Абсолютное зло: поиски Сыновей Сэма

– Когда вы говорите, что беспокоитесь о своей семье, кого конкретно вы имеете в виду?
– Моего отца.
– Сколько [членов культа] живут в штате Нью-Йорк, по вашим оценкам?
– Пятнадцать или около того.
– Они все мужчины?
– Нет.
– Не могли бы вы сообщить приблизительное соотношение полов?
– Нет, не мог бы.
– Возможно, их примерно поровну?
– Да. Приблизительно. Я не называл конкретных цифр.
– Я приму это за основу… раз уж вы не собираетесь говорить ничего лишнего о группе, в нее входили Майкл и Джон Карр?
– Да.
– Вы полагаете, что Джон и Майкл Карр погибли из-за того, что совершили, будучи членами группы?
– Да. Определенно.
– Тогда, вам не кажется… что других сектантов надо бы привлечь к ответственности?
– Я не знаю, где они.
– Какой мотив мог быть у членов группы [на убийство Джона и Майкла Карров]? Осведомленность о вашей деятельности?
– Да. Насилие, страх и ярость.
– Желание добиться их молчания?
– Да. А еще они просто больны – морально больны.
– Они [участники] исповедовали насилие?
– Да, а еще развращенность и всякое такое.
– Та развращенность, о которой вы говорите, какого рода она была?
– Всякого.
– Секс?
– Да. Противоположность всему хорошему.
– Убийство?
– Да. Бог дает жизнь, а они ее отнимают.
– Отнимали ли они жизни помимо тех, которые отняли вы?
– Насколько мне известно, да.
– Сколько из них в Нью-Йорке?
– Я не могу сказать… Многое из этого, насколько мне известно, произошло до того, как я к ним пришел.
– Это они вдохновили нападения [Убийцы с 44-м калибром]?
– Полагаю, что это была моя вина. Я несу ответственность… Я не могу винить никого, кроме себя.
– Вам известно, сколько участников до сих пор живы?
– Половина.
– Сэм Карр был членом группы?
– Нет.
– Но Джон и Майкл были?
– Да. Не могли бы мы поговорить о чем-то другом?
* * *
Затем Липсиг начал задавать вопросы о конкретных преступлениях Сына Сэма. В ходе обсуждения нападения на Московиц и Виоланте в Бруклине Берковиц признал присутствие на месте стрельбы желтого «фольксвагена».
– Вы знакомы с человеком в этом «фольксвагене»?
– Ну, я бы предпочел не говорить об этом.
– Давайте прямо, это был член группы?
– Я не могу сказать.
– Находился ли кто-либо из членов группы в непосредственной близости от места нападений [Убийцы с 44-м калибром]?
– Да.
– Сколько членов группы присутствовало на всех них?
– Я бы сказал, два или три-четыре.
– Жертв определял кто-то из них?
– Да.
– Трое или четверо присутствовало при каждом инциденте?
– Да. Мужчины и одна женщина.
– Изначально планировалась серия [нападений]?
– Да.
– Вы участвовали в планировании?
– Да… Мистер Липсиг, если это просочится в прессу…
– …Существовал ли какой-то принцип отбора жертв – имя либо иной тип идентификации?
– Я не могу сказать.
– Это вы оставили письмо для полиции [адресованное Боррелли письмо на месте убийства Суриани-Эсо]?
– Я бы предпочел не говорить об этом.
– Это был член культа?
– Я бы предпочел не говорить об этом.
– Письмо было написано вашим почерком?
– Я бы предпочел не говорить об этом.
– Оно не было написано вашим почерком, верно? – Берковиц не ответил. – Верно?
– Я бы предпочел не говорить об этом.
– Вы засомневались, когда я спросил вас, написано ли оно вашим почерком…
– Слушайте, это дело полиции. Пусть гражданский суд выясняет это у полиции.
– Вы же не собираетесь выступать адвокатом на этом слушании, не так ли? – с юмором спросил Липсиг.
– Я хочу уберечь свою семью и избежать негативной огласки, потому что в ней нет необходимости.
– Огласка, о которой вы беспокоитесь… может дать понять миру, что в деле замешаны члены культа, и вы беспокоитесь о безопасности отца и, возможно, других членов группы – так?
