Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

Неудивительно, что Процесс сразу привлек последователей. Ищущих себя молодых мужчин и женщин тянуло к этой группе как магнитом. Де Гримстоны и сами активно вербовали людей – особенно из числа юных и богатых.
Подобный образ действий культа стоит отметить особо. Состоятельные новички служили сразу двум целям. Во-первых, они приносили крупные пожертвования, дававшие культу возможность развиваться дальше, а его лидерам – поддерживать определенный уровень жизни. Во-вторых, те новообращенные, у которых имелись деньги, нередко занимали высокие должности либо обладали связями в деловых, культурных, правительственных и финансовых кругах, что помогало создать сеть влиятельных друзей на самых разных уровнях.
В марте 1966 года воодушевленные собственным успехом де Гримстоны арендовали особняк на Балфур-плейс в фешенебельном лондонском районе Мейфэр. Захваченные игрой во власть, они поселились в этом доме вместе с двадцатью пятью раболепными последователями. Именно тогда на сцене появились немецкие овчарки – каждый из де Гримстонов завел себе большую собаку такой породы. Подражая лидерам, их приспешники тоже обзавелись немецкими овчарками, так что число собак в доме перевалило за тридцать.
Однако де Гримстоны не собирались останавливаться на достигнутом. В лучших традициях эгоцентричных гуру из любой точки мира они решили расширить свое влияние – выйти на международный уровень. В итоге в июне 1966 года они вместе с восемнадцатью учениками и несколькими овчарками отправились в Нассау на Багамах. Прожив там около шести недель, группа арендовала большой участок земли на побережье Мексики, рядом с поселением Штул, расположенным на полуострове Юкатан.
Мексиканский период оказался знаменательным, потому что именно в Штуле к двум богам Процесса, Люциферу и Иегове, добавился третий – Сатана. Группа начала проводить сатанинские ритуалы при лунном свете. Тогда же появилась идея преобразовать ее в Церковь процесса. Для участников Процесса пережитый в Штуле опыт был тем же, чем стали для Христа сорок дней и ночей, проведенных в пустыне  [105].
Вернувшись в Англию, группа взялась за знаменитостей, помимо прочих попытавшись обратить в свою веру The Beatles и The Rolling Stones. Де Гримстоны открыли магазин и кофейню, начали выпускать журнал под названием «Процесс».
Культ был очарован идеями войны и кровопролития, и журнал отражал эту одержимость в полной мере. На его страницах Гитлер представал благородным джентльменом, достойным восхищения – и поклонения. В эпоху хиппи Процесс ненадолго сумел завлечь в свои ряды певицу Марианну Фейтфулл, близкую подругу музыкантов The Rolling Stones. Она даже сфотографировалась для одного из номеров журнала «Процесс», изображая покойницу с розой в руках.
В конце 1967 года Роберт де Гримстон опубликовал книгу «Как есть», изложив в ней философию Процесса:
Христос сказал: возлюби врага своего. Врагом Христа был Сатана, а врагом Сатаны был Христос. Любовь уничтожает вражду. Любовью святой и грешник уничтожают вражду между собой. Посредством любви Христос и Сатана уничтожили свою вражду и объединились ради Судного дня. Христос – чтобы судить, Сатана – чтобы приводить приговор в исполнение.
Ключ к пониманию этого трактата кроется в предложении, где говорится, что Христос и Сатана объединили усилия, чтобы привести мир к концу света. Христос, по мнению Процесса, использовал Сатану в качестве палача, поэтому поклонение Сатане сродни почитанию Христа. А убийство от имени Сатаны на самом деле считалось убийством во имя Христа – божественной миссией.
Естественно, участники Процесса мнили де Гримстона Христом и, поклоняясь Сатане, думали, что выступают агентами Бога, исполняющими приказы свыше и приближающими день Второго пришествия ради спасения мира от самого себя. Сам культ в итоге должен был выжить, чтобы построить новый мир во славу дьявола.
