Любовь нечаянно нагрянет (СИ)

— Что им надо? Я, между прочим, тоже отдыхаю.
— Там, судя по яростному напору, вопрос жизни и смерти! Все хотят видеть тебя и никого другого. Собирайся, Андрюха за рулем.
А дальше все было еще интереснее.
В приемной, нервно грызя, предложенные девочкой-бухгалтером, орешки сидел ни кто иной, как начальник инспекции и ждал встречи с Громовым.
— Что за херня? — пробормотал пораженный Лекс, — Боги сошли с олимпа по мою душу?
Они с Катей недоуменно переглянулись, а Андрюха философски изрек:
— Твоя душа, бро, все же видать бессмертна…
Пузатый мужчина в костюме от Армани подскочил при виде Лекса и первым протянул руку:
— Воронов Геннадий Викторович. Мы можем с вами переговорить?
— Конечно. Проходите, — любезно пригласил в свой кабинет налоговика Лекс, — Катюша чайку завари, пожалуйста.
Катька пулей полетела на офисную кухню, а Громов с Вороновым расположились за столом, с интересом поглядывая друг на друга.
— Итак, — сложил руки в замок Лекс, — Чем обязан?
Воронов нервно сглотнул и, поправив съехавший на бок галстук, сказал:
— Во-первых, хотел лично перед вами извиниться за неправомерные действия моих сотрудников. Мы тщательнее изучили материалы в ходе вашей проверки и пришли к выводу, что наши домыслы были беспочвенны. Не хотелось, что бы у вас сложилось мнение, будто наша инспекция мешает работать и развиваться перспективному бизнесмену.
— Кому-кому? — чуть не поперхнулся собственной слюной Лекс, таращась на налоговика во все глаза.
— Вы все верно поняли, Александр Петрович. Примите мои извинения. Прошу вас подписать акт проверки. Тут ничего серьезного. Только доводы в отношении вашей благонадежности.
Громов принял из руки Воронова документы, пробежался глазами, выискивая ключевые моменты и медленно подписал.
— Благодарю, — мужчина прибрал бумаги и встал, — Надеюсь мы еще встретимся? Вы можете по любому вопросу обращаться лично ко мне. Хотелось бы вас проконсультировать по имеющимся для вашей организации налоговым льготам. Всего вам доброго, Александр Петрович.
— И вам…доброго, — обескураженно проводил Лекс глазами налоговика и, едва, за ним закрылась дверь кинулся в интернет искать фотки этого мужика. Убедиться, что его только что не разыграли.
С экрана ноутбука на него смотрела упитанная морда Воронова, а в следующую минуту, по селектору позвонила Катя, сообщая, что теперь его срочно хочет облагодетельствовать своим внимание зам. начальника Гостехнадзора.
И история повторилась в точности, с поправкой на изменение действующих лиц.
— Мы спим? — вопросительно посмотрел на босса Катя.
— Нет, — покачал головой Лекс.
— Тогда что это вообще было? Кто за тебя похлопотал? Неужто, Львович одумался.
— Больше некому.
Где-то через полчаса эту версию уже можно было считать официально нерабочей.
Анатолий Львович позвонил сам и, обложив Леса с головы до ног трех этажным матом, выплюнул:
— Вздумал шутки шутить? Серьезными людьми прикрываться? Все равно от своего не отступлюсь!
С этими словами мужчина бросил трубку, а Громов озадаченно почесал Голову.
— Полтергейст какой-то.
Еще через пару часов, как раз к концу рабочего дня позвонил некий управляющий филиала известного банка в их городе и предложил на льготных условиях инвестировать любой их новый проект.
— Меня это пока не интересует, — довольно холодно ответил ему Лекс, полагая, что бесплатный сыр только в мышеловке и должно быть какое-то реальное объяснение этой череде неожиданной халявы.
По дороге к Риткиному дому, прокручивая в голове весь прошлый день, от начала до конца, Лекс неожиданно понял, кто может иметь к этому невиданному аттракциону щедрости отношение.
Один пожилой старичок решил примерить на себя роль деда Мороза?
— Николай Иванович, нам надо серьезно поговорить? — с порога выпалил Лекс, пока Ритка не заметила его прихода.
Дед окинул мужчину внимательным взглядом, шагнул на лестничную площадку и кивнул:
— Ну, давай, поговорим.
— Скажите, вы имеете какое-то отношение к тому цирку высоких чинов, что творился у меня сегодня в офисе?
 
