Кольцо мертвой ведьмы (СИ)

Он махнул рукой, подзывая официанта.
Пока Игнат, не спеша, заказывал себе пива, Илья с трудом удерживался, чтобы не схватить маляра за грудки и, брызгая слюной, не заорать ему в лицо, требуя уже начинать рассказ. Нервы за эти дни расшатались до последней степени…
Через минуту на столе уже стояли три кружки пива.
— В общем, так, — сказал Игнат, сделав большой глоток и вытирая рукавом рот. — Я тебе, Илья сейчас всё по порядку расскажу. Там сплошная беда была, а не поездка. В общем, началось все это в первый же вечер, как мы туда прибыли. Да ты угощайся…
Илья, позабыв о пиве и всем остальном, внимательно слушал. Появилось нехорошее предчувствие, что сейчас он узнает что-то очень плохое. Он придвинул себе одну кружку и кивнул, благодаря.
— Ну, значит, это в первый вечер началось, — начал рассказ Игнат. — Сидим мы там в "Треугольнике". Всё путём! Еще не так поздно, время — около одиннадцати. И тут, я сам видел, через двери вбегает кто-то, бежит через зал и прямо башкой об стойку — хлоп! Ну и на пол, с копыт долой! Ну, народ, ясно дело, всполошился.
Игнат прервался и сделал глоток из своей кружки.
— Рассмотрели, а это мальчонка. Еще малой совсем, лет семь ему. Сперва шутить начали, дескать малец где-то выпивку достал, напился и за добавкой прилетел. А тот вдруг очнулся, да как начнет орать, да и натурально лужу на полу сделал!
— Ну, народ собрался, чего-то там шумели. Вроде малец там чего-то про "Ведьмин пустырь" начал лепетать. Там сразу нашлись любители, пошли посмотреть. Я уж было забыл про это, как вдруг смотрю, опять шум в дверях. Принесли еще двоих. Я там прям рядом был, всё своими глазами видел.
Илья, слушая его, молчал. Мыслей в голове не было — он тупо внимал, а маляр непринужденно молол языком:
— Принесли и положили на пол двоих парнишек. Одному лет семнадцать, а другой постарше. Который старше, тот тихо лежит, пузыри ртом пускает, а который младше — чего-то там про ведьму бормочет. Я тогда мало что понял, но потом мне сказали, что он там клялся, что они ведьму на пустыре встретили — она вся в белом, а лицо и руки черные! И потом, только на следующий день уже, когда многое выяснилось, оказалось, что эти трое — братья. Младшенького, вроде бы, снаружи оставили, на шухере, а старшие на пустырь полезли — сокровища какие-то искать. Ну, там ведьма их и прихлопнула.
Слушая всё это, и так напряженный сверх меры Илья почувствовал себя пришибленным. Как реагировать на эту историю, он не знал. Бред какой-то…
— Ну, понятное дело, в ведьму никто не поверил, — продолжал Игнат. — Там ведь народ серьезный, в "Треугольнике". Я сам видел, как один мужик на спор взял лампу и сразу же, в полночь, полез на этот пустырь, проверить там ведьма или нет.
— И что? — не удержался от вопроса Илья.
— Да ничего. Вернулся живым и здоровым. Говорили, что он, то ли тридцать, то ли пятьдесят рублей в этом споре выиграл.
— А Анфим-то тут при чем? — спросил Илья и тут же пожалел, что этот вопрос у него сорвался с языка.
Однако Игната этот вопрос ничуть не удивил.
— А что Анфим? — ухмыльнулся маляр. — Он в тот вечер там был, это точно. Я видел, как он у стойки сидел, пиво пил. Ну, и с парнями за столом сидел, а потом… Сейчас я тебе по порядку расскажу, что дальше было.
Игнат сделал несколько глотков пива из кружки.
— Короче, мы с мужиками в тот вечер задерживаться не стали. Они там еще возились вокруг тех троих, а мы ушли. Конечно, немного жутковато было там идти рядом с этой стеной, что-то там все-таки есть такое на этом пустыре… Страшно там как-то… Ну, в общем, дошли мы нормально, спать легли. Всё, как обычно.
— Наутро просыпаемся, а у начальства переполох. Жаба орет, словно ему причинное место защемили. Он ведь в "Треугольник" не ходит. У них с Кирюшей там своя компания, они играют и пьют вместе. И вот Жаба рассказывает, что уже вечером, как стемнело, он зачем-то в контору сунулся, она ведь рядом, и видит там Анфима. Тот чего-то копошится и сумка у него в руках.
 
