Магическая инспекция или [не]выгодная сделка (СИ)

Маг мягко светло рассмеялся и вновь сжал мою руку. — Мари, да ты влюбилась в него. И не спорь. Не важно, сколько вы знакомы и как хорошо знаете друг друга. Знаешь, какой первый постулат магии? Доверяй своей силе и тогда сила полностью откроется тебе. А если любовь это тоже магия, то единственное, что мы можем сделать, это довериться ей.
Я ощутила, как начинает гореть мое лицо. — Все возможно, не совсем… — Начала я, но сбилась, ощутив, как сильно колотится мое сердце и как наполняются искристым туманом все мои мысли при одном упоминании о нем. Диана, ты что, действительно влюбилась? Я с ужасом, почти с отчаяньем осознала, что Озак отгадал мои чувства быстрее и точнее меня самой. Но теперь признавшись себе в них, я уже не смогу остаться прежней. Что же мне делать и как теперь вести себя радом с ним?
Маг, догадавшись о идущей внутри меня борьбе, не мешал мне разобраться в себе самой, я же с каждым мгновением все больше и больше увязала в сладкой, но пугающей тоске. Когда мы подошли к стенам академии, я только мельком взглянула на величественное белоснежное здание, увенчанное голубыми крышами, изящными, время от времени переходящими с места на место каменными статуями и рядами балконов, опирающихся на ряд тонких колонн. Тихо мы прошли перед рядами высоких деревьев очень красивой клиновидной формы, стоящих как верные стражи над стоящем на каменном возвышении магической сферы силы.
— Что мне делать? — Прошептала я тихо, но уже без прежнего страха взглядывая на темный шар перед собой. Слишком сильно меня занимали теперь другие мысли, так что прежние опасения уже совсем забылись под впечатлением новых мыслей и забот. Парень подошел ко мне совсем близко и обнял со спины, но после нашего недавнего разговора я знала, что в этом жесте нет ничего, кроме дружеского участия.
— Мари, положи ладонь на камень и постарайся успокоиться.
Я выполнила его указание без малейшего колебания. Краткое мгновение ничего не происходило, потом прохладная сила поднялась по моему телу откуда-то из центра живота по груди и рукам и в шаре заклубились белые дымные полосы. Уже через несколько мгновений артефакт стал персиково-бежевого оттенка. Я замерла, с интересом наблюдая за происходящим.
— И что это означает?
— Считай, что ты принята. — Произнес парень, отходя от меня и взглядывая на меня с добродушной улыбкой. Я улыбнулась ему в ответ. — У тебя хоть и средний запас магии, но мастером магии ты точно станешь.
В моем сердце тут же с готовностью откликнулась детская бескрайняя радость. Я смогу поступить в настоящую академию магии, кто бы мог подумать! Я снова буду студенткой!
Мой друг ухмыльнулся и вдруг в его глазах блеснул внезапный хитрый огонек. — Ну, Мари, теперь ты можешь попросить своего возлюбленного помочь подготовиться к вступительным испытаниям. — Маг подошел ко мне ближе. — Он заканчивал академию?
Я опять ощутила, как начинаю краснеть. — Да, кажется.
— И какого же он ранга?
Я вскинула на друга непокорный взгляд, уже намереваясь отшутиться, но потом сама не зная как, ответила прямо. — Первый магистр.
Озак взглянул на меня с нескрываемым изумлением, лицо его изменилось, и, кажется, даже немного побелело, а я испытала даже веселое удовлетворение. Однако, на сердце все также у меня сворачивалась и вздыхала все разрастающаяся печаль, ведь по-настоящему никаких договоренностей с Данетом Фиртулом у нас нет. Может, я просто все это нафантазировала, и как глупая, бестолковая девчонка влюбилась безответно?
Глава 7 — Я точно знаю, что нужно делать
Остаток месяца, по приказу короля, почти все маги из гильдии магов-изобретателей были заняты постройкой первого в Минносарте корабля. Я была рада, что все мои мысли были заняты работой, и мне оставалось не слишком много времени и сил на размышления о магистре. К тому же он с нашего прибытия в столицу больше не появлялся. И все-таки полностью забыть про этого мужчину я не могла, как ни старалась. Со временем тяга к нему только усилилась, несмотря на то, что я пыталась разумными доводами успокоить свое непокорное сердце.
