Обещанная демону (СИ)

– Замуж?! За кого?!
– За Ар… мана, Антуана, черт, как там его! Он достойный, верный и смелый человек. Я ему многим обязан. Да. Повенчаем вас как можно быстрее. Для твоей же пользы. Он богат. Не переживай, ты не будешь знать нужды ни в чем.
– Что?! Повенчать?! А как же помолвка с Артуром?!
– К дьяволу Артура. К дьяволу  все обязательства! Он, кажется, тоже негодяй из Ротозеев, и я очень рассчитываю на то, что он уже мертв!
– Ты собираешься меня выдать за того, чьего имени толком не знаешь?!
– Да я знаю его, знаю, черт подери! Просто забыл!
– Я не поеду никуда! Я никуда с вами не поеду! – выкрикнула Элиза, отшатнувшись от маркиза. – Я предназначена другому!
– Другому?! – взревел маркиз, подскочив к Элизе. – Откуда ты знаешь, какие планы у магии на твою жизнь?!
Он ухватил Элизу, рванул ее платье, раздирая шнуровку, обнажая ее плечо. Девушка закричала, когда его трясущиеся пальцы коснулись печати предназначенности на ее коже, и магия, вспыхнув ярким светом, откинула маркиза прочь от Элизы.
– Адский сатана! – прорычал маркиз, ворочаясь на полу. – Знак нечистого! Знак этого нечестивца, этого убийцы, мясника, Тринадцатого! Он успел пометить тебя! Но черт подери, как?! Как это возможно?!
– Он не отдаст меня, – храбро выкрикнула Элиза, и маркиз, поднявшись на ноги, снова подскочил к ней, и весьма проворно.
– Не отдаст? – адски расхохотался он. – Не отдаст кому? Толпе, которая потащит тебя на костер, если узнает, что на тебе его дьявольская отметина, или мне, твоему отцу?! И защитить от толпы я тебя не смогу! Потому что некромантия – это дурное занятие!
– Что ты такое говоришь?!
– Ну, давай, – издевательски кричал маркиз, встряхивая девушку, словно нашкодившего котенка. – Возьми свое копье! Пронзи им меня, как чертова носорога! Насади отца на пику, как дикую свинью! И тогда ты узнаешь всю прелесть проклятья;  Инквизиторам не позволено убивать невинных.  Не можешь? Боишься? И твой Тринадцатый не станет этого делать. Он и пальцем меня не тронет, потому что только что принял Служение. Он еще слишком хорошо помнит, каково это – быть Проклятым. Не посмеет. Не сможет.
Глаза маркиза смотрели люто, злобно, и Элиза ощутила себя беспомощной, словно бабочка, влипшая в паутину.
– Сегодня же, – выдохнул маркиз, пребольно вцепившись в руку Элизы и подтащив е к себе ближе, к своим лютым глазам. – Сегодня же едем. И обвенчаешься сегодня. И ничто не заставит меня переменить своего мнения!
***
Маркиз запер Элизу в ее комнате и наложил заклятье на ее замок, чтобы девушка не могла самостоятельно открыть его и выйти. Но Элиза была сломлена, слишком измотана и подавлена, чтобы помышлять о побеге. Жестокость собственного отца подействовала на нее губительно. Тот, кого она вчера считала мудрым и благородным наставником, сегодня оказался жестоким тираном. Он не постеснялся бы возвести ее на костер за непослушание, о да!
К тому же, слухи… они расползлись по городу слишком быстро. Самый последний сопливый мальчишка знал, что на дом маркиза напали Демоны и Инквизиторы, и что погибло много народу, все гости маркиза. Это напугало людей и настроило их не лучшим образом. Тем более, что маркиз наврал с три короба.
И Элиза теперь беспокоилась не о себе - об Эрвине.
«Глупая, никчемная, избалованная девчонка! - ругала она себя. - Это я просила Эрвина и Первого вмешаться и защитить отца! Того, кто ни слова благодарности не сказал своим спасителям, да еще и оклеветал их!.. А что, если Эрвин вернется в город, не таясь?! Что, если он пройдет в инквизиторском облачении по улицам, а толпа растерзает его или… или вынудит взять в руки меч и защищаться!?!»
От этих мыслей Элизе становилось дурно.  Ей хотелось бежать, предупредить Эрвина, но куда?.. Где находится Алая дорога, Элиза не знала.  В лесу - но где именно? Бежать туда, не зная куда? А Эрвин может прийти сюда и получить коварный и неласковый прием.
«Что же делать?!»
Элиза оглядела комнату, которая почему-то казалась ей теперь чужой и незнакомой. Казалось бы, еще недавно она здесь мечтала о свадьбе с красавчиком-Артуром, принимала от него подарки, и мир казался уютным, интересным и прекрасным…
 
- Подарки! - воскликнула девушка обрадованно, вспомнив о волшебной чернильнице, когда-то подаренной Артуром. Она бросилась к столу и лихорадочно перерыла все ящики.
Чернильница сидела на дне самого нижнего ящика. Она успела заскучать, и потому изрисовала весь ящик цветочками, и почти израсходовала  все чернила. Элиза трясущимися руками вынула волшебную вещицу, долила в нее свежих чернил и придвинула к ней кипу чистой бумаги.
Ей нужно было сказать Эрвину многое, мысли ее путались, и чернильница едва успевала записывать их, скрипя пером. И о том, что отец ее - злодей, и о том, что он хочет ее увезти непонятно куда, и о том, что Эрвину грозит опасность. Послание получилось весьма длинным, и чернильница сворачивала бумажную птицу аккуратно, стараясь не размазать чернила. Затем она размахнулась и выпустила письмо в окно.
- Все, - прошептала Элиза, глядя, как ее послание исчезает вдалеке. - Надеюсь, Эрвин получит его очень скоро, и с ним ничего не случится…
  
Глава 27. Инквизитор Тристан Пилигрим
 
Артур притащил Ветту в самый разгар сборов. Маркиз лично командовал упаковкой сокровищ. Золота было много, и его погрузили в большую повозку, запряженную сильными, выносливыми лошадьми.
В карету с крохотными зарешеченными окнами маркиз сначала впихнул маркизу, свою кроткую супругу, а затем и упирающуюся  Элизу, специально наряженную в красивое платье из золотой парчи. Девушка переоделась по его приказу, но все же умудрилась спрятать перламутровый наконечник копья в прическе. Впрочем, она не думала, что ей удастся им воспользоваться. Отец насильно выдавал ее замуж – но это не то преступление, за которое можно карать смертью. А проклятья Элиза страшилась и не хотела.
– Я не пойду! – кричала она. – Не пойду!
Девушка отчаянно упиралась, но маркиз был непреклонен.
– Я делаю все это для твоего же блага! – рычал он, волоча дочь вслед за собой. – Я желаю тебе покоя, семейной жизни, уютного дома, а не беготни с оружием за отребьями!
– Пустите! – яростно выдохнула Элиза. От крика ее лицо раскраснелось, казалось, даже сосуды в глазах полопались. – Я не хочу быть вашей покорной куклой!
Она отыскала в складках своего шуршащего, жесткого свадебного платья инквизиторскую палочку, и навела ее на отца, угрожая.
– Бегите куда хотите! – выдохнула она. – А меня оставьте тут! Я не боюсь ни ротозеев, ни кого-либо еще!
Маркиз, увидев наведенную на него волшебную палочку, на миг замер, в его маленьких глазках промелькнул ужас. Но это был обман; увидев страх в глазах отца, Элиза испытала мучительный стыд оттого, что навела на него оружие. И секундного замешательства хватило для того, чтобы маркиз выхватил черный клинок, похожий на перо ворона, и одним взмахом перерубил сандаловую палочку.
Магия покинула ее с громким звоном, Элиза ахнула, в изумлении уставившись на бесполезный обломок. Такого она еще не видела; волшебную палочку сломать было невозможно, а инквизиторскую – вдвойне. Страшно было даже подумать, что за меч был в руках маркиза, и почему тот спешно прячет свой клинок подальше от посторонних глаз.
В следующую минуту Элиза заработала звонкую пощечину, которая почти опрокинула девушку на землю. Свистнул хлыст, и Элиза закричала. На ее красивом платье, на плече, сквозь золотое шитье проступала кровь. Маркиз снова ухватил Элизу за руку, грубо втолкнул ее в экипаж.
 
– Я научу тебя покорности! – проорал он яростно и захлопнул дверцу экипажа с такой силой, что карета ходуном заходила.
Явление Ветты его разозлило еще сильнее. У него нервно задергался уголок губ, когда он увидел ее наивно вытаращенные глаза и надутые губы в первозданном виде.
– Эт-то еще что такое!? – задушенным голосом засипел он, яростно растирая себе шею, стараясь изо всех сил не ударить по лицу и племянницу. – Чтоб тебя Демон драл! Где хрустальное сердце?! Как ты умудрилась его вынуть?! Куда ты его дела?!