Газлайтер. Том 1 (СИ)
Глава 27
— кураж и оттяжка
— Отлично, два на два, — разминаю я шею. — Предлагаю честные правила: в глаза и пах не бить, лежачих не трогать. Упал — проиграл, — весело оскаливаюсь в бледные лица «малиновым». — Если нарушите хоть одно, мы оставляем за собой право тоже превратиться в бесчестных зверей. Ну что, погнали?
«Малиновые» переглядываются, сминая в руках свои броские пиджаки. Мы-то с Гришей свои блейзеры отдали девушкам. Свой я доверил Лере, теперь рыжая зажигалка стоит в сторонке и бережно прижимает его к пышной груди. Брюнетка, зовут ее Катя Ухова, сама взяла у Гриши со словами:
— Это ничего не значит, — развернувшись, поцокала прочь на шпильках, как легконогая лань. По дороге обернулась и гневно зыркнула на казаха крашеными глазами, словно проверяя, следит ли он за ее колышущейся джинсовой микро-юбкой. А для достоверного результата вдобавок и попой вильнула. Дворянин же, пускай и с востока. Чего бы и не покрасоваться перед Его благородием.
Еще ранее в клубе произошел переполох. К нам подскочили все: и клубная охрана, и амбалы-казахи. Гришка успокоил своих гвардейцев, а вот управляющий заведения вежливо попросил нас выяснить свои дела снаружи. Так мы оказались в широком переулке. Амбалы тоже здесь — держатся у конца переулка в напряжении, словно снежные барсы, готовые сорваться в смертоносном прыжке. Сдерживают их только слова Гриши — мы сами. Оттого «малиновые» в таком напряге. Столкновение с СБ дворянина напугает любого гуляку.
Драться, кстати, собираюсь без телепатии. Простой честный мордобой. Без всякой магии-шмагии. Жуть, как соскучился по нему.
— Э-э…может, договоримся? — лепечет «малиновый»-первый, с щеки которого еще не сошел красный отпечаток от пощечины рыжей сударыни. — Похоже, вышло недоразумение.
— Сударыня, — оборачиваюсь я к Лере. — Вы простите этого человека за роспуск рук?
— Нет, — гордо вскидывает она подбородок, колыхнув шикарными грудями. — Накажи их, Даня.
— Вы слышали сударыню, — приглашающим жестом подзываю «малиновых». — Но раз мы вас вызвали, то первый удар за вами. Прошу нападайте, судари.
Они наконец пристраивают свои пиджаки на крышку мусорного контейнера. Затем с единым прощальным вздохом кидаются в бой. Да! Пошла жара!
Подскочивший ко мне мужчина обладает грузным брюхом. Толстые щеки, тяжесть в каждом движении, злые маленькие глазки. Неудивительно, что и джеб у него совсем не поставлен. Ох, сильно поспешил я с выводами. Драка будет слишком быстрой. Даже насладиться не успею.
Уклон от размашистого взмаха, отшаг назад и хлесткий лоу-кик по жирному бедру. Классика. Кажется, массивная нога даже пошла волной. Жирдяй со стоном заваливается вбок, отсушенная нога подводит, и «малиновый»-первый падает лицом прямо на мой летящий кулак. Костяшки вминаются в жирную щеку, будто в пуховую подушку. Ну всё, вырубился, слюни пускает. Для него сегодняшняя гульба, считай, закончилась.
Я оборачиваюсь на Гришку. Казах еще возится. Соперник ему достался постарше моего и не такой жирный. Хотя стойку все равно держать не умеет, так что не вижу большой разницы. Ну и Гриша, в общем-то, не теряется. Короткая связка из удара в скулу и в живот сбивает «малиновому» весь настрой и он, плюнув на всё, заваливается спать. Тоже правильно, я считаю.
— Сударыни, — гордо оборачиваюсь к девушкам. А Лера уже подбегает ко мне, смешно цокая шпильками по асфальту.
— Мой маленький герой! — я удостаиваюсь поцелуя в щеку. Прямо повеяло ностальгией. Ох, детство, детство, ты куда спешишь? Те же самые ощущения, только теперь Лера ниже меня почти на голову, а не наоборот.
К Грише степенным шагом подходит Ухова. Брюнетка протягивает на вытянутой руке пиджак.
— Забирай.
Но казах не теряется, сам приобнимает девушку и чмокает в щеку. Она вовсе не против, не вырывается, не отворачивает лицо, только фыркает, но не громко, чтобы желание у Гриши, не дай бог, не отбить.
Неожиданно моя шея, оказывается, в оплетении нежных рук.
— А на кого мы глядим? — воркует Лера и хитро улыбается. — Как вы смотрите на то, чтобы поехать к нам в гости?
— Исключительно положительно, — улыбаюсь и достаю мобильник. — Сейчас вызову карету.
Набирая по памяти номер службы такси, быстро бросаю взгляд на амбалов-казахов:
— Вызовите этим двоим скорую. И переверните их набок, чтобы языки не перекрыли дыхательные пути.
Они не торопятся выполнять, сперва поднимают вопросительные взгляды на Гришу и только после его одобрительного кивка шевелятся.
Мы успеваем уехать вперед скорой. Только по дороге уж видим яркие огни мигалки. Что ж, каждому свое обслуживание.
По дороге девушки надиктовывают адрес таксисту, и он выруливает на центральную улицу. Мы вчетвером уселись на заднем сидении, зажигалки забрались к нам на колени. И даже Ухова охотно дает себя трогать Грише, а он с внимательным лицом изучает наощупь нежность и бархатистость женской кожи на разных частях тела, прямо как исследователь-дерматолог.
— Лера, а ты сейчас где учишься? — поглаживаю я голую круглую коленку девушки.
— В столичном государственном, — улыбается рыжая, прижавшись ко мне грудью. — Дар во мне так и не пробудился, пошла на экономиста. Сейчас каникулы между сессиями. Приехали домой, отдыхаем, резвимся.
— Даниил! Что это был за удар⁈ — резко спрашивает меня Ухова, не обращая внимания на Гришу, увлеченно обследующего ее стройные подкаченные ноги. — Тот, которым ты жирдяя свалил!
— А, это. Называется лоу-кик. — Восточные единоборства в Царстве не популярны, в отличие от родного спаса и западного бокса. — Придумали тайцы. Удобный, ногу задирать не надо и противника валит на раз. Очень действенный, правда?
— Правда, — кивает брюнеткка. — Я требую его показать еще раз! На мне!
— Эй, подруга, в другой раз, — сбавляет ей пыл Лера. — Сегодня ночью мой маленький герой будет шлепать только одну девушку!
Машина останавливается, и мы выходим возле стеклянной высотки. Над входом горит вывеска: «Москва».
— Гостиница? — смотрю я на Леру. Рыжая зажигалка пожимает плечами и подмигивает.
— Там нам никто не помешает.
Как оказывается, номер заранее оплачен девчонками. Так что через десять минут мы уже в просторной спальне люксового номера. Мы — это я с Лерой. Гришка с Уховой уже шумят в гостиной. Слышны стоны и яростный скрип дивана. В качестве первой женщины казаху попалась очень темпераментная особа. Ну тем и лучше.
— Ну что мой маленький герой? — задорно спрашивает Лера, поднеся руку к пуговице и расстегнув белую блузку, демонстрируя краешек лифчика. Она опускает взгляд на мои штаны, ее подведенные глаза удивленно округляются. — Ого! Да никакой и не маленький!
Прежде чем мы устроим катания на аттракционах, я решаю прояснить один момент.
— Лера, у меня есть девушка.
— Прикольно. Красивая? — сразу заинтересовывается Лера, вытаскивая края блузки из-под юбки и расстегивая пуговицы. — Вместе с тобой учится?
— Да, моя одноклассница. Симпатичная…Так, о чем это я? Мы с тобой не станем любовниками. В смысле, постоянными, — добавляю, не сводя взгляда с все больше показывающихся грудей. — Тебя устраивает?
Она пожимает плечами, и расстегнутая блузка соскальзывает с тела к ее ногам. Туда же падает и спущенная к щиколоткам юбка.
— Жаль, конечно, — девушка перешагивает одежду, затем, отвернувшись, наклоняется и опирается о панорамное окно. — Но ничего не поделать…Расстегни мне лифчик. Люблю, когда это делает мужчина.
Усмехнувшись, я подступаю к девушке сзади и бросаю взгляд в окно. Открывается чудесный вид на набережную. И на такой же высокий дом напротив. Застройка «окна в окна».
— Не хочешь закрыть шторы?
— Нет, мне нравится смотреть. И когда на меня смотрят, — покачивает она передо мной пышным задом.
Вплотную приблизившись к девушке, я наклоняюсь и расстегиваю застежки лифчика. Потом шепчу Лере на ухо: