Дайте шанс! Том 5 (СИ)

— Сожалею, молодые люди. Биржа закрыта. Торги остановлены.
Старик добрался до второго этажа и намеревался спускаться дальше. Вот только Матвей не собирался дать ему уйти.
— К вам утром обращались артельщики с предложением продать бриллианты. Сведите нас и получите свой процент, — быстро спустившись вслед за ним, перешел он к делу.
Только теперь старик остановился и с удивлением на нас посмотрел.
— Если вам известны настолько деликатные подробности, тогда я не понимаю, почему вы обращаетесь ко мне, а не напрямую к продавцам?
— Комиссия брокеров составляет всего половина процента. Нас это устраивает. Это раз. В отличие от вас мы не очень хорошо разбираемся в бриллиантах. Вы можете дать нам подсказки. Это два. Кроме этого, мы незнакомы с артельщиками. Зато вы хорошо с ними знакомы. Они вам доверяют. С вашим участием мы намного быстрее выйдем на сделку. Это три. Ну и в-четвертых, у вас отличная репутация. 
Старик с подозрением прищурился.
— На какую сумму планируете совершить сделку, господа?
— Пятьсот миллионов. 
Его глаза округлились.
— Наличными, — дополнил Матвей.
— Так с этого нужно было начинать! 
Вот вообще не думал, что в России есть где-то алмазы кроме Якутии. В этом мире их по большей части добывали в Архангельской губернии. Добыча шла на частных приисках. Потом алмазы в артелях проходили огранку и поставлялись на московскую биржу.
В связи с хронической нехваткой оборотных средств, артельщики расплачивались с приисками после продажи бриллиантов на бирже, за что платили отдельный процент. Собственно, поэтому они были весьма заинтересованы в скорейшем получении денег.
Ким Бенедиктович созвонился, договорился и подъехали люди. Два таких же по возрасту старика. Приехали они быстро, а вот вошли, поздоровались, присели на предложенный брокером диван — крайне медленно. Еще и начали с разговора на отвлеченную тему. Темой, естественно, стало покушение на Императора. Сделка могла сильно затянуться.
— А можно мы пока посмотрим на ваши бриллианты? — спросил Матвей, желая ускорить процесс сделки.
— Можно и посмотреть. Но и нам нужно посмотреть, есть ли у вас деньги. Сейчас Ким Бенедиктович для порядка позовет своего оценщика. Пока мы с одним из вас будем заниматься бриллиантами, второй пусть с Никитой Егоровичем займется деньгами. Так дело у нас пойдет быстрее, — откликнулся один из продавцов и представил второго.
Предъявлять Никите Егоровичу нашего Романа, а уж тем более заводить его в потайное хранилище явно не стоило. Мало ли о чем он мог подумать. Посему я быстро спустился на первый этаж и обрисовал ситуацию Эмили с Евой.
Наилучшим решением, по нашему мнению, стало сплавить водителя Анатолия под присмотром Семёна в ближайшую закусочную на обед, где они должны сидеть, пока мы их не позовем. А от Романа требовалось выгрузить мешки с деньгами в фургоне и уже тогда позвать старика.
Когда у нас все было готово, осматривать деньги отправился упомянутый Никита Егорович и откуда-то взявшиеся двое его крепких подручных.
— Ох сколько. Считать не пересчитать, — заглянув внутрь фургона, покачал головой старик и дал команду подручным открыть на выбор несколько мешков.
Рома завалил мешками всю заднюю часть фургона под потолок. Часть не поместилась и была уложена на последний ряд кресел. Подручные взяли на выбор два мешка и, вывалив содержимое на пол фургона, стали тщательно проверять.
— Да не волнуйтесь вы. Не обманем. Мы честные, — смеясь, среагировала Ева, при виде с какой педантичностью проверяются деньги.
— Ух. Шустрая какая. Во всем должен быть порядок! — как будто погрозил пальцем Никита Егорович.
Он хоть и выглядел по-стариковски медлительным, но я уже понял, соображал Никита Егорович более чем хорошо, еще и старался уделять внимание деталям. И как все старики, скорее всего, любил подолгу проводить время у телевизора. Посему мог запросто меня узнать. В таком случае пониже спущенная бейсболка могла уже не спасти положение, а вызвать излишние подозрения. Настал момент вспомнить о повышенной растительности на лице по меньшей мере на время нашего плотного общения.
