Адвокат мог не знать

– Вчера после обеда я беседовал с мистером Доланом по вашей жалобе. – Хьюитт неторопливо вытащил из кармана записную книжку, послюнявил указательный палец, отыскал нужную страницу. – При вашей вчерашней ссоре с покойным дошло ли у вас до физического нападения?
– Нет, я… – Колли с трудом овладела собой. – Мне кажется, я его толкнула. Несильно, совсем чуть-чуть. – Она продемонстрировала, толкнув ладонью могучую бочкообразную грудь Хьюитта. – Если это считается физическим нападением, значит, я виновна. Он несколько раз ткнул мне в лицо пальцем, так что я считаю, что мы квиты.
– Ясно. А вы не грозились убить его, если он не уберется с вашей дороги?
– Нет, – с легкостью ответила Колли. – Я сказала, что засуну его голову ему в задницу, если он попытается мне помешать. Это неудобное положение, но не смертельное.
– Вы тоже там были? – Хьюитт повернулся к Джейку.
– Верно. Мистер Долан выразил недовольство нашим присутствием. Он хотел, чтобы мы убрались с его стройплощадки. Думаю, именно это привело его сюда прошлой ночью. – Джейк бросил выразительный взгляд на мешок. – Будь у него хоть малейшее представление о том, что мы тут делаем, как и почему, он понял бы, насколько все его действия бесполезны. Проблема в том, что он ничего не знал и не желал знать. Его можно назвать человеком ограниченным, может быть, даже эгоистичным, нацеленным лишь на собственную выгоду, но смерти он не заслуживал.
– Не могу сказать, что я понимаю в вашей работе, но, боюсь, на ближайшую пару дней вам придется прерваться. И все вы должны быть в пределах досягаемости.
– А мы никуда не собираемся, – заверила его Колли.
– Да, кстати, – Хьюитт перелистал еще несколько страниц. – Вчера я заглянул в хозяйственный магазин в Вудзборо. Похоже, кое-кто приобрел пару баллонов красной краски. Такой же, как на вашей машине.
– Кое-кто? – переспросила Колли.
– Вчера вечером у меня состоялся разговор с Джимми Дьюком. – Лицо Хьюитта искривилось в невеселой усмешке. – А также с его другом Остином Селдоном. Так вот, Джимми заявил, что купил краску, чтобы подкрасить свой старый фургон, но я проверил: фургон весь проржавел, а краски нет. Словом, они быстро раскололись.
– Раскололись, – машинально повторила Колли.
– Теперь я могу предъявить им обвинение и запереть в камере, если вы именно этого хотите. Или я могу проследить, чтобы они оплатили ремонт вашей машины и принесли извинения вам лично.
Колли глубоко вздохнула.
– С кем из них вы вместе учились в одном классе?
Улыбка Хьюитта потеплела.
– С Остином. И так уж получилось, что он женат на моей кузине. Это не значит, что я его не посажу. Посажу обоих, если вы выдвинете официальное обвинение.
– Как только достоверно узнаю оценочную стоимость покраски, хочу, чтоб через двадцать четыре часа у меня был чек на эту сумму. А свои извинения пусть оставят при себе.
– Я об этом позабочусь.
– Шериф? – Джейк выждал, пока Хьюитт не спрятал книжечку обратно в карман. – Вы хорошо знаете Остина и, вероятно, отдаете себе отчет в том, что он может наломать дров.
– Уж это точно.
– И поскольку вы его друг, а также знаток человеческой натуры, вы точно знаете, на что он способен, а на что нет.
Хьюитт пристально посмотрел на Джейка, потом взглянул через его плечо на Диггера, сидевшего на земле и курившего уже вторую одолженную сигарету.
– Ладно, я понял намек.
Когда прибыл судмедэксперт, Колли и Джейк переместились к изгороди, откуда они могли следить за процедурой, не путаясь под ногами у полиции.
– Мне еще ни разу в жизни не приходилось быть подозреваемой в деле об убийстве, – заметила она. – Это не так интересно, как мне казалось. Скорее оскорбительно. А давать друг другу алиби – вообще фигня. В это никто не поверит.
– Думаешь, кто-нибудь поверит, что любой из нас мог снести голову Долану ради этого куска земли? – возразил Джейк. – Хьюитт отнюдь не дурак.
– Ну, допустим.
– Если он еще не понял, то скоро поймет: мертвый Долан нам страшнее живого.
Колли задумалась.
– Цинично, но верно.
 
К ним подошла Рози.
– Они пустили Диггера в трейлер переодеться. Бедняга совсем плох.
– Найти тело, вялившееся в земле пару тысяч лет, это одно, а еще тепленькое – это совсем другое, – философски заметила Колли.
– И не говори, – вздохнула Рози. – Слушай, я не хочу тут торчать, раз все равно работать не дают. Свожу-ка я Диггера на экскурсию по местам сражений времен Гражданской войны. А потом, может, в кино сходим. Хочешь с нами?
– У меня есть кое-какие личные дела. – Колли бросила взгляд на трейлер. – Ты уверена, что справишься с ним?
– Я ему намекну, что у него есть шанс затащить меня в постель. Это его подбодрит.
– Погоди, сначала я сам с ним поговорю. – Джейк хлопнул Колли по плечу. – Ни с места, пока я не вернусь.
– Вы с Джейком снова вместе? – спросила Рози, когда они остались одни.
– Не в том смысле, – ответила Колли.
– Детка, у вас с ним всегда все в одном и том же смысле. От вас искры летят. Ты все еще от него без ума, я же вижу.
– Он все еще меня бесит, это я точно знаю. Тут есть разница. Эй, уж не хочешь ли ты и меня подбодрить?
– Да ладно, не заводись.
– Я ему сказал, что ты по нему сохнешь, – доложил Джейк, вернувшись к ним. Он обращался к Рози, но как бы невзначай встал так, чтобы загородить от Колли сцену у пруда, где помощники шерифа уже раскладывали и расстегивали черный мешок на «молнии». – Он так возбудился, что пошел принимать душ.
– Надо же, как мне повезло! – воскликнула Рози и, кивнув на прощание, ушла.
– Я уже видела тело, Джейк.
– Ну и хватит, нечего тебе на него смотреть.
– Может, тебе сходить в кино с Рози и Диггером?
– Забудь. – Джейк взял ее под руку, развернул спиной к площадке и повел к открытым воротам. – Я еду с тобой.
– У меня личное дело.
– Угу. Я сяду за руль.
– Ты даже не знаешь, куда ехать.
– Ну так скажи мне.
– Я поеду в Виргинию повидаться с этим доктором Симпсоном. Компания мне не нужна, а вести машину буду я сама.
– Мне еще жить не надоело, поэтому поведу я.
– Да я вожу в сто раз лучше тебя!
– Черта с два! Сколько раз тебя штрафовали за превышение скорости в прошлом году?
Ей хотелось и смеяться, и зарычать на него.
– Это не имеет отношения к делу.
– Еще как имеет. К тому же я сомневаюсь, что ты захочешь отправиться в Виргинию на машине, расписанной похабщиной.
Колли выругалась сквозь зубы и забралась в его джип.
– Раз ты ведешь, я выбираю музыку.
– Ни за что, детка. – Он сел за руль и всунул в прорезь компакт-диск. – Первое дорожное правило гласит: музыку выбирает водитель.
– Если ты думаешь, что я всю дорогу буду слушать «кантри», то ты не в своем уме. – Колли выключила компакт-диск и включила радио.
– Песни в стиле «кантри» – это памятник американской культуры, это фольклор, запечатлевший социальные, семейные и сексуальные нравы нашего народа!
Он опять переключил приемник на компакт-диск, но не успел певец выдать первую строчку, как Колли переключила его обратно на радио, надрывавшееся группой «Мусор».
Музыкальный спор занял у них следующую четверть часа, и воспоминания о событиях утра уже не казались им такими страшными.
Генри Симпсон жил в престижной загородной новостройке, которая, по мнению Колли, обязательно понравилась бы Рональду Долану. Все лужайки были безукоризненно подстрижены, дома на них стояли ровненько, как солдаты на плацу. Веранды, расположенные в бельэтаже, служили одновременно навесами для автомобилей и были выкрашены в девственно-белый, как платье невесты, цвет.
На Колли такое однообразие нагоняло тоску. Нигде не было видно ни одного старого дерева с толстым, узловатым стволом и мощной кроной. Зато тут и там виднелись орнаментальные карликовые деревца, похожие на игрушечные, да изредка попадались хилые молодые клены. Некоторые цветочные клумбы, сгруппированные островками, выдавали склонность владельца (или его садовника) к оригинальности, но в большинстве своем они тоже были выстроены, как солдаты, и засажены ровными рядами или концентрическими кольцами традиционных бегоний, бархатцев и бальзаминов.