Смерть, отбор и котики (СИ)

- И как вам? – с легкой улыбкой уточнил принц, следя как я оглядываюсь вокруг. – Впечатляет?
- На самом деле… не очень, - искренне призналась я, чуть поморщившись. – Где же россыпи монет и драгоценных камней, сваленных горами таких размеров, что в них можно запросто утонуть? Где скелеты несчастных воров, сумевших добраться до сокровищницы, но нашедших здесь лишь смерть и вынужденных остаться невидимыми стражами?
Принц даже чуть споткнулся, делая очередной шаг, и перевел на меня изумленный взгляд.
- Вы, видимо, поклонница приключенческих романов? Извините, но все это у нас хранится в другом зале, - хмыкнул он, быстро взяв себя в руки и поняв, что я просто издеваюсь. – В том, что предназначен для особенных гостей. А здесь все простенько, по-семейному – только для своих.
Пройдя к ближайшей стене, он снял с полки резную шкатулку, красного дерева.
- Думаю, это поможет сгладить первое впечатление, - заметил он, подмигнув мне, и поднял крышку, демонстрируя скрывавшуюся внутри драгоценность.
В первое мгновение я вздрогнула. Правда, не совсем от восхищения…
Нет, рассыпанные по черному бархату рубины были прекрасны, насыщенный глубокий алый цвет, идеальная огранка, создающая впечатление, что это не камни, а крупные капли алой жидкости, рассыпанные по золотому ожерелью. Вот только… на мой взгляд именно это и портило все впечатление. Несомненно, дорогое и искусно выполненное украшение, даже в футляре на бархатной подушке создавало впечатление брызг крови. А уж на шее прекрасной женщины, особенно издалека, вовсе будет создавать ощущение перерезанного горла.
Занятное у них… наследие прошлого.
- Потрясающе, - выдавила я из себя, надеясь, что мое ошеломление вполне сойдет за восторг. – Удивительная работа с огранкой – камни словно живые.
- Да, знаете это является отличительной особенностью этого мастера, - со знанием дела покивал наследник с удовольствием, рассматривая кровавый кошмар. – Ходили слухи, что на самом деле, он не занимался огранкой, а нашел невероятный способ превращать жидкости, в драгоценные камни. К этому ожерелью в пару еще имелась диадема, но она увы была утеряна.
Боюсь себе представить, как она должна была смотреться. Словно девушку облили кровью? Или может и вовсе снесли макушку головы.
- Зато сохранилась другая – Слезы девственницы, - продолжил просвещать меня принц. – Я не уверен, где точно она лежит, - окинул он задумчивым взглядом, хранилище. – Но тоже удивительная работа – бриллианты, ограненные в виде мельчайших капелек, соединенные тончайшими цепями из белого золота, словно стекают по волосам и обрамляют лицо девушки. Мне кажется, вам бы очень пошло, - обратил он на меня какой-то мечтающий взгляд.
Я, конечно, поклонница красоты в любых ее проявлениях, и описание выглядит интересным, но название, что-то не внушает доверия.
- А почему такое необычное название? – поинтересовалась, делая вид, что любую кровавыми камнями.
Принц поморщился.
- Там… была не слишком хорошая история. Эта диадема была свадебным подарком императора невесте. Но, будущая императрица, мягко говоря, не желала этого статуса. И даже на самой свадьбе плакала, но присутствующим казалось, что слезы ее лишь часть украшения. И после первой брачной ночи, девушка сбросилась с центральной башни дворца. С тех пор украшение получило такое название и, честно говоря, считалось чуть ли не проклятым. Не помню случая, чтобы его одевали, - задумчиво закончил Дариус, пока я переваривала эту историю.
Кхм… ну ладно… история любого мира и королевства наполнена такими вот неприятными моментами, ничего удивительного. Кроме странного порыва принца начать знакомить меня с сокровищницей именно с подобных украшений. Это можно считать уликой или это просто мое предубеждение?
- Хотите примерить? –неожиданно с улыбкой протянул мне принц распахнутую коробочку. – Здесь есть зеркало, - кивнул на стену позади, где между стеллажами и правда притаилось стекло в тяжелой золотой раме.
- Ах, не, что вы, - поспешно отступила я. – Это слишком большая честь. Я и прикасаться к такой ценности не смею.