 
Я думал, двух мешков будет достаточно, однако подручные проверили пять, прежде чем выдали свой вердикт о том, что все в порядке.
— И откуда у вас столько наличности? — теперь с подозрением спросил Никита Егорович, обратившись ко мне.
Вопрос был непростым. Старик не мог не знать, что в последнее время банки не выдавали много наличности. А у нас ее было пятьсот заявленных миллионов.
— Наследство удачно продали, — быстро нашла ответ Ева и вздернула нос, как если бы именно ей перепало столько богатства.
— Угу. Понятно. Все продать решили и податься за границу. А что в России-Матушке будет, если вот так все побегут по заграницам с капиталами, вы не подумали?
— А мы вовсе не собирались, — будто теперь обидевшись, надула губы Ева. — Я же говорю, продали наследство. Привезли наличные деньги, а мы не смогли отказаться.
Больше вопросов к нам у Никиты Егоровича не осталось, зато снова возникли, когда мы вернулись к брокеру.
— Не пойму, откуда столько наличных? — теперь спросил он у Матвея.
Сомнений не было, старых хрыч оказался тертым. Проверял нас с разных сторон и перепроверял. Вот только он не на тех напал.
— Продали удачно наследство, — быстро считав его, как бы невзначай бросил Матвей и продолжил наблюдать за работой уже прибывшего и приступившего к делу оценщика.
Вроде старались все сделать быстро. Оно и получалось вполне быстро. И все равно выходило долго. 
Ювелир-оценщик, скорее всего из тех, что обитали на Покровском бульваре, исследовал каждый камешек и дал свою оценку. Брокер, больше полагаясь на свой опыт, тоже высказал мнение. Вкупе со взглядами обоих стоимость бриллиантов была посчитана. Вышло 526 миллионов с учетом сегодняшнего падения цен на 20 %.
Нас это вполне устроило. По примерным оценкам, потому как мы не пересчитывали деньги в хранилище Романа, в остатке должно было остаться еще примерно около пятидесяти миллионов.
Далее продавцы подогнали к нашему фургону свой фургон, и началась передача денег, сопряженная с новой проверкой мешков. На этот раз подручные заглядывали в каждый, время от времени выгружая содержимое на пол и перепроверяя. Судя по ловкости, для подручных это была далеко не первая крупная сделка.
Престарелый брокер все это время присутствовал с нами и в качестве гаранта держал при себе переданные ему продавцами бриллианты. 
Хоть мы и сплавили нашего водителя с Семёном на обед и велели последнему держать его до последнего, тот не справился. Еще и не удосужился предупредить. Оба появились во время передачи денег. 
На выручку пришла Ева. Она пошла им навстречу и заболтала Анатолия. Мы до последнего предпочитали хранить от него в тайне наличие у нас настолько больших запасов денег.
Как только продавец получил всю причитающуюся сумму, а мы проверили свои бриллианты, сделка наконец-таки завершилась.
По объему камней получилось взять совсем немного, всего лишь небольшой мешочек, где каждый бриллиант был уложен в отдельный крошечный пакетик, дабы не получил потертостей и не потускнел.
— Вот не знаю, столько всего отдать и получить вот это, — с разочарованием взяла мешочек с бриллиантами Ева, когда мы сели в фургон. — А мы точно не прогадали?
— Точнее не бывает, — уверенно ответил Матвей и, забрав у нее мешочек, передал на хранение Роману. 
Водитель включил магнитолу.
— Слышали? Уже ввели Временный совет. По телевизору сообщили, пока мы обедали.
В принципе, ничего неожиданного, раз убили Императора. Происходящее мне все больше напоминало революцию в моем прошлом мире. Естественно, в видоизмененном виде.
— А что сказали по бойне на Съезде предпринимателей? — спросил я.
— Уже все закончилось. Пока о количестве пострадавших не сообщают. Говорят, подсчитывают. Но я не дорассказал. Временный совет объявил о введении в Империи чрезвычайного положения. Сейчас они совещаются. Вечером сообщат, во что это выльется.