Адвокат мог не знать

– Если ты будешь копать так быстро, не успеешь отработать задаток в пять косых.
– Успею. – Лана открыла портфель и вынула бумаги об удочерении Колли. – Я скопировала их для себя и подшила в дело. Кроме того, я провела стандартную проверку. Эти бумаги никогда не проходили утверждения в суде.
– Что это значит?
– Это значит, что с юридической точки зрения удочерения не было. Не было формальной процедуры ни в одном из судов Бостона и вообще нигде на территории штата Массачусетс. Нигде, ни в одном архиве нет записей о том, что Эллиот и Вивиан Данбрук удочерили ребенка в день, указанный в бумагах, ни в какой-либо другой день, раньше или позже указанной даты.
– Повторяю вопрос: что, черт побери, это значит?
– Это значит, что Маркус Карлайл не подавал прошения в суд. Номер судебного дела, указанный в бумагах, как и номер окончательного решения, – вымышленный. Его не существует. Подпись судьи на судебном решении, как и печать суда, скорее всего, подделаны. Поскольку этот судья в 1986 году умер, окончательно подтвердить эту версию я не могу, но могу восстановить ход событий. У тебя на руках, Колли, имеются бумаги, состряпанные в юридической конторе Маркуса Карлайла, которые никогда не покидали этой конторы. Это значит, что удочерение не имело места.
Колли могла лишь молча смотреть на бумаги с именами своих родителей.
– Я ничего не понимаю.
– Многое станет понятнее, если ты скажешь, зачем тебе понадобилось разыскивать этого адвоката.
Джейк поднялся, взял Колли за плечи и заставил ее опуститься на кровать.
– Присядь, детка. Хочешь, я расскажу?
Она смогла только кивнуть.
«Умеет он излагать факты четко и ясно, – подумала Колли, – выстраивать их в единую картину. Так уж устроен его ум: он умеет добраться до сути дела, отбрасывая ненужные детали». Она как будто слушала изложение событий, которые лично ее не затрагивали. Впрочем, он, скорее всего, именно этого и добивался.
Пока Джейк говорил, Колли встала, прошла в ванную и взяла аспирин из походной аптечки. Она проглотила три таблетки, а потом просто постояла у раковины, изучая свое лицо в зеркале. Когда она вернулась в комнату, Лана деловито строчила в своем блокноте. При появлении Колли она вскинула голову.
– Колли, я должна задать тебе один очень важный вопрос, и я прошу тебя ответить, отбросив всякие эмоции. Существует ли хотя бы теоретическая возможность того, что Эллиот и Вивиан Данбрук были каким-либо образом замешаны в похищении?
– Моя мать чувствует себя виноватой, если задержит возврат книги в библиотеку. – Господи, до чего же она устала! Если бы Джейк сейчас похлопал по постели, она, наверное, рухнула бы на нее лицом вниз. – Мой отец так ее любит, что согласился держать мое удочерение в секрете. Но он человек настолько порядочный, что сохранил документацию в потайном сейфовом ящике. Они не имели никакого отношения к похищению. Это просто исключено. И, помимо всего прочего, я видела их лица, когда рассказала им о Сюзанне Каллен. