Кольцо мертвой ведьмы (СИ)

— А вы верите в Хранителей, учитель? — почтительно спросил ученик.
— Раньше сомневался, а сейчас верю. Вот, к примеру, этот призрак, Глинда эта. Я раньше сомневался, а теперь… Все сходится и ясно, что классификация потусторонних явлений Мескара — чистая правда. Вот, взять его.
Ургутий ткнул тростью в колено Анфима:
— Что эта Глинда пообещала тебе за помощь?
— Сказала, что выйдет за меня замуж, — прямо ответил парень.
— Слышал? — хмыкнул старик, повернувшись к ученику. — Этот дурень небось о юбках только и мечтал — и вот. Явилась к нему в образе крали…
— Она красивая была? — повернулся старик к пленнику.
От такого вопроса у Анфима просто в сердце кольнуло, но он кивнул.
— Вот, — Ургутий посмотрел на профессора. — Почитай Мескара на досуге. Там все про это написано. Эти сущности сразу же узнают мысли и желания людей, которые попадают в их ареал. Если бы мы оказались там, то нам бы она предложила какие-нибудь сверхзнания…
— Только я вот чего не пойму, — задумчиво проговорил Гумплер. — Этому пустырю ведь сотня лет. И она там все это время сидела. И вряд ли ей там нравилось. Как я понимаю, она всегда хотела освободиться. Но ведь сто лет прошло. Поему именно его она выбрала и почему сейчас, а не раньше?
— Да кто его знает, — откликнулся старик. — Может материала подходящего не попадалось. Я ведь много раз там был, в "Треугольнике". Там то и дело разные алкаши на спор к ней лезут. Кто-то выходит нормально, а кому-то достается… Но кто туда лезет? Пьянь всякая! Умные люди подобные места стороной обходят. А как алкашу такое дело поручишь? Видимо наш мальчик оказался лучшим материалом, что ей попался.
Ургутий без злобы пнул ногой парня.
Слушая старика, Анфим впал в ступор.
"— Неужели это правда? — заторможено думал он. — Неужто она специально так ко мне явилась и все это обещала? Да нет! Не может быть! Не стала бы она мне врать! Тем более, там передо мной еще племянники Саввы били и сыскари. Но она выбрала меня!!!"
Старик, между тем, продолжал говорить своему ученику:
— В любом случае, у этой Глинды своя логика и время для нее там по-другому течет.
Он замолчал, задумавшись, и тогда подал голос профессор:
— Так, а что с Машиной Жизни-то?
На лице Ургутия появилось досадливое выражение.
— А что с ней? Я ведь завтра утром должен с Сигилом встретиться.
— И что?
— А то, что все документы теперь у этих гадов! — старик кивнул на пленника. — А там есть и мои печати. Я думаю, люди Сигила скоро уже до этих придурков доберутся и представляешь, что будет, когда он увидит, что мои документы у них?
— Могут подумать, что вы их сами отдали?
— Запросто!
Лицо старика опять исказила гримаса досады.
— Я давно ведь знаю Сигила. Темная он личность. А за ним стоит герцог Раст. Он еще более опасен и жесток. Но у него есть библиотека, в которой, по слухам, такие древности и редкости, что…
Старик замолчал и опять поморщился, как от боли. Профессор спросил:
— Так вы, что, учитель, из-за этого с ними связались?
— В том-то и дело, что да! Хотел к его библиотеке подобраться. Опасное это дело, но у него такие вещи могу быть, что… я решился! Я уже оказывал услуги Сигилу раньше, и думал, что сейчас самое время перейти к главному. Вместо денег, я хотел попросить о встрече с герцогом…
— И что же? — затаив дыхание спросил Гумплер.
— А вот чего! — книжник кивнул на пленника. — Теперь все псу под хвост! Сигил таких проколов не прощает!
— Так может поговорить с ним? Ну, с Сигилом, — быстро спросил профессор. — Прямо сегодня встретиться и рассказать, как есть? Про этих идиотов рассказать.
Бросив взгляд на пленника, Ургутий спросил:
— Где вы остановились?
Давно уже ожидающий этого вопроса Анфим вздрогнул. Поскольку его палец по-прежнему был зажат между лезвиями секатора, то парень быстро заговорил:
— Я помню, где это, но не знаю адрес. Я могу показать и отвести.
— Ну вот! — чуть не воскликнул профессор. — Выясним где они, и может быть даже…
Старик скептически хмыкнул:
 