Дед то ли хрюкнул, то ли фыркнул, то ли подавился смешком, отдышался и выдал:
— Вот, Васька-дурачок. Я ж ему говорю — деликатно. А он как был оболтус с мальства, так оболтусом и остался.
— Э-э-э, — только и мог открыть рот Лекс, пытаясь понять, что за знакомства такие у старика, — Кто такой это Васька?
Дед внимательно посмотрел на Громова, словно прикидывая, стоит ли ему доверять и негромко ответил:
— Папашка Риткин непутевый.
— Кто?!
— Дед пихто! Я к нему обратился, что б он тебе маленько с проверками подсобил, а он…увлекся.
— Вот, с этого места поподробнее. Николай Иванович, я разве просил вас о помощи? Не припомню такого?
— Так ты и не попросишь. Как Васька, которого по малолетству в тюрьму за драку засадили. Он тогда просить не стал и чем это закончилось? А? Вы все молодые, умные, но дед-то лучше вас знает, что и как делать.
Вот вроде и обидеться на него за самоуправство такое, а не получается.
Дед смотрит грозно, как никогда на него не глядел родной отец и каждом его жесте забота.
Настоящая. Искренняя.
И огромное желание помочь детям. Пока жив. Пока есть силы.
— И чем же этот…м-м-м…Василий занимается? — переведя дух спросил Лекс.
— Чем-чем, — замялся дед, — Бандит он…в законе. Всю местную швоблу в кулаке держит. С губернатором за ручку здоровается и в бане у него парится.
— Очаровательно…, – других слов не было, — И где ж этот папашка все эти годы был, когда вам с Риткай есть было нечего. Нафига она по три смены вкалывает.
— А потому, что нам с внучкой награбленного и чужого не надо! — с достоинством рыкнул дед, — Его черти где все эти годы носило, а потом объявился, как принц на белом коне. Мамашка ее уже тогда в столицу свентила, прости Господи. Этот на порог заявился, весь из себя дельный. Ритка тогда еще в школу ходила. Вот, я ему пинка вставил и выгнал взашей. Дочь надо заслужить. Какой из него отец, когда дитё без него выросло?
— Санта-Барбара, блин, — высказался Громов, — И что же вас заставило изменить свое мнение. Сами же пошли на поклон.
— Я, во-первых у него не деньги пошел клянчить, а за зятя попросить. А во-вторых пускай чуть напряжет свой зад за все эти годы. Я за банты и заколки для Ритки не стал бы унижаться. Без них деваха выросла лучше всех. А ваше с ней будущее — это совсем другое. Если я вам не помогу, то кто?
— Ритка знает?
— Упаси Боже. Нет, конечно.
Лекс потоптался на месте, подумал, почувствовал, что курить захотелось, достал сигареты и предложил деду.
Тот взял, прикурил, закашлялся.
— Сто лет этой дряни в рот не брал.
Они еще немного постояли и перед тем, как идти в квартиру Лекс повернулся к деду.
— Спасибо, Николай Иванович. Рите очень с вами повезло. Вы настоящий ее отец.
Дед ничего не ответил, только хлопнул мужчину по плечу и вошел в прихожую.
Тут же из кухни появилась рыжуля, вытирающая руки полотенцем. Перевела взгляд с одного мужчины на другого и хмыкнула:
— Секретничали? Пойдемте я вас картошкой жареной накормлю.
  
ЭПИЛОГ
 
Март в этом году выдался не только очень теплый, но и невероятно насыщенный.
Одним из самых грандиозных перемен стало то, что я все-таки уволилась с мойки. Гарик по этому случаю закатил такую гулянку, что я до сих пор мучаюсь вопросом: то ли он так опечалился то ли, то ли наоборот сильно обрадовался.
Хотя Гарику сейчас не до меня. Его любимая Кариночка решилась родить ему сыночка, и теперь они на пару мотаются по перинатальным центрам, ибо естественны путем завести детёнка у них не выходит.
 
Гарик послушно таскается за женой, а сам коровьими глазами смотрит на Маришку, которая постройнела, похорошела на новой должности. И вообще стала свободной женщиной с собственной жилплощадью.