От этих слов Илья почувствовал, как его тело покрывается мурашками и вообще, накатывает непривычная слабость, Стало казаться, что еще немного, и он потеряет сознание.
— Ну, Жаба налетел на парня, мол, чего ты тут шаришься, а тот как пошел, как пошел! Обругал Жабу на чем свет стоит. Говорит, надоели вы мне, ухожу я. А Горбылю, передайте, что я ему долг отца верну. Не сразу, но верну. Вот так сказал, и Кирюша там был, всё слышал.
— И что дальше? — тихо спросил Илья.
— А вот и дальше. Утром Жаба полез в контору, а там разгром. Денежный шкаф взломан и деньги тю-тю. Анфим их к рукам прибрал и ноги сделал. Говорят, там сорок тысяч было. Представляешь!
Илья ничего не сказал. С одной стороны он понимал, что Игнат не врет, не в его это стиле. Но всё услышанное не лезло ни в какие ворота. То ведьма на пустыре, то Анфим зачем-то грабящий контору.
Между тем маляр сделал несколько больших глотков и продолжил:
— А самое интересное дальше было! Кирюша и Жаба, как полагается, властям об ограблении заявили. Там стража набежала, шериф приехал. Все как надо сделали, Анфима в розыск объявили. Выяснили, что он ночью вышел на тракт и пошел в сторону Аргенира. он там остановил местного мужика на телеге, который домой с той стороны ехал. Анфим заплатил ему и тот его подвез до… Я не помню, как оно называется, но большое село, километрах в тридцати к северу по тракту. Там видели, как он еще одного мужика нанял, тот его еще дальше увез…
Игнат сделал несколько глотков и вытер губы:
— Вот! Но это не главное. Стали мы домой собираться и тут…
Маляр замолчал и тихо засмеялся.
— Перед отправкой, к нам шериф местный подошел. А Жаба в это время нес к телеге какой-то сверток, увидел шерифа, вздрогнул, и уронил пакет на землю. Тот упал, порвался, а там деньги! Вся касса! Представляешь? Оказывается, Анфим кассу не грабил! Это Жаба проследил за парнем, увидел, как тот с крестьянином уезжает и решил деньги к рукам прибрать, а на Анфима свалить.
Внимательно слушающий Илья совсем растерялся.
— А где он сейчас? — с трудом ворочая губами, спросил он, сам точно не зная, кого именно имеет в виду.
— Жаба-то? — откликнулся Игнат. — Его быстро скрутили и под замок. Кирюша говорил, что он сразу его подозревать начал. Этот урод сейчас там, в участке, сидит и вот интересно, будет ли Горбыль его вызволять или нет? Вот посмотрим, что у них дальше будет.
Маляр сделал большой глоток из кружки.
— Вот такие дела. Видишь, сколько новостей!
— Н-да, — с трудом выдавил из себя Илья.
Ситуация его, мягко говоря, озадачила. Если бы не безумные парни, всё было бы просто и ясно. Анфим нашел сокровище и "сделал ноги", а Жаба решил подгадить. Но вот эти ребятишки с ведьмой, портили всю картину. Кто они такие? Может быть, эти двое из компании Саввы? Те самые племянники, которые и заложили клад на пустыре?
Илья посмотрел на маляра, который с беспечным видом попивал пивко, и спросил:
— Так, а что дальше-то с парнями было? Ну, которые от ведьмы пострадали.
— Да ничего. Родным отдали. У них у всех троих, по ходу, крыша поехала.
— А неизвестно, откуда они?
— Вроде местные. Там какая-то деревня километрах в пяти в сторону Гаваней. Вот они оттуда. И, кстати, — маляр воровато огляделся и понизил голос. — Тот, который старший — он из Сыскного Указа. У него "герб" нашли.
Если раньше, Илья сидел, словно его пыльным мешком огрели, то после этих слов, он почувствовал, словно его, вдобавок, еще и облили ледяной водой.
 
"— Вот те раз", — только и подумал он.
— Вот такие дела, Илья.
— А что там про Савву слышно?
— Это про какого? — удивился маляр.
— Ну, как какого? Из Ключей! В прошлый раз, помнишь, его арестовали ведь.
— А… Ну да. Но чего-то ничего нового я про него не слышал.
— Понятно.
Илья задумался, пытаясь привести в порядок мысли. Через несколько минут Игнат пересел за другой столик к дружкам, а Илья сидел, тупо уставившись в стол перед собой, и ничего не мог придумать. В голове ветер гулял. С одной стороны — можно предположить, что Анфим нашел-таки сокровище. Но как быть с парнями? Он что, надавал им по шее, да так, что те разум потеряли? Маловероятно. Парень не дурак, но достаточно хилый. Скорее те двое надавали бы по шее ему.