 
Видение меня, и так бледной по жизни, с этим кровавым ошейником, заставило передернуться. Вот уж точно, кто увидит, за мстительного призрака примет.
- Смотрите, если вас что-то заинтересует, примерить можно, в этом ничего страшного, - снисходительно заметил Дариус, наконец возвращая украшение на место и присматриваясь к другой шкатулке. - В конце концов, кто знает, может вам предстоит их носить, - бросил на меня принц проницательный взгляд через плечо.
А мне оставалось лишь изобразить притворное смущение. Вот уж упаси богиня от такой участи. Кажется, большинство таких украшений будут иметь не лучшую историю. А некроманты, знаете ли, в этом плане весьма мнительные – в этом мире проклятые вещи может и страшилка для детей, но у нас знают, что негативные эмоции и правда способны скапливаться в вещах. И заметно отравлять жизнь хозяевам в дальнейшем.
А экскурсия по сокровищнице продолжалась. Мы медленно продвигались вдоль стены. Раз за разом мне на суд представляли то изящные и почти невесомые вещицы, то массивные, даже грубые украшения, но буквально дышащие стариной. И да, почти у каждого имелась какая-то история, чаще всего не слишком приятная.
Я старательно изображал заинтересованность, восхищение, трепет перед всем этим, внутренне же изнывая от желания продвигаться побыстрее. Не могла же я просто взять, ткнуть в интересовавший меня ящик и невинно поинтересоваться: «А что там?». Особенно, учитывая, что на фоне остальных он довольно неприметен, да и находится на другом конце комнаты от нас.
Так что осмотр продвигался очень медленно. Для того, чтобы не вызвать подозрений, я интересовалась и содержимым сундуков на полу и каких-то совсем неприметных шкатулок на нижних полках. В сундуках, чаще всего, хранились какие-то личные вещи бывших правителей и правительниц – дневники, письма, некоторые украшения и даже наряды. Вот уж и правда не сокровищница, а хранилище исторического музея.
К тому времени, как мы добрались до интересующего меня угла, я уже ощущала кризис эпитетов для выражения своего восторга от украшений. Серьезно, кажется, меня еще долго будет тошнить от всего сверкающего и переливающегося. Нет, драгоценности и правда были удивительными, но я не настолько поклонница, чтобы любоваться ими в таком количестве.
Сердце аж зашлось от столь близкого ощущения родственной энергии. И руки почти подрагивали от желания заглянуть внутрь и убедиться, что именно там то, что мне нужно. А ведь… покровительница требовала избавить этот мир от излишней некроэнергии. Достаточно ли будет просто выкрасть этот ящик и забрать в свой мир, если именно в нем и хранится украденная магия погибших?
Стойте, нет, вот проклятье… Мне же еще предстоит избавиться от того, кто все это затеял. Ведь если он сделал это единожды, то вполне сможет и повторить. Но зато, возможно это мой шанс, прояснить свои подозрения на счет принца?
- А что хранится здесь? – старательно контролируя голос, поинтересовалась я, когда мы наконец оказались рядом. – По сравнению с остальными шкатулками, эта смотрится уж слишком потрепанной – видимо, тут тоже замешано какое-то важное историческое событие? – усиленно изображала я страстную поклонницу истории.
Дариус обратил внимание на темный ящик и немного нахмурился, словно пытаясь припомнить.
- Знаете… - задумчиво потянул он. – Если мне не изменяет память, именно в нем хранятся личные вещи императора, о котором я рассказывал по дороге сюда. Том, которого считали некромантом.
Меня пробрало дрожью предвкушения. Неужели и правда оно? Возможно ли, что слухи среди народа были не такими уж и слухами? Император и правда как-то был связан с некромантией и именно его записи повлекли все, что твориться теперь?
Но сейчас главный вопрос в другом – фонит какой-то оставшийся от него древний артефакт или все-таки энергия убитых?
- Правда? – искреннюю заинтересованность даже изображать не пришлось. – Мой принц, а будет совсем наглостью попросить вас показать мне эти вещи? – бросила на наследника просительный взгляд. – Признаться, вы заинтересовали меня историей – неужели и правда император другого мира оказался некромантом? Может быть я, как представитель этой категории магов, смогу прояснить этот вопрос окончательно, - предложила ему, ощущая колоссальное внутреннее напряжение.