение для отдыха, где под «рюмочку» кофе, как выражались бортмеханики, можно было пообщаться с авиатехниками, испытателями, пилотами и курсантами воздухоплавательной школы.
— Сам знаешь, дирижабль требует и уверенности, и осторожности, — Гуннар снова погрузился в любимую тему авиастроения. — Даже выкатить из эллинга такую объемную махину — задачка, хотя и штатная, но каждый раз неординарная…
Ларс хмыкнул: — Ну, да, это сегодня тихо, — он посмотрел на пухлые облака, вяло ползущие по небесному тракту. — Но погода меняется, как настроение… графини Маури…
Много раз наблюдая, как выводят дирижабли из эллинга, он всегда напрягался, когда нос судна уже торчал наружу, а хвост еще находился в ангаре. В такой момент даже при небольшом порыве ветра машину может повести из-за высокой парусности и долбануть о проем ворот… Хотя в последнее время на авиадромах уже вовсю строили поворотные эллинги, которые позволяли решить проблему бокового ветра…
— Не держи женщину близко к сердцу, братишка, или она его сожрет… — Гуннар хлопнул кузена по плечу, — и не подавится…
— Согласен, — кивнул Ларс, — машины куда надежней…
***
Техники провели последнее пополнение несущего газа, и через час Чижика очень аккуратно вывели из эллинга. Впереди, буксируя корабль, шла машина сопровождения с высокой причальной мачтой, соединенной со стыковочным узлом на носу дирижабля. За ними ехал еще один грузовик, кативший перед собой поставленную на колеса решетчатую ферму с растяжками, надежно удерживающими корму дирижабля. На взлетной площадке стартовая команда, поворачивая машину с причальной мачтой, сориентировала корабль так, чтобы он взлетал точно против ветра.
Поднимаясь по трапу, Ларс почувствовал привычное уже волнение и участившееся биение сердца… И вот экипаж в составе двух пилотов и мотомехаников занял свои места на борту. Пока заводили моторы, приступая к управлению клапанами баллонетов, штурвалом рулей высоты и педалями рулей направления, парни из авиадромной команды отцепили балластные мешки, чтобы «плавучесть» судна была близка к нулевой, и отстыковали дирижабль от причальной мачты, продолжая корректировать его положение с помощью гайдропов.
***
Корабль взял курс на Экспериментальный авиаполигон у Вороньего поля, затем повернул в сторону Императорской железной дороги на Вальбург, которую Гуннар выбрал в качестве ориентира в пути следования.
— Обкатаем Чижа вдоль побережья, а через пару-тройку дней можно начать тренировки по швартовке к стационарной мачте… — прикидывал Гуннар дальнейшие планы по отработки маневров.
— Это само собой, — кивнул Ларс, раскрывая карту с проложенной воздушной трассой до Сальерди. — А не хочешь отработать постановку судна на якоря? Сам же настаивал, что нужно моделировать приземление в труднодоступных местах, где нет наземных причалов… Чтобы находить выходы при любых чрезвычайных ситуациях…
— Не слабые задачи ты ставишь, кузен… — принц с невольным уважением посмотрел на двоюродного брата. — И какую схему предлагаешь?
— Стандартную для начала. Выбираем необорудованную, но боле-менее ровную площадку, опускаем Чижа до минимума… Кидаем носовой якорь, доходим до края, разворачиваемся и выкидываем кормовой якорь. И сажаем корабль на опорное шасси, подтягивая якоря… В принципе, сматывая или разматывая гайдропы, можем установить нужную высоту стоянки судна над землей, даже не сажая его на брюхо. После посадки зафиксируем дополнительно…
— Заманчиво… И в твоем исполнении — просто до не могу, но боюсь, что опробовать якорное причаливание нам не доверят… Рискованно. Но это пока, брат… У нас все впереди.
***
Полет до Сальерди не вызвал никаких проблем, Чиж вел себя безукоризненно, и к пятнадцати часам пополудни повернул обратно. Дул теплый юго-восточный бриз, день радовал высоким небом с отдельными участками легких перистых облаков.
— К закату увидим Воронье поле, — пробормотал Ларс, бросив взгляд на старинные офицерские часы с вращающимся рантом. Потянувшись, он встал, выглядывая машину сопровождения, которая шла параллельно курсу дирижабля по Южной трассе.
— Что за ерунда? — воскликнул Гуннар, и Ларс повернул голову к левому борту. Лениво перемещаясь, напротив обзорного окна зависло пышное изумрудно-золотое перо. Разглядывая диковинку, Ларс удивленно приподнял бровь:
— Забавно… это явно из оперенья птиц южных островов… типа квезаля… Я видел раскрашенные снимки… Но…
Упавший на перо луч солнца подсветил его, и оно заиграло радужными бликами, искрясь и переливаясь.
— Но как оно могло сюда попасть? — хмыкнул Гуннар. — Неужто дивные птички Юга парят над волнами Лютой лужи, как альбатросы или чайки, и легко преодолевают расстояние до Энрадда?
— Ты прав, странно, — рассеянно ответил Ларс, не отрывая глаз от сияющего пера. — Если только, какая-нибудь дама взяла на борт пассажирского судна клетку со своим квезалем, и прогулялась с ним по открытой палубе…
Но диковинка отвлекла их ненадолго. Через четверть часа погода стала быстро ухудшаться, а мягкий юго-восточный ветер резко сменился на северо-западный.
— Давление падает… Видимость до 2 милей, дымка…
— Вижу, — озадаченно нахмурился Ларс, — и морские птицы стаями летят к берегу… Но метеосводки не обещали ни шквала, ни штормовой погоды…
— Не обещали, и не в первый раз… — пробормотал Гуннар, следя за приборами.
— Проверю мотористов… — Поднявшись из рубки в нижнюю шахту и пройдя по транспортному коридору, Ларс подошел к наружной двери, ведущей к внешнему отсеку обслуживания одной из мотогондол. Мощный порыв ветра швырнул ему в лицо холодную морось, качнув назад. Преодолевая сопротивление, Ларс выбрался на узкие решетчатые мостки, где дежурил одетый в утепленный комбинезон, Бьорк, пристегнутый к верхнему поручню. Увидев Ларса, он замахал руками, заорав во все горло:
— На. ад! Мож. т снести! М. торы проверил —..орядке…
Грохот мотора оглушал, ветер уносил обрывки слов, будто не желая, чтобы настырные людишки встревали в его тревожную песнь с угрожающими подвывами. — Тогда заканчивай тут, Бьорк! — в ответ закричал Ларс, — сдавай дежурство Клаю! Но до приказа на мостки никому не выходить…
Задержав дыхание и прищурившись от хлещущего в лицо колючего дождя, Ларс окинул взглядом огромное открывающееся перед ним пространство — тонущее в серой дымке побережье и темно-свинцовую гладь Лютого океана, испещренную светлой рябью невысоких волн. Облачность росла на глазах, местами землю пожирали сгустки тумана, наползающие на Юго-восточную железную дорогу Сальерди — Вальбург… Высокие перистые облака быстро сменялись мощными нагромождениями слоисто-кучевых и дождевых туч.