– Ну…
– Это так?
– Да.
– Использовали ли участники группы при совершении преступлений ножи и пистолеты?
– Да. (Это подтвердило слова Винни и Дэнни о том, что у членов группы, как и у самого Берковица, имелись «ритуальные ножи».)
 
– Кто-нибудь еще использовал имя «Злой король плетеный»?
– Мистер Липсиг, давайте… мы можем продолжить о вашем клиенте, пожалуйста?
– Если бы не возможность причинения вреда вашему отцу, вы бы считали, что другие участники группы должны быть привлечены к ответственности?
– Да.
– Вы сообщили нам, что при каждом преступлении присутствовали трое или четверо [членов культа]. Они каким-то образом взаимодействовали между собой?
– Да.
– Как именно?
– Я бы предпочел не говорить об этом. На самом деле я с самого начала не хотел говорить об этом. Но вы очень настойчивы. Я бы предпочел не говорить ничего, потому что просто не могу сказать больше – вдаваться во все это. … Я хотел спросить, кто ваш другой клиент, кроме Виоланте? Вы сказали, у вас их два.
– Лупо, – ответил Липсиг. Затем он начал задавать вопросы об обстоятельствах стрельбы возле дискотеки «Элифас». – Из трех или четырех присутствовавших там… сколько из них еще живы?
– По-моему, один.
– Значит, Джон и Майкл были среди [остальных] трех присутствовавших?
– Не всегда. (Это утверждение подкреплялось доказательствами, поскольку мы четко установили даты приездов Джона Карра в Нью-Йорк.)
– В тот раз, когда выбрали Лупо?
– Вроде бы. Я точно не помню. (Если это так, то оставшийся в живых сообщник почти наверняка был тем крепким мужчиной с усами и волосами песочного цвета, который наблюдал за стрельбой и уехал с места происшествия в том же направлении, что и стрелок. Он сидел за рулем желтого или золотистого малогабаритного автомобиля с погашенными фарами.)
– Разве их [группу] не следует привлечь к ответственности за их указанную вами развращенность и склонность к насилию?
– Да, но…
– И если бы вашему отцу гарантировали защиту, вы бы тогда дали показания и помогли бы привлечь к ответственности этих существ, пристрастившихся к насилию и разврату?
– Мне бы этого хотелось. Я сейчас не могу брать на себя обязательства. У меня нет адвоката.
– Я так понимаю, все ваши предшествующие заявления о том, что убийства вдохновляли демоны и прочее, были просто прикрытием, чтобы защитить этих людей?
– Наверное, косвенно.
– Почему вы заявили, что на мысль [о нападениях] вас навели демоны? Вы имели в виду, что они – члены группы – демоны?
– Такова была общая идея. Но замысел состоял в том, чтобы все выглядело так, словно это совершил душевнобольной псих.
– Вы когда-нибудь чувствовали, что ваша жизнь здесь в опасности?
– Да.
– Как вы справляетесь с этой опасностью?
– Вы не понимаете. Вы просто… нет… вы просто… я не могу сказать.
– Вы просто живете с этим – таков ваш ответ?
– Да.
* * *
Затем Липсиг снова вернулся к теме группы.
– Вы испытывали интерес к кому-либо из участниц женского пола?
– Да. Там было несколько приятных с физической точки зрения.
– Не будет ли с моей стороны вторжением в вашу личную жизнь спросить, доступны ли они вам были с физической точки зрения?
– Будет. Я действительно не хочу говорить об этом.
– Вы когда-нибудь слышали имя Арлис Перри?
– Да. Но опять же, все не так… вы скачете по всему штату. Вы скачете по всем Соединенным Штатам. Давайте покончим с этим, пожалуйста.
– Разве это не было связано, или в этом не участвовал член группы?
– Да, участвовал.
– Значит, хотя [убийство] было совершено кем-то за пределами штата, оно все равно является неотъемлемой частью общей картины деятельности конкретной группы – верно?
– Верно.
– Какова общая идея группы? Это был какой-то культ дьявола или…
– Извините. Я не могу вдаваться в подробности. Это слишком долгий разговор.