Болотник 4 (СИ)

Отряд противника на лодках будет двигаться гораздо быстрее тех, кто идёт пешком. Пусть идти им против течения, пусть река виляет и изгибается, но на их пути нет никаких препятствий. Сколько там этих лодок я видел? Штук пять, наверное, не больше. Обычные плоскодонные дощанки, тяжёлые и не очень поворотливые, зато вместительные. Даже если я очень сильно поднажму, скорее всего речники смогут меня опередить, но вот что они будут делать дальше? Сразу в атаку пойдут? Или подождут подмогу, идущую по моим следам? Непонятно.
Мне бы бросить всё это, да в сторону уйти, мне есть чем заняться и кроме этой войнушки локального масштаба. Отряд уже обречен, им не выбраться. По-хорошему, шансы на спасение есть только у меня, да у опытных стариков, у майора с Макаровым. Была бы тут вся рота, было бы всё по-другому, а так… Но не могу я их просто так бросить! Не могу и всё! Нужно хотя бы предупредить, попытаться спасти кого смогу. Они всё же мне жизнь спасли, кто я буду, если не попытаюсь?
Прикинем шансы. На бегство, не на войну. В бою у нас шансов нет. Справятся они без меня в тайге? Тайга — ведь это не река, тут всё по-другому. По реке идти тоже сложностей много, но зато и вода всегда под рукой, и направление выбирать не надо, да и рыбы можно наловить если прижмёт. А вот как раз по реке уходить и нельзя, медленные плоты не идут ни в какое сравнение с лодками, пусть даже и самодельными плоскодонками.
Для выживания и сохранения боеспособности в лесу, нужно иметь представление о неблагоприятных факторах и опасностях, которые могут там ждать. Особенно это касается тайги. Начнем с того, что в тайге очень часто меняется погода, поэтому должен быть полный комплект защиты от осадков: плащ-палатка, тент, шинель или ватник, сапоги с высоким голенищем — всё это нужно нести на себе помимо оружия.
Огромной проблемой становятся кровососущие насекомые. Это клещи, полно мошек, слепней и комаров. Они буквально роятся вокруг. Любые открытые участки кожи, будь то кисти рук или лицо, будут неминуемо искусаны, надо или иметь специальную защитную одежду от насекомых как у меня, или уметь использовать для защиты народные средства. Ну а на солдатиках наших, обычные гимнастёрки и длительное нахождение в такой обстановке им противопоказанно, рано или поздно кто-то из них подхватит клеща или ещё чего. Могут встретится и хищники, их тоже тут хватает, хоть сейчас и лето, пищи для них в достатке, но всякое может случится и тогда надо знать как действовать.
Ну и самое главное в тайге, не заблудится и суметь найти себе пищу, а с этим у всего отряда беда, даже у майора с Иваном. Ну и какое же у нас резюме? А выходит так, что если я им не помогу, то живым с этой богом забытой реки никто не выберется.
— Собираем манатки и тикаем, пока целы. Быстро майор! Времени почти нет! — последние несколько километров я почти бежал и сейчас едва дышал от усталости.
А не плохо тут комрады устроились, пока меня не было. Тихая протока, вдоль берега стоят плоты, а на берегу уже разбит лагерь. Хорошо сделали, моя школа. Стоят тенты, под которыми лежанки из травы и лапника, горят костры, на которых в котелках, что-то варится. Несколько бойцов засели с самодельными удочками на причаленных к берегу плотах и удят рыбу, остальные тоже заняты не торопливыми лагерными делами. Чистят оружие, штопают одежду, помогают кашевару готовить еду. Тихая и мирная жизнь, почти как в стане промысловых охотников или рыбаков. Даже не верится, что скоро это место может превратится в филиал скотобойни.
— Да ты подожди! Толком объясни, что случилось? — встревоженный майор никак не может понять, что я от него хочу.
— Если коротко. Деревню я нашёл. Даже не деревню, а целое село. Она большая, и там очень много людей. Но самое плохое это то, что нас они тоже обнаружили.
— И что, бежать собрались?! Надо срочно выдвигаться, может быть, успеем хоть кого-то задержать! — ещё сильнее заволновался майор, всё ещё не понимая в какую жопу попал.
— Не переживай, убегать они не собираются. Они собираются просто нас убить и жить себе дальше спокойно. Сюда идёт отряд примерно из пятидесяти вооружённых огнестрельным оружием селян. Они настроены серьёзно. Часть ушла по реке, а ещё одна часть идёт за мною следом. Я вообще удивлён, что речники ещё не тут — уже более обстоятельно доложил я — надо уходить. Прямо сейчас. Возможно, я подчёркиваю, только возможно, они нас проследовать не станут. Но на это я бы не рассчитывал.
 
— А ты не преувеличиваешь? — не хочет майор верить моим словам, время тянет.
— Я даже приуменьшаю. Соберись командир, нужно выдвигаться, бросаем плоты, берём только то, что можно легко унести и ходу — настаиваю я, поражаясь упрямству и тупости Задебы. Не дожидаясь, когда он наконец то соберётся с мыслями, я громко крикнул на весь лагерь — Внимание! Всем приготовится к срочному выдвижению. Через пять минут построение. Тенты, котлы, и все остальные тяжёлые вещи оставить здесь. Плоты тоже. Берём с собой только оружие и всё что можно унести в сидорах и в руках. Бегом мать вашу!
Лагерь мгновенно пришёл в движение, всё же не зря я гонял бойцов, попасть в мой черный список никто из них не хочет.
— Не много ли ты на себя берёшь?! — взвился майор, впрочем, не отменяя моей команды — я тут командир!
— Да кто же спорит, командир ты. Только тебе командовать будет скоро не кем, если ты меня не послушаешь — только споров сейчас не хватало, счет идёт на минуты.
— Это мы ещё посмотрим — зло прошипел мне майор прямо в лицо — что бы бойцы Красной Армии, от каких то кулацких недобитков бегали... такому не бывать! После первого нашего залпа, они сбегут. А ты трус! Ну ничего, мы с тобой после боя разберёмся, ошибся я в тебе.
— Становись! Слушай мою команду! Занять позиции вдоль правого берега реки, дистанция два метра! Огонь открывать по моей команде — это майор дает вводную построившимся бойцам. Ой дурак!
Надо уходить, тут уже ничем не помочь, я сделал всё что мог. Пацанов жалко, но их уже не спасти, если им прикажет майор, мои команды они выполнять не будут, теперь надо подумать о себе. Я в это всё вписываться не собираюсь, а значит надо валить. Только я об этом подумал, как где-то среди деревьев прозвучал первый выстрел, а затем стрельба стала нарастать с геометрической прогрессией. Кто в кого стреляет — не понятно, но бойцы увлеченно ведут огонь «в ту степь».
Не сильно высокие, но довольно крутые берега заводи дают хорошее укрытие, но в то же время закрывают обзор, и для того, чтобы понять, что же происходит, я осторожно выглянул. Боец, стоящий когда-то в карауле, сейчас лежит без признаков жизни, а противников не видно, со стороны деревни даже шевеления кустов или ветвей деревьев я не наблюдаю, огонь ведёт только наш отряд.
Да пошло оно всё! Пока меня никто не видит, я подхватил свой сидор и взяв разбег по берегу и плотам, сильно оттолкнувшись, перепрыгнул на противоположный берег. Почти получилось, только немного ноги замочил. Не задерживаясь больше не на секунду, я углубился в густой подлесок. Извините мужики, но тут наши пути расходятся.
За спиной не утихает стрельба, а я быстро и привычно иду по тайге. И чего это майор так закусился? Ведь нормальный вроде мужик. Макарова с ним рядом не было, точно! Как же я сразу внимание не обратил! А где он? В лагере я его не заметил вроде. Так может майор и не стал уходить пока его друг не вернётся? Ну если так, то это всё объясняет. И я даже, кажется, догадываюсь, куда Макаров пропал. Он его за мной послал проследить, да и заплутал фельдшер в темноте, я же быстро двигался, мне в разведке ждать никого не надо было. И похоже так и не смог в лагерь вернуться. Да что теперь то гадать, сделанного не вернёшь, у меня теперь только один путь — на болото.
Первого старовера я увидел чисто случайно, если бы он не спугнул неосторожно сороку, то мы бы с ним нос к носу столкнулись. Я замер на месте. Этот то тут от куда? Я его уже вполне вижу. В мешковатой, наверное, домотканой одежде, меховая жилетка на груди, на голове картуз, в руке настороженно держит обрез. Молодой ещё, лет шестнадцать, наверное, даже бороды нет.