Новая Инквизиция IV (СИ)
— Ого! — присвистнула девушка, осматривая заставленные различными полуфабрикатами полки. — Да вы прям целый Уолмарт скупили! Ух ты, и пиво есть!
Тонкая смуглая ручка метнулась вперед с проворством кобры, но тренированный инквизитор успел перехватить ее своей широкой ладонью.
— Эй, а тебе лет-то сколько? — осадил ее боец.
— Мне? Двадцать один. А что?
О том, что девица соврала, Изюм понял и без всякой эмпатии. У нее, можно сказать, это на лице было написано.
— Ну если так, то угощайся, — хмыкнул Макс, выпуская чужое запястье, и тоже взял себе бутылку.
Возвращаться в гостиную они не стали, а устроились прямо тут, на кухне.
— Фу… какое-то оно странное на вкус, — поморщилась гостья.
— Потому что безалкогольное, — во всю челюсть улыбнулся россиянин. — Или ты думала, я поверил в твое вранье по поводу возраста?
— Ладно-ладно, — невозмутимо подняла собеседница свободную руку, — раскусили! Мне не двадцать один, но я уже совершеннолетняя! Просто из-за кучки лицемерных формалистов-бюрократов меня ограничивают в праве употреблять алкоголь! А еще свободная страна называется… Согласитесь, это крайне глупо, разрешать мне голосовать, выходить замуж, водить машину и владеть оружием, но запрещать купить банку чертового пива!
— Не мое дело, — фыркнул Виноградов, забавляясь эмоциональностью визитерши. — Ты лучше скажи, не страшно ли тебе к незнакомцу в дом входить, м-м? А то вдруг я убийца какой, или насильник?
— Вы-ы⁈ Ха, очень смешно! — соседка в самом деле рассмеялась.
— А что я такого сказал? — недоуменно вскинул бровь Макс.
— Ну вы же… белый! — изрекла девушка с таким видом, будто это должно все объяснить.
— Ох, дорогуша, запомни, — назидательно поднял бутылку беглый инквизитор, — у преступности миллион лиц. А внешность бывает очень обманчива.
— Ага, спасибо за наставление, напишу об этом в Твиттере, — легкомысленно отмахнулась собеседница и отхлебнула пива.
— Вот же… молодежь, — неодобрительно покачал головой Изюм.
А девица, заметив реакцию россиянина, проказливо ухмыльнулась, продемонстрировав ровные белоснежные зубы.
В ходе беседы выяснилось, что визитершу зовут Дайниз. Они с семьей давно переехали на юг страны из Северной Каролины, когда ее мать в очередной раз вышла замуж. Потом гостья поведала о своих разногласиях с отчимом, о том, как он мечтает «выпнуть» ее из дома и сплавить в колледж. Как вынуждает брать кредит на учебу. Как склонил на свою сторону мать и даже младшую сестру. Какими бывают засранцами эти Ричардсы из второго дома. Как местный помощник шерифа обиделся на нее за то, что она опозорила его сынка на выпускном вечере…
Иными словами, Дайниз выплевывала информацию гигабайтами, стрекоча подобно пулемету с двойной подачей. Она общалась с Изюмом как со старым другом, вываливая на него подробности, которых тот и знать-то не хотел. Но тем не менее, инквизитор о ее почти детских проблемах слушал внимательно. Весь этот разговор он воспринимал как продолжение своей психологической разгрузки. И, черт подери, похоже, это работало!
Неизвестно, сколько бы Изюм проторчал на кухне с незнакомой соседской девицей, если б не зазвонил стационарный телефон. Чтобы не выглядеть странно, инквизитору пришлось ответить. Но стоило только россиянину снять трубку, как в динамике зазвучал до боли знакомый безжизненный голос:
— Провожай свою подружку, я скоро зайду.
— Понял! — произнес боец, не удивляясь осведомленности Аида, а потом развернулся к гостье. — Дайниз, рад был поболтать, но тебе пора, сечешь?
— Сечешь? — вскинула тонкую бровь соседка. — Это где так говорят? Впрочем, неважно. Я тоже была рада познакомиться, мистер…
— Грейп, — с ходу перевел россиянин свою фамилию на английский.
— Хи-хи… забавно. Ну ладно, мистер Грейп, увидимся! Будьте готовы, что мама пригласит вас на ужин! Пока!
