Фиктивная жена миллионера (СИ)

- Немного, - грустно улыбаюсь. - Но это, наверное, неизбежно было бы в любом случае. Для него я всегда маленькая девочка, которой рано уходить из дома… Ты когда перестал жить с родителями?
- На пятом курсе, - Влад делает еще один глоток чая. - Когда начал встречаться с Машей. Но потом я еще возвращался к ним.
- Почему?
- Прогорел один проект, денег не было особенно, я решил, чем платить за квартиру, лучше эту сумму вкладывать в рекламу, - Влад усмехается, качая головой. - Мне кажется, я был рад куда меньше жизни в отчем доме, чем та же мама. Слава богу, потом дела пошли в гору, хотя какое-то время я жил практически на одной вере в то, что поймаю золотую рыбку в мутной воде.
- И она выполнит все твои желания? - усмехаюсь я.
- Ой, у меня не так много желаний. К тому же если она все выполнит, чем буду заниматься я?
Я смеюсь, качая головой.
- Человеку только кажется, что исполнение желаний сделает его счастливым, - продолжает Влад, - на самом деле это не так. Человек может быть счастливым, невзирая на исходные данные вокруг себя. Тогда он движется к своим целям не как к счастливому будущему, а следует из точки А в точку Б. Морально это воспринимается гораздо проще. И реализуется соответственно тоже. И вообще, это вот, мол, дайте мне только возможность исполнить мои желания… Что бы ты сделала, если бы у тебя было одно любое желание, даже фантастическое? Только потратить его надо для себя, а не на мир во всем мире. Что бы ты загадала?
Я некоторое время размышляю, потом тихо говорю:
- Наверное, сделала бы так, чтобы мама была жива.
Повисает пауза, а я на секунду думаю, что зря сказала об этом. Необременительная беседа сразу становится тяжелой, и не факт, что Владу это нужно. Вот вообще не факт.
- Скучаешь по ней? - спрашивает он, я пожимаю плечами, кидая на него взгляд.
- Мне было два года, когда она умерла. Скучаю ли я по маме? Да, наверное. Но мне трудно скучать по человеку, которого я совершенно не помню. Для меня это только фотографии, от которых странно и немного больно. - Я смотрю перед собой, глотая ком в горле. - Папа любит ее иначе. Так, что жить с кем-то ещё не может. А я… Я нет. И даже не могу разделить с ним эту боль. Вот такая я… - отворачиваюсь, шмыгая носом и вытирая выступившие слезы.
Ну вот, я не собиралась плакать, совсем. Влад подсаживается ко мне ближе и в следующий момент прижимает к себе, так что я утыкаюсь лицом ему в грудь.
- Прости, - шепчу я.
- Глупости не говори, Арин, - его голос звучит тихо, успокаивающе, руки гладят спину.
Становится спокойно и хорошо. Настолько, что хочется прижаться ещё сильнее, но я чётко осознаю, что это неправильно.
- Загрузила тебя, - я отстраняюсь, стирая слезы, смотрю на Влада, он улыбается уголками губ.
- Все нормально. Правда.
Киваю в ответ, он отсаживается на свое место, я хватаюсь за чашку с чаем, чувствуя неловкость. Хочется перевести тему, чтобы ушло напряжение, и я перебираю в голове мысли, думая о чем можно еще поговорить.
- А вообще, я бы еще загадала не бояться, - говорю в итоге.
- Не бояться чего? - спрашивает Влад.
- Всего. Не знаю, я как будто не верю в свои силы, в то, что у меня получится. И поэтому не двигаюсь вперед, понимаешь? Вроде как все и так хорошо.
 
- Потому что понятно.
- Да. А там впереди неизвестность, я боюсь, что если не получится, то я вовсе перестану заниматься тем, что нравится.
- Это не твой случай, Арин. У тебя хорошие фотографии, ты сама хочешь этим заниматься всерьез?
- Да, думаю, да.
- Тогда найди курсы, которые помогут тебе сделать шаг на ступень выше, я не знаю, что там нужно для успешности, это уж ты сама выбери. Я оплачу их, и включим в ближайшее время рекламу на твой аккаунт. Это минимальное и самое простое, что приходит мне в голову. Если ты знаешь, что еще может помочь - делай.
Я смотрю на него, потом произношу:
- Ты не обязан платить за меня.
- Я делаю это не из обязанности. Я так хочу. И могу себе это позволить.
Мы еще несколько секунд смотрим друг на друга, потом Влад достает телефон и наводит на меня.
- Ну что, блогер Арина Миронова, что вы можете сказать своему миллиону подписчиков?
Я смеюсь.
- Миллиону? Шутишь?
- Я никогда не шучу. Давайте, Арина Романовна, не скромничайте. Вы же блогер, - на его лице широкая улыбка, я качаю головой.
- Перестань, Влад.
Он приближает и удаляет телефон, я прикрываю лицо рукой.
- Ладно, если ничего не скажете, Арина Романовна, я выложу сейчас это в сториз с вашей отметкой, чтобы вам потом было стыдно.
- Не смей!
Влад грузит страничку, а я тянусь, чтобы выхватить у него телефон, он ловко отводит руку в сторону, продолжая.
- Влад, ты этого не сделаешь!
- Я? - кидает насмешливый взгляд.
- Влад!
Я делаю выпад, но он прячет телефон за спину.
- Отдай, - говорю, и только в следующий момент осознаю, что мое колено стоит на диване между ног мужчины, а я сама возвышаюсь над ним как-то слишком близко.
Ловлю взгляд Влада, он щурится, разглядывая меня, а потом говорит:
- Убеди меня отдать тебе телефон.
Мы продолжаем смотреть друг на друга, и я снова чувствую, как мое тело наполняется тяжестью. Кажется, я никогда не приму этого: что стоит только пересечь зону личного пространства, как внутри меня словно щелкает выключатель. По телу расползается приятная дрожь, низ живота наполняется теплом, а в груди тяжелеет.
- Давай, Арина, - голос Влада как будто становится ниже, - двадцать секунд, и я нажму кнопку отправить.
Я смотрю на него, и не знаю, что испытываю в этот момент. Мое тело реагирует на близость так остро, что начинает ломать внутренние барьеры, наверное, потому я делаю то, что делаю.
Наклоняюсь, кладу руку ему на шею сзади и шепчу на ухо, касаясь губами кожи:
- Отдай мне телефон, Влад.
Я не отстраняюсь, напряженно дышу, втягивая носом запах туалетной воды, перемешанный с личным запахом Влада, пальцы как-то сами собой зарываются в его волосы.
Я боюсь отстраниться, боюсь посмотреть на лицо Влада, потому что этот порыв вдруг оказался слишком личным, и то, что сейчас происходит, меньше всего похоже на шутку.