Любовь нечаянно нагрянет (СИ)

— Привет, любимый, — сладко выдохнула она и поцокала в направлении директорского кресла с явным намерением поприветствовать Лекса поцелуем.
— Продолжим завтра, — кивнул коллегам мужчина и те спешно покинули кабинет, оставив их наедине.
— Я не помешала? — притворно беспокоится Ася и садится мужчине на колени, обдавая ароматом дорогих духов.
— По-моему ты сама знаешь ответ на этот вопрос, — невесело отвечает Громов и чисто автоматически отвечает на поцелуй.
— Я соскучилась по тебе…
В голосе Аси откровенный подтекст и не менее откровенно она в этот момент прижимается к нему всем телом, забираясь руками под ткань пиджака.
Конец рабочего дня. Катька в кабинет не войдет. Ася страстно присасывается полными губами к его шее и, словно голодная кошка трется всем телом…
Но, черт, нет реакции.
Совсем. Никакой.
Ася и раньше выделывала такие фортеля. Их обоих заводили такие моменты. И Громов, как любой здоровый и нормальный мужик хотел ее — красивую, раскованную и готовую на эксперименты.
А сейчас словно в голове что-то переключилось, и томные вздохи невесты кажутся до омерзения пошлыми.
— Ась, давай до дома, — решительно отстраняется мужчина и встает.
Несколько мгновений девушка смотрит на него с откровенным непониманием, а потом с обидой. Красивый изгиб губ сложился в неприятную гримасу, но она ничего не сказала.
— Ты долго еще будешь работать? — неожиданно Ася проявила чудеса такта.
— Не долго. Совещание ты мне сорвала, так что сейчас отпущу Катю и можно ехать домой. Ты проголодалась?
— Немного, — отозвалась она и положила руку мужчине на плечо, — Что с тобой?
— В смысле?
— Куда ты позавчера ушел?
— Мне казалось — ты и без меня неплохо развлекалась, — напомнил он, — Я не прав?
— Я разозлилась, но…ждала тебя…
— И именно поэтому с подружками уехала развлекаться дальше. Ась, к чему этот разговор?
Девушка подняла на него свои глаза, и в них отразилось непривычное смятение.
— Я не знаю, — негромко произнесла она и отодвинулась, застегивая манто на все пуговицы, — Ты сделал мне предложение. Мы так долго этого ждали. Строили наши отношения, но…
— Но? — удивленно изогнул бровь мужчина.
— Может нам отдохнуть немного друг от друга, — предложила невеста, чем подвергла Громова в самый настоящий шок.
Это не он сегодня странный. Это Ася как-то слишком странно для себя рассуждает сегодня.
— Мне папа путевку подарил. На Бали. Вернее путевки две, но раз у тебя дела…
— Езжай одна, — резко прекратил ее метания Лекс.
— Ты уверен, что…
— Уверен.
Желание ехать домой резко пропало.
— Ась, я тут вспомнил об одном важном проекте. Забыл про него, а до завтра нужно доделать. Ты езжай домой. Ужин закажи. Я попозже приеду.
— Ну, вот. Опять эта твоя работа проклятая, — Аська не была бы самой собой, если бы в конце не зашипела, как самая настоящая кобра.
Она ушла минут через пятнадцать. Именно столько Громов мог вытерпеть ее пустоголовое щебетание об омолаживающих процедурах на Бали.
— Я буду ждать.
Ася жадно присосалась в поцелуе на последок, а у Лекса отчего-то засвербело в носу и он громко чихнул, испортив все впечатление от их страстного лобзания.
И снова опустевший офис становится пристанищем для невеселых дум. Он машинально сверяет цифры в очередной смете, а в голове крутится их последний разговор с Асей.
Добилась таки она своего и едет на Новогодние праздники в теплые края, а он останется здесь и займется подготовкой к строительству спортивной школы.
Каждый доволен. Каждый при деле.
Порознь.
Интересно, сколько времени им понадобиться после свадьбы, чтобы стать друг для друга окончательно чужими?
Эта мысль пришла в голову Громову внезапно. Так что он запнулся и матюкнувшись принялся считать заново.
Не сходилось… ничего не сходилось в его расчетах.
Он вложился в свою будущую жену, но ничего не чувствовал к ней кроме раздражения.
Разве так должно быть? Разве это залог счастливой жизни? Разве каждый из них не заслуживает иного?
Крамольные, совершенно бессовестные и опасные мысли для жизненного бизнес-плана Громова. Все расставленные по полочкам, приоритеты теряются, ускользают из его рациональной плоскости и Лекс уже сам не может понять чего же он хочет.
 
Хотя нет!
Конкретно сейчас он хочет большой вредный гамбургер, чтобы на миг забыть обо всех проблемах и вспомнить былые времена, когда он был простым студентом Сашкой и все было гораздо проще и понятнее.
Желудок не к месту вспоминает про то, что дома еще осталось полно еды после завтрака, и Лекс теперь не может ни о чем другом думать, как о тех самых котлетах.
Цифры перед глазами начинают расплываться, и он решает немного передохнуть. Сварить себе кофе, а может еще отыскать в Катькином столе хоть что-то съедобное. Она любитель делать сладкие заначки, коими ее частенько одаривают их партнеры и коллеги.
Порылся-порылся по ящикам и ничего не нашел. Не иначе как Андрюха заходил и все сожрал. Это он любитель. Фигуру жены блюдет, а заодно отпугивает возможных воздыхателей.
По мнению Лекса проще было бы самому завалить ее сладким и тогда воздыхатели сами по себе бы отвалились. Катюха у него девушка видная. Весь мужской коллектив тайно пускает на нее слюни, кроме самого Лекса и, пожалуй, еще Рябова. Последний и то, только потому, что полгода может пускать слюни исключительно только по еде.
В коридоре собственники бизнес-центра недавно поставили автомат с какими-то батончиками. Громов каждое утро проходил мимо него искренне недоумевая, кто эту дрянь купит. А теперь сам полез по карманам искать мелочь, чтобы подсластить унылый вечер наедине с бумагами.
Тут из ближайшего кабинета послышался чей-то мелодичный смех и, заметив знакомое ведро и швабру неподалеку, Лекс сразу понял, кому он принадлежит.
Любопытно было, чей это бас вторил тоненькому голоску олененка.
Прихватив свою не очень вкусную добычу из автомата раздачи сладостей-гадостей, мужчина толкнул дверь кабинета Рябова и застал прямо таки умилительную картину, которая ввела его в полнейший ступор.
Сидит себе Василич на соседнем от своего рабочего места кресле и, повязав на свою короткую жирную шею салфетку на подобие слюнявчика а аппетитом трескает какую-то ароматную еду из большого контейнера.
Вкусовые рецепторы голодного как волк Громова мгновенно определяют что-то мясное и очень вкусное. Он невольно сглатывает и переводит взгляд на рыжую макушку, что торчит поверх большого монитора.
Рита что-то быстро печатает на клавиатуре и щелкает мышкой, пока Василич нахваливает с набитым ртом:
— Ой, Риточка! Ты моя спасительница. Если б не ты, хорошая, я голоду бы помер.
— Угу, — мычит в ответ рижуля, — Вы кушай-кушайте, Станислав Васильевич. Я вам завтра еще приготовлю. Баб Рая мне фирменный рецепт пирожков своих дала.
Сия картина выглядела до такой степени странно, что Лекс даже не знал, как ему правильно среагировать.
— Василич! — гаркнул Громов так, что Рябов подпрыгнул на мете, уронил вилку в контейнер, и несколько капель жирной подливки попало на рукав пиджака, — Чем это вы тут, позвольте узнать, занимаетесь?
Василич сначала испуганно посмотрел на шефа, а потом укоризненно покачал головой.
— Нельзя вот так подкрадываться, Александр Петрович. Вы меня чуть до сердечного приступа не довели. Костюм испачкал — Ленка с меня теперь всю шкуру сдерет…
Рябов попробовал стереть пятно салфеткой, но оно только сильнее въелось в ткань.
— …когда узнает, что я ее салат в мусорку выкинул.
Громов перевел взгляд на Ритку. Та выглянула из-за монитора и теперь таращила испуганные глазенки.
 
— А я тут…, – она запнулась и отвела взгляд.
— Вачилич, обычно в пять часов тебя уже на работе не наблюдается. Ты решил, наконец, взяться за ум и начать работать?!
Рябов немного опешил от такого наезда, недоуменно хлопая глазами, но при этом не переставая активно жевать и чуть ли не прихрюкивать от удовольствия.