— Там ведь не один Трифон, а их куча. Втроем мы их не осилим.
— Но ведь можно сообщить Сигилу про них и…
— Нет! — в очередной раз поморщился старик. — Тут дело не чистое. Если ты слушал его рассказ внимательно, то заметил, наверное, что слишком круто там все замешано. Про богача Савву я слышал — богат он очень и меценат известный. И вот он уже в тюрьме, словно бродяга. Про сыскаря Мирона тоже слыхивал. И он не хуже Сигила опасен, но видишь, как с ним поступили… И переходить этому сыскарю дорогу нам тоже не резон. А раз он сейчас с этими болванами, то получится, что мы против него выступили.
Профессор молчал, почтительно глядя на своего учителя.
— Но, не это главное! — проговорил сквозь зубы книжник. — У меня уже несколько дней вот о чем голова болит. Помнишь, я тебе рассказывал, как лет пять назад я пользовался услугами некой сыскной конторы?
Профессор кивнул.
— Так вот! На днях, видел я человечка, с ними связанного. Так он рассказал, что все они какой-то крупный заказ выполняли, выполнили, а потом раз и отравились все вместе. А их там десятка два будет!
— Странно, — сказал Гупмлер. — В газетах я что-то не читал.
— Вот в том-то и дело! — поднял вверх длинный палец старик. — А самое главное, что они на Сигила работали!
Старик многозначительно посмотрел на профессора:
— Вот как он их отблагодарил. Понимаешь, куда я клоню?
— Хотите сказать, что они и нас так могут?.. Отблагодарить?
— В точку! — старик с удовольствием посмотрел на понятливого ученика. — Я потому и тянул с этой работой, долго не отдавал, потому что сомневался… И, как оказалось, не зря!
— Вы о чем, учитель? — не понял профессор.
— О том, что могло бы произойти с нами, если бы мы не встретили его.
Ургутий легко ударил тростью пленника по колену и повернулся к ученику.
— Кое о чем, что он сейчас рассказал, я догадывался. Но вот, чем больше обо всем этом думаю, тем больше уверен, что для нас все могло кончиться очень плохо. Отдал бы я Сигилу все бумаги про Машину Жизни, он бы нам денег отсыпал и вином угостил бы за успех дела. А на следующий день в Университете студенты читали бы твой некролог. Я же, человек не публичный, разве что в паре научных журналов поместили бы заметку.
— И что же нам теперь делать? — с тревогой в голосе спросил профессор.
— Бежать, вот что! Конечно, у Сигила много возможностей и я бы не рассматривал бегство серьезно, но есть еще одна вещь. В тех бумагах, что у меня увели, есть сторонний документ — пророчество, я его "до кучи" туда засунул.
— Так вот! Там сказано, что когда Машина Жизни будет запущена в очередной раз, то в стране разразится серьезное бедствие, которое будет испытанием, после которого страна или переродится или погибнет.
Профессор, молча внимал своему учителю, который продолжил:
— Конечно, еще час назад я к этому не слишком серьезно относился, но сейчас, вот при этих фактах и доказательствах, — он кивнул на труп подельника. — Сейчас я понимаю, что приближаются весьма непростые времена и вся Империя стоит на пороге серьезных событий.
Старик помолчал, задумчиво пожевал губами и сказал:
— Поэтому… Уезжаем из города прямо сейчас! Берем самое важное, а остальное бросаем. Жалко, но жизнь дороже! Отсидимся, а там видно будет. Чую я — бежать отсюда надо и подальше!
— А как же этот? — профессор указал на пленника.
— С ним все просто. Его отдадим герцогу. Я письмо напишу Сигилу и отдам его им в подарок. Пускай они сами его допрашивают и с ним разбираются.
 
Он дал знак рыжему подельнику и тот убрал ножницы от рук парня. Все трое, обойдя пленника, остановились за его спиной. Старик что-то тихо сказал. Анфим напряг слух, но ничего не расслышал.
Грязные руки опять запихали ему в рот платок-затычку. Парень возмущенно пискнул, но тут сильный удар обрушился на затылок, и пленник потерял сознание.