 
Признаки Второго пришествия широко известны благодаря их описанию в Библии – огни Армагеддона, смерть, хаос и смятение. Участники Процесса твердо верили, что их божественный долг состоит в ускорении прихода Судного дня, и извращенное толкование Библии подсказало им, как это можно сделать. На свет родился план масштабной бойни, отдельных убийств и прочих преступлений, совершение которых оправдывалось религиозными мотивами.
Но сумеет ли подобная извращенная теология привлечь достаточное число неприкаянных, мятежных и жаждущих власти душ? Де Гримстоны в этом не сомневались и в конце 1967 года двинулись в крестовый поход на Соединенные Штаты – идите, научите все народы  [106].
* * *
«Мое пророчество об этой опустошенной земле и развращенном творении, сидящем среди руин, гласит: ДА УБИЙ».
Доподлинно неизвестно, распространяли ли участники Процесса, проникшие в Сан-Франциско на закате «Лета любви», брошюры с приведенной выше цитатой из книги Роберта де Гримстона «Иегова о войне». Но они, по крайней мере, приехали в этот город, привезя с собой своих немецких овчарок, журналы, обкатанные способы привлечения сторонников и нездоровую теологию.
В Соединенных Штатах царила эпоха студенческих волнений. Война во Вьетнаме провоцировала нарастание протестов, родительские ценности ставились под сомнение, в моду вошла психоделическая музыка, наркотики распространились повсюду, а движение хиппи, называвших себя «детьми цветов», переживало период буйного расцвета. Лето 1967 года и популярность квартала Хейт-Эшбери превратили Сан-Франциско в Мекку для определенного сорта паломников. Тимоти Лири  [107] призывал молодежь «включаться, настраиваться, выпадать». Это было время «твори, что хочешь», свободной любви и трансцендентальной медитации. Даже The Beatles тогда заигрывали с идеями Махариши  [108] и пели «Все, что тебе нужно, – это любовь».
Чрезвычайно благодатная почва для Процесса.
Культ в то время делился на три подгруппы, каждая из которых представляла одного из его богов. Иеговисты считались строгими и бескомпромиссными пуританами секты. Люциферианцы, напротив, придерживались свободных нравов – проповедовали чувственность, беззаботность и свободное употребление наркотиков. Наконец, сатанисты верили в то же, во что и их коллеги по всему миру, – кровь, насилие, жертвоприношения и поклонение дьяволу.
Новые участники Процесса могли свободно вступать в любую из подгрупп. Де Гримстоны никак не препятствовали их выбору, поскольку, согласно их учению, все три ветви все равно должны были слиться воедино в Судный день, который, как известно даже непосвященным, знаменует собой конец света.
Процессианцы, какому бы богу они ни поклонялись, воспринимали Судный день как радостное событие. Конец света близок, и они, будучи Избранными, должны стать частью этого великого события.
Осевший в Калифорнии Процесс считался лишь одной из многих похожих групп проповедников, торговавших собственным учением на и без того переполненном рынке. Они не привлекли к себе особого внимания властей, поскольку правоохранительные органы отнесли их к той же категории, что и прочих мессианских демагогов, засорявших улицы своей литературой.
Однако они сильно отличались от других. Процесс умело размахивал перед чужими носами морковкой, предназначенной для самых разных вкусовых рецепторов, и тем самым привлек значительное число новобранцев. Любители смерти и насилия вливались в сатанистское крыло, обещавшее разгул и разрушения на фоне грядущего конца света. Приверженцы свободной любви и наркотиков соблазнялись идеями люциферианцев, а склонные к самобичеванию и ношению власяниц примыкали к суровым иеговистам.
Дуализм Христа-Сатаны оказался чрезвычайно привлекательным и для великовозрастного дитя цветов по имени Чарльз Миллз Мэнсон. Связи Мэнсона с Процессом будут рассмотрены тут позднее. Пока же отметим лишь, что Мэнсон находился под сильным влиянием этой группы.