Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма
В конце 1986 года сержант Карлос Авила в общих чертах изложил нам ход дела. «Пока оно не будет раскрыто, все, кто с ним связан, остаются под пристальным наблюдением». Очередной тонкий намек на то, что ни с кого из причастных лиц не сняты подозрения.
Я полагаю, что убийство Роя Рэдина послужило целям более чем одного заказчика, кем бы они ни были.
* * *Но за лежащим на поверхности «почему» в убийстве Роя Рэдина скрывался вопрос о том, кто были его фактические убийцы. Мы с Гандерсоном искали связь с культом, и расследование затянулось надолго. Параллельно мы пытались выяснить, не замешан ли в этом как-то таинственный Мэнсон II. Проще говоря, мы считали, что заказчик убийства был знаком с кем-то связанным со штаб-квартирой «головного» культа Сына Сэма в Лос-Анджелесе – возможно, с самим Мэнсоном II.
По нашему мнению, «контракт» (лучшего определения у нас не нашлось) на убийство Роя Рэдина появился в результате взаимодействия разных элементов культа. Мы думали, что здешний альянс повторяет нью-йоркский.
Забавно, но такое соглашение походило на то, которое, как утверждается, присутствовало в деле Мэнсона, события которого разворачивались где-то на задворках компании Рэдина.
Берковиц, по словам Винни, заявил: Мэнсон II сказал, что оригинальный Чарльз Мэнсон «вызвался» совершить убийства Тейт для кого-то другого и что где-то в лабиринте этого расследования скрывался вполне реальный мотив – помимо идеи «Кавардака», на которую он ссылался.
Потенциальные перекрестные связи выглядели убедительно.
Найденная в каньоне Библия явственно указывала на связь культа с убийством Рэдина – очевидный вывод, дополнительно подкрепленный тем, что мы ранее узнали о жизни Рэдина в Нью-Йорке. По сути, присутствие Библии стало визитной карточкой, символом сатанинского триумфа. Еще около двух лет назад нам с окружным прокурором Квинса Джоном Сантуччи стало известно, что на местах преступлений культа Сэма обычно оставляются некие знаки. Библия была одним из них – насмешка над христианством, использованная самым кощунственным образом.
Гандерсон и я согласились с направлением полицейского расследования, тяготевшего к связям с наркотиками и фильмом, но мы были так же уверены, что в деле как-то замешан культ. Почти наверняка один из фактических убийц был с ним связан, и то же самое, вероятно, можно было сказать о ком-то из занимавших более высокое место в этой цепочке.
Если бы нам удалось связать подозреваемого в убийстве Рэдина со временами Шэрон Тейт и пр., наша вера в то, что он может оказаться Мэнсоном II, значительно укрепилась бы. Мы бы смогли увидеть, соответствует ли подозреваемый описанию внешности Мэнсона II, предоставленному Винни, которое, как мы уже знали, полностью совпадало с описанием человека, замеченного на месте убийства Кристин Фройнд в Нью-Йорке.
Изучая круг общения настоящего Мэнсона, мы могли бы обнаружить кого-то еще, кто – вероятно, зная Мэнсона II с конца шестидесятых – также засветился бы в деле Рэдина 1983 года. Другими словами, мы планировали двигаться вверх-вниз по лестнице времени в поисках параллелей в жизнях по крайней мере двух конкретных людей.
Все шансы были против нас. Но если даже нам не удастся найти и идентифицировать Мэнсона II, то у нас, возможно, получится обнаружить иные давние связи между людьми, замешанными в деле Рэдина. Для расследования это также имело бы большое значение.
Так кого же подозревали в убийстве Рэдина? Полиция нам этого не сообщила, однако еще до того, как я узнал о заявлении Анны Монтенегро о «телохранителях» в доме Джейкобс в ночь перед исчезновением Рэдина, проведенное Гандерсоном расследование принесло одну интересную зацепку.
– Его зовут Билл, хотя фамилию не знаю, – сказал мне Тед. – Но он напрямую связан с Джейкобс и часто бывал у нее дома. Думаю, он был там и в ночь перед тем, как Рэдин словил пулю. И он водил черный «кадиллак» – похожий на автомобиль, который ехал за лимузином. Моему источнику сказали, что он кто-то вроде автодилера.
– У тебя есть описание этого парня?
У Теда оно было и невероятным образом совпало со словесным портретом Мэнсона II, предоставленным Винни: рост около пяти футов десяти дюймов, атлетическое телосложение, песочно-каштановые волосы, и, по состоянию на 1983 год, возраст примерно тридцать с небольшим.
– Сам подумай, – предложил Гандерсон, – если Мэнсон II – наемный убийца, ему надо время от времени менять цвет волос и прочее для разных заказов. И, готов поспорить, он наверняка и здесь бы использовал вымышленное имя.
– Согласен. Но ты, похоже, настиг этого «Билла» в его естественной среде обитания, как, возможно, и Берковиц. Этому парню не нужно было бы менять внешность среди себе подобных, но вот настоящее имя – совсем другое дело.
Гандерсон не смог узнать фамилию Билла, поэтому я позвонил Вилли Ану, чтобы спросить его об этом и заодно выяснить, не нашла ли полиция черный «кадиллак». Если да, то я собирался спросить, не кажется ли им, что автомобиль, следовавший за машиной Рэдина в ночь его смерти, тоже был «кадиллаком». Информация из других источников предполагала, что это мог быть «линкольн». Телефонный разговор состоялся 6 октября 1983 года.
– Нам известно о Билле, – сказал Ан. – Это заметный в тусовке Джейкобс человек. Но я не могу назвать вам его фамилию. Сейчас мы пытаемся получить ордера на два автомобиля – один из них принадлежит ему.
Гандерсон напал на золотую жилу.
Ан, как и Авила до него, сообщил мне: полиция считает главным мотивом убийства наркотики. Я подчеркнул свою убежденность в том, что сделка с фильмом имеет не меньшее значение.
– Слушай, Вилли, – сказал я, – мы с Гандерсоном еще в июле поняли, что тюремный информатор перепутал снафф-фильм с «Клубом „Коттон“». Фильм есть фильм; по словам информатора, он услышал, что все дело в фильме, и предположил, будто речь о съемке реального убийства. Он оказался прав в том, что Рэдина предупреждали держаться подальше от Калифорнии; и был прав насчет «телохранителя» в той степени, в какой у вас там имеются обоснованные подозрения. Поэтому письмо про «элитную группу» нельзя сбрасывать со счетов, как бы мы ни старались его игнорировать.
– А я и не спорю, – ответил Ан. – Нам еще предстоит долгий путь. Мы не отказались от изучения связей с фильмом.
А потом в какой-то момент все это утратило всякое значение. Вилли Ан сообщил мне, что болен, и прогноз у него неутешительный. Глубоко опечаленный, я повесил трубку. Больше говорить с Вилли Аном мне не довелось. Спустя несколько месяцев следователь отдела по расследованию убийств умер.
* * *Карлос Авила сообщил мне фамилию Билла (Ментцер) только 6 июня 1984 года. После восьмимесячного застоя наше расследование возобновилось. Находясь в Нью-Йорке, я ежедневно координировал действия Гандерсона, расследователя Джуди Хэнсон, журналистов Ди Брауна и Дейва Балсигера и других людей, включая правоохранителей, которые помогали мне с этим делом. Со временем у нас получился весьма примечательный портрет Ментцера.
Его несколько раз арестовывала полиция. Один из инцидентов был связан с нарушением правил владения оружием: Ментцер угрожал пистолетом во время ссоры в баре в одном из пляжных городков – то ли в Марина-дель-Рей, то ли в Венис. Именно Венис, граничивший с Мариной, по словам информаторов, служил штаб-квартирой так называемого культа Сэма. Ментцер, как мы также узнали, часто наведывался в тренажерный зал в Венис, и один телерепортер сообщил нам, что в окрестностях Венис ходили разговоры о ком-то, известном как Чарли Мэнсон II. Примечательно, что Ментцера однажды арестовали в Торрансе, калифорнийском поселении к югу от Лос-Анджелеса, примерно в тот же период времени в 1981 году, когда Мэнсон II – как писал Винни, – находился в этом городе.
Итак, теперь у нас был человек, который считался подозреваемым в деле Рэдина, подходил под описание Мэнсона II, угрожал людям пистолетом и находился в нужных городах в нужное время.