Траурный эндшпиль (СИ)

— Я сказал лишь, что убил некоторое количество чертей, — покачал я головой.
— И, тем самым, ослабил влияние главного черта, — усмехнулся Аид. — Когда я отправлял тебя туда, я даже не думал, что Сатана тоже кого-то отправит.
— Мы так и не поняли, как они проникли на Землю, — произнёс я.
— Ритуалы, — ответила Бия. — Они совершают кровавые жертвоприношения, из тех кровавых жертвоприношений, какие я всё время жду от тебя, после чего подселяют в тело избранного душу демона. Преимущественно из свежих демонов, которые много знают о вашем времени. Они слабее, но зато дешевле и легче адаптируются к вашим полям сражений.
— Понятно, — вздохнул я. — А я уж опасался, что они прорыли какой-то тоннель прямиком из Ада и теперь это наша общая проблема.
— Это невозможно, — улыбнулся Аид. — Надо иметь полубожественную кровь, чтобы проторить путь к моему царству. Сатана не владеет такими ресурсами. Поэтому он вынужден действовать косвенными методами. Но вернёмся к тому моменту, где ты существенно ослабил культ демонов и отбросил Сатану на несколько этапов назад.
— Не думаю, что он ограничился только одним культом, — выразил я опасение.
— Их шесть, — сообщил мне Аид. — Потеря даже одного сильно скажется на его планах, поэтому я рассчитываю на то, что вы уничтожите их гнездовище в Петербурге.
— А где остальные? — спросил я, принимая от Шув новый бокал.
— Вне досягаемости, — покачал головой бог мёртвых. — Один в стране, которая известна тебе как Китай, один в стране, которую ты называешь США… Это неважно. Ты не сможешь добраться до них в разумные сроки, а потом будет слишком поздно. Значит, у него будет пять источников внешней подпитки.
— Почему именно Питер? — спросил я недоуменно. — Чем ему не понравилась Москва?
— Насколько я знаю, ему очень нравится этот город, — пожал плечами Аид. — Почему? Это мне неизвестно.
— В принципе, больше ничего полезного я за это время не сделал — побывал вне города, убил одну сильную тварь, вернулся… — сказал я.
— И теперь мы переходим к самому интересному, — заулыбался Аид. — Что же будет дальше…
— И что будет дальше? — поинтересовался я.
— Добей культ в Петербурге, — потребовал Аид. — Принеси мне в жертву их примипила, он ждёт тебя, готовится, но тем слаще будет твоя победа. Далее ты должен будешь идти морем, в Европу.
— И что там? — спросил я.
— Судьба сама поведёт тебя, — пожал Аид плечами и отпил из кубка. — Следуй её указаниям, и ты исполнишь своё предназначение.
— А какое у меня предназначение? — озадаченно спросил я.
— Узнаешь сам, — загадочно улыбнулся бог мёртвых. — А то так будет неспортивно.
— Если это предназначение включает становление монахом или что-то в этом духе, то я — пас, — сказал я.
— Сам всё увидишь, — ответил на это Аид. — Теперь же касательно той сферы, что так соблазнительно лежит у тебя в кармашке…
— Стикс велела мне доставить эту сферу лично ей, — покачал я головой.
— Я знаю, — поморщился Аид. — И ты доставишь его ей. Просто помни о последствиях. Дары богов и дары богам никогда не проходят бесследно.
— Надеюсь, мамуля знает, что делает, — недобро усмехнулась Бия.
— Я один не понимаю, о чём вы толкуете? — нахмурил я брови.
— Не ты один, — подала голос Шув.
— Узнаешь сам, — вновь улыбнулся Аид, всё той же загадочной улыбкой. — Как наедитесь, ступайте к Церберу — он доставит вас ко дворцу Стикс.
/12 июня 2022 года, Царство мёртвых, дворец Стикс/
Путешествие на Цербере было молниеносным, пусть и не очень комфортным. Трёхглавый пёс очень торопился, так как блютус-колонку с собой он взять не может, ведь она питается от мраморного постамента, который Аид установил и настроил в ответ на жалобный скулёж своего питомца. Теперь колонка работает вечно, но только до тех пор, пока находится на мраморном постаменте.
Нетерпеливо фыркнув, Цербер ссадил нас у подножия дворца и ушёл в кусты, чтобы отлить там.
— Входи, мой верный, — требовательно провозгласила Стикс.
 
Видимо, не только Цербер сегодня проявляет нетерпение.
Вообще, как я вижу, время у богов заметно ускорилось — все они торопятся и нервничают из-за промедления. Полагаю, что сейчас происходят какие-то неизвестные мне критические процессы в Царстве мёртвых и на Земле…
Проходим во дворец, который сильно похорошел с моего последнего визита. Так как дворец — это отражение положения дел у бога, дела у Стикс идут заметно лучше, чем раньше.
— Мой верный, — кивнула мне восседающая на троне богиня. — Дай мне её.
Я вытаскиваю сферу с «Провидением».
Помня давний разговор с Аидом, о трансцендентности, полагаю, что Стикс хочет получить себе что-то вроде того. Точное предвидение будущего — это, возможно, один из этапов достижения трансцендентности, но это лишь моя теория.
Хотя, если мыслить логически, козы или гниды в их шерсти неспособны мыслить наперёд, то есть они на это способны, но горизонт планирования их очень мал, особенно на фоне человека. Возможно, эта аналогия верна и в отношении богов.
Протягиваю сферу, которую нетерпеливо забирает Стикс, для этого вставшая с трона.
Она смотрит на идеограмму, после чего сфера растворяется в её руке.
— М-м-м… — болезненно простонала богиня клятв. — Это гораздо хуже, чем я ожидала…
Её лицо начало видоизменяться, бледный окрас кожи резко сменился на чёрный, затем на серебряный, затем на золотой, затем снова на белый, на котором и остановился. Она молчала, мы молчали, вокруг царила тяжёлая тишина.
— Мне всё ясно, — изрекла Стикс спустя пять минут тишины. — Смертному не по силам удержать в узде такую силу… Твой поступок, пусть и не бескорыстен, но очень щедр. Теперь я знаю, что ты скажешь, но лучше промолчи.
Я хотел заверить её в своём бескорыстии, но последовал совету.
— Кратос! — позвала Стикс.
Из-за божественного трона вышел здоровенный детина, носящий очень массивный золотой доспех. Кожа его была золотого цвета, а волосы, выглядывающие из-под золотого шлема, были пепельного цвета. Лицо, как и свойственно местным богам, олицетворяло собой симметричный идеал, хоть сейчас на обложки агитплакатов…
— Дай мне маску Октавиана, — потребовал Кратос.
Голос его был низким, будто пробирающим до глубин души, а ещё я почувствовал, что не могу противиться его приказам. Это задело меня, даже разозлило, поэтому я воспротивился, для чего мне потребовалось приложить волевое усилие.
— Он крепче, чем ты мне говорила, Ника, — обернулся Кратос к вышедшей из-за трона богине победы.
— Люди, в отличие от нас, способны к изменению, — пожала она плечами.
— Прошу, дай мне маску Октавиана, — попросил Кратос, без давления в голосе и прочих уловок.
Не почувствовав ничего, я передал ему маску.
Кратос начал проводить над ней какие-то манипуляции, я почувствовал, будто меня щекочут по затылку.
— Готово, — улыбнулся бог власти. (1) — Предупреждаю, что я вижу всё, что ты видишь в этой маске.
— Знаю уже, — вздохнул я и принял из его рук свою маску.
— Если хочешь стать сильнее, насаждай и проявляй свою власть, — напутствовал меня Кратос. — Это даёт преимущества, но также создаёт новые угрозы. Следи за своей властью и сможешь прожить долго… до того, как придёт кто-то, кто свергнет твою власть.
— Буду иметь в виду, — пообещал я.
Не собираюсь нигде устанавливать свой режим, потому что ничего не смыслю в управлении какими-либо социальными объединениями. Хоть я и знаю, что Гай Юлий Цезарь Октавиан Август — это буквально император, правитель, не получивший, но взявший власть. Уж если кто-то и должен уметь властвовать, то только он.
Наполеон тоже не дурак поуправлять, как и Тесей, но меня не устраивает решение, из-за которого я буду вынужден кучу времени ходить в маске и решать бытовые проблемы кучи людей.
Так что увольте — власть мне не нужна. Не такой ценой.