Клятва дракона, или Непокорная невеста (СИ)
Острый шип, вроде того, что ранил отца и Миррэ, пронесся совсем рядом, я едва успела отклониться. Вздрогнула от сухого рассыпчатого смеха, раздавшегося почти над самым ухом. Не раздумывая, ушла вперед кувырком, и тут же отпрянула в сторону.
Вовремя! Второй и третий шипы едва не проткнули мне бедро.
— Ловко! Но ты быстро устанешь! — прошептала колдунья неожиданно сверху.
Я попыталась ее атаковать, но наткнулась на пустоту, и едва не потеряла равновесие. Ровная до этого поляна, проросла кустами и выступающими корнями. Трава цеплялась за ноги, я то и дело спотыкалась и оступалась. Слух подводил, магические щупы почему-то не получалось применить, и ночное зрение совершенно не работало, а со всех сторон подозрительно шуршало...
Лесса была права. Она точно знает, где меня искать, а я ее совершенно не вижу. Долго я так буду прыгать? Она меня просто измотает…
Ко всему прочему я ужасно волновалась за девочек. Кроме Аны, никто больше не обладает такой же, как у меня, подготовкой. Нужно было избавиться от этой черноты, и у меня была только одна идея, как это сделать. Я остановилась и впервые с тех пор, как выпила черное зелье, попыталась призвать стихию.
***
Ренгольд Холлвард, владыка Седых Пиков, серебряный дракон.
Инстинкты рвали на части, требуя немедленно отправляться на поиски истинной, и я позвал предка.
— Видар Алластар… Дар! Дед, помоги мне!
Передо мной тут же материализовался шар Средоточия, на который облокотился маленький дракончик с характером вредного старикана.
— Чего орешь? Я, вообще-то, сплю!
— Проспали уже все, что можно! Хватит! — не выдержал я. — Лиру украли, мне нужна твоя помощь! — По взгляду предка я понял, что он вознамерился кобениться и заставлять себя уговаривать, но времени на капризы не было. — Открой мне Драконьи Тропы, пожалуйста! Дело жизни и смерти! Жизни и смерти всех серебряных драконов, а заодно и туманных с железными, — пояснил я на всякий случай, чтобы он не думал, что я только о себе сейчас пекусь.
Драконьи Тропы — позабытое знание, часто упоминались в древних легендах, но новые поколения драконов разучились ими пользоваться по какой-то причине. Я очень надеялся, что предок знает секрет. Приготовился к долгим уговорам и, возможно, угрозам, но…
— Даже так? Что ж… Тогда держись. Сладко не будет, — неожиданно легко согласился мой прадед.
Серебряная сфера рванула с места и впечаталась мне в грудь, ударив будто тараном. Я пошатнулся, сдавленно рыкнув. И как только удержался на ногах, а не плюхнулся на задницу?
Подслеповато поморгал, приходя в себя. Сладко и правда не было, как и обещали. Да я едва не заплакал, как маленький! Даже слезы проступили от боли, какой еще испытывать не доводилось! Ее постепенно смыл разошедшийся по телу жар и, не раздумывая больше ни мгновения, я сменил ипостась. Сцапав, пытавшегося удрать мишку в лапы, взмыл в бархатное небо. Когда замок герцога стал размером не больше ореха, серокаменный перестал трепыхаться.
Я заволновался, не помер ли от страха? Или просто потерял сознание? Высоту не все переносят, а я поднимался слишком быстро. Спешил. Почувствовав, что набрал необходимую высоту, открыл Тропу прямиком к Лесному Колодцу. Это был самый верный способ немедленно поговорить с хозяйкой Древнелесья.
Аккуратно опустив на землю дрожащего всем телом мишку, который пережил-таки полет, я снова принял облик человека и осмотрелся. Камешек сделав несколько неверных шагов, точно пьяный, рухнул набок и притворился валуном, прикрыв глаза. Возможно, стоило о нем позаботиться, но важнее было отыскать Тайгану.
Поляна у лесного колодца была невероятно живописной. Здесь царили покой и умиротворение. Мерцали листья растений. В воздухе звездочками витали светлячки. Вокруг большого ярко-оранжевого цветка металась какая-то живность.
Хмуря кустистые брови из-за пушистой ели, за мной подсматривал глазастый боровик с коричневой шляпкой. Из-за него выглядывало еще несколько — мал, мала, меньше. Наше с Камешком появления разбудило грибную семейку.
Встрепенулась птица на ветке. Вскрикнув тревожно, перелетела на другую. Над мягко светящейся изнутри гладью озера плыла легкая перламутровая дымка. Там и сям расходились круги, то и дело раздавались редкие всплески — просыпалась рыба. Я отметил отдаленное сходство этого места с территорией академии Весенних Первоцветов. По-своему, приятно и мило, разве что с местным колоритом. Елки, хвоя… Тайга, в общем.
А Лесным Колодцем называли не что иное, как это самое озеро — главный магический источник Древнелесья. Чтобы увидеть его хозяйку во внеурочный час, нужно всего-то прикоснуться к водной поверхности, и она сама явится, где бы ни была. Вот только попробуй сначала отыскать источник, который не появляется дважды подряд в одном месте. Если бы не Драконьи Тропы, я бы ни за что сюда не попал самостоятельно так быстро.
Едва подступил к кромке воды, как за спиной раздался голос местной владычицы:
— Значит, дочь меня не послушала? Что ж, следовало ожидать...
Я мгновенно понял, о чем она, и поинтересовался:
— Так значит, это все-таки ты передала Таларии записку?
— Я. Только не помогло, видимо. Пророчество сбывается, что бы я ни делала. Я не в силах ему помешать, — вздохнула она.
— Какое еще пророчество? — нахмурился я, впервые слыша о чем-то подобном.
— Эпоха сменяется, и уже никогда не будет, как раньше. Я не смогла предотвратить беду… Я ведь тогда не знала, что имею дело с Блэкроком. Да и мне не было это важно. Тогда я впервые влюбилась без памяти… Неожиданно, да?
— Наверное. Не знаю, как у вас это устроено.
— У нас — это у колдуний? — Тайгана улыбнулась, обходя поляну по кругу, и я поразился их с Лирой сходству. — У лесных дев это устроено так же, как и у обычных людей, дракон. Сердцу невозможно приказать, но теперь все в прошлом, и Блэкрок тоже. Зачем ты снова здесь? Я уже дала тебе совет и даже, как оказалось, родила твою истинную, а ведь меня предупреждали, что она не должна родиться вовсе, но… Чем еще могу помочь? — верховная иронизировала.
— Ты говоришь загадками. Как все это касается твоей дочери? — зацепился я за ее оговорку.
— Талария в центре всего. Она — катализатор, как и предсказывали.
— Почему? Что с Таларией не так?
— С ней все так. Она замечательная девочка, и я люблю ее всем сердцем.
Следовало быть вежливым, раз пришел за помощью, но я не сдержался:
— Оставила бы ее на попечение никчемному отцу?
Тайгана посмотрела на меня с укором, и от этого взгляда почему-то стало стыдно.
— Видит Мать Всего Сущего, как мне не хватало моей малышки эти годы, дракон. Как болело мое сердце, но я бы снова поступила так же, лишь бы ее уберечь.
— Не уберегла! Я одного не понимаю: зачем? Зачем нужно было все затевать?
Тайгана не обиделась, только тяжело вздохнула:
— Еще в юности меня предупреждали, да я не так все поняла в силу возраста. Потом Колодец выбрал меня хозяйкой. Колдуньи низшего круга полагают, что он выбирает сильнейшую из нас, но это не так. У источника своя логика, непостижимая и непонятная. На мой взгляд, были кандидатки куда достойнее, чем я — взбалмошная девчонка, слишком юная для такой роли, но… Как видишь. — Тайгана развела руками. — А раз так вышло, я старалась соответствовать. Думая только о долге, избегала мужчин много лет, пока случайно не столкнулась с Рихардом. Тогда он еще не был столь мрачным и постным. С ним я познала страсть и любовь, но не могла остаться, как он не умолял. Я ушла, разбив ему сердце. И себе тоже… Если бы я отреклась от своей судьбы, пути назад бы не было. Древнелесье не прощает предательниц, и я не могла оставить Колодец. Началась бы война, и погибло много сестер... Когда я вернулась, убитая горем, беременность стала настоящим сюрпризом.
— Неужели ты не знала, откуда берутся дети? — не удержался я от иронии.
— Знала, конечно! — усмехнулась Тайгана. — И даже принимала меры, но если Мать Всего Сущего что-то задумала, она не отступит. Таларии было суждено появиться на свет, а я сказала, что родился мальчик и спрятала ее у родного отца. Ты узнал все, что хотел, дракон? Теперь я могу отдохнуть?