 
Джозон с головой погрузился в работу, новое положение, и, как мне казалось, каждый вечер уходил куда-то, оставляя меня в обществе Озака Рамоха, которого я узнавала все лучше, и которому уже начинала по-настоящему доверять. В шестнадцать лет он поступил в академию магии, где два года пропускал выпускные экзамены и оставался на второй год. В первый раз из-за девушки, с которой он провел прекрасные два месяца в Песанчине — северной части королевства, единственном месте в этом мире, где можно было увидеть снег, падающий с неба и покрывающий на землю лед. Второй год он пропустил потому, что перед выпускными экзаменами, поспорив с каким-то ребенком о том, какого цвета будут облака, если применить на них заклинание Изменчивости, не рассчитал своих сил и упал, спускаясь на землю, из-за чего сломал руку и ногу. Целитель рекомендовал ему для полного восстановления в короткий срок не использовать магию и поехать на магические песчаные источники в Джуторан, теплую страну голубых пологих дюн. Остальное время он действительно учился и даже выиграл спор со своим однокурсником, который считал, что Озак способен добиться ранга магистра и то при большой удаче. Мне нравилась его искренность и энергичность, открытость и дружелюбие. Так, отдалившись от Джозона, я незаметно для себя самой приобрела нового друга.
Поведал он мне и слухи про королевского распорядителя Данета Фиртула, и, несмотря на то, что я не желала вновь подаваться слабости и прямо высказывать свое расположение к этому магу, я все же не смогла отказать себе в удовольствии получше узнать этого странного человека. Как я и думала, магистр во всем был если не идеален, то крайне близок к совершенству. Королевскую академию магии он закончил с отличием, легко опередив всех остальных магов. Около десяти лет он занимал должность декана факультета защитной и стихийной магии, и только по личной просьбе Вал Бет Баннола стал распорядителем гильдии мастеров. Все маги-изобретатели подчинялись ему напрямую, и никто не сомневался в его решениях, так как давно было известно, что слово господина Фиртула имеет почти тот же вес, что и самого короля. Характер он имел сдержанный, говорил мало, но всегда по делу и всегда держал слово. В городе какое-то время обсуждали его роман с Иши Стильмок, блистательной аристократкой и боевым магом, преподающей в академии. Но, так и не дождавшись от мага предложения испить из одной чаши светоносный нектар, аристократка соединила свою судьбу с начальником королевский гвардии. Я невольно задалась вопросом, почему столь завидный маг, как господин Фиртул, до сих пор не нашел себе спутницу под стать и почему сделал предложение мне, хотя я совершенно не владела магией, не была аристократкой и имела самые ничтожные шансы завоевать его внимание. Неужели его так впечатлили мои придумки? Мысли эти не давали мне покоя, и я была благодарна Рамоху, постоянно отвлекающему меня своими проделками.
К тому же постройка первого в Минносарте парусного корабля требовала немалых затрат сил и времени. Утвердив схемы, мы освободили самый большой зал для верфи и два дня наблюдали за тем, как маги подвозят древесину, и как подмастерья магическим образом подготавливают ее, подсушивают и чем-то обрабатывают. Первые два дня наша верфь больше походила на склад лесоматериалов, но уже по тому, какая суета и деятельность бурлила в зале, я ощутила важность и особенность этого момента. Старшие маги следили за работой младших помощников, и когда я проходила по светлому залу, ярко ощущая вокруг приятные ароматы древесины и сладкого свежего древесного сока, я действительно находила в своем сердце тихие следы простого счастья. И эти длинные, огромные деревья неизвестных мне пород, с синеватой, непривычной для земного взгляда древесиной, так же придавали моим мыслям особенное настроение ожидания и предчувствия большого и хорошего дела.
Потом мы начали возведение корпуса судна. Киль соорудили из целого ствола дерева, длинного и прочного, я с удивлением наблюдала за тем, как около пятидесяти магов и десяти сурнигов, громоздких, чем-то похожих на земных слонов животных, сдвигают ствол на нужное место. Нужно будет когда-нибудь взглянуть, как растут эти величественные деревья. Форштевень делали из той же породы древесины, на этом этапе мое присутствие было лишь формальностью, кроме уже сообщенных изобретателям общих знаний, я не могла никак повлиять на последующие этапы постройки судна. Поэтому я, с неожиданной грустью, внезапно ощутив свою ничтожность и одиночество перед непонятной мне торжественной силой этого мира, наблюдала со стороны за тем, как уверенно и неуклонно рос каркас судна. Носовой дейдвуд, водорез и тонкотелая фигура, готовящейся к полету крылатой женщины, украсившей нос судна, были закончены и установлены уже на третий день. На четвертый день была закончена и задняя часть киля — корма корабля. На пятый и шестой день маги уже занялись шпангоутами, ребрами правого и левого бота. Закончив с поперечными балками, соединившими ребра каркаса, укрепив и усилив все части киля, на шестой день изобретатели принялись за корпус корабля.