Макс проводил девушку, отметив, что на улице уже успело стемнеть, а потом вернулся в дом. Аид же заявился к нему спустя каких-то десять минут, вежливо постучавшись со двора.
— Оклемался? — полуутвердительно осведомился Секирин, входя в дом.
— Ага, — искренне кивнул Изюм. — Теперь можешь на меня новые откровения вываливать.
— Этим я и собирался заняться, — без тени веселья поделился медиум. — Располагайся поудобней, сегодня мы с тобой прогуляемся по изнанке мира.
— Даже не хочу спрашивать, что это значит.
— Ну и не спрашивай. Все равно сам увидишь…
* * *Темноту подвала разгонял только слабый огонек единственной свечи. Он горел ровно, лишь изредка приплясывая и бросая жутковатые тени на испещренное мелкими шрамами лицо Аида. Макс сидел напротив него и терпеливо ждал, вглядываясь в зияющие черными провалами глаза инфестата.
— Готов? — прошелестел сухой голос Секирина.
— Знать бы еще к чему, — скривил губы Изюм.
— Расслабься. Смотри на пламя. Думай о нем, как о единственном источнике света. Предугадывай каждое его движение.
Виноградов послушно сосредоточился на свече. Ему, как бывшему инквизитору, медитативные техники не были в новинку. Поэтому боец быстро очистил разум от посторонних мыслей. И в таком состоянии он далеко не сразу заметил, что окружающий мрак наполнился клубящимся некроэфиром. Тьма подступала одновременно со всех сторон и давила на сознание подобно надувающейся манжете тонометра.
— Не сопротивляйся, — предостерегающе проговорил непроницаемый туман голосом Аида, — продолжай смотреть на огонь.
И Изюм подчинился.
— Долго еще? — глухо осведомился спецназовец, не сводя взгляда с единственного пятна света.
— Да все уже. Добро пожаловать на новый слой мироздания.
Россиянин поднял лицо, чтобы взглянуть на Секирина, и чуть не вскрикнул от неожиданности. Вместо инфестата напротив него сидело… нечто. Неописуемо жуткое создание, сотворенное из миллиарда темных лоскутов, развевающихся на неосязаемых ветрах подземного мира.
Лихорадочно оглядев самого себя, ветеран облегченно выдохнул. Слава богу, руки с ногами оказались на месте…
— Идем, Третий, осмотришься.
Мрачный силуэт колыхнулся, словно развевающаяся на сквозняке штора, и поплыл вглубь сосредоточия тяжелых теней. Макс осторожно последовал за ним, а потом обнаружил, что стены подвала исчезли, и теперь они с Аидом оказались в непролазной чаще какого-то мертвого леса. Огромные кривые стволы, изувеченные неведомыми болезнями, тянулись к бесцветно-сумрачному небу. Здесь не было ни луны, ни звезд. Только невыразительная мгла и серая дымка. Над головой изредка проносились какие-то крылатые силуэты, слишком маленькие для самолетов, но слишком огромные для птиц. Из клубящегося тумана то и дело проступали то очертания современных зданий, то древних руин. Среди этого странного леса запросто можно было встретить деревья, не растущие в реальном мире. Тут ржавые остовы разлагающихся кораблей соседствовали с остатками крепостных стен и титаническими скелетами неведомых чудищ…
— Мы где вообще⁈ — не выдержал Изюм, когда Аид провел его мимо гниющего крейсера, валяющегося на боку подобно выброшенному на берег трупу металлического кита. — Что за дьявольщина вокруг творится? Куда ты меня привел⁈
— Никто тебе с уверенностью не скажет, — спокойно ответил извивающийся комок тьмы. — Никому неведомы здешние законы или принципы. Может, это астрал. Может, лимб. Может, сновидения нашей планеты или царство самой Морты. Может быть, мы сейчас видим то, что было или то, что будет. А может и то, что никогда не произойдет. Поэтому не пытайся постичь логику этого места. Просто смирись с тем, что ты видишь, но и не верь всему, что покажут тебе глаза. Я подозреваю, бо́льшая часть окружения дорисована нашим подсознанием.
— Вот ни хрена не стало понятней! — сплюнул Макс. — Сергей, ты можешь изъясняться по-человечески, а не как сраный Мерлин⁈
— На какое расстояние ты можешь дотянуться некроэфиром? — вместо ответа спросил Аид.
— Хм… ну, метров на шесть, наверное, — прикинул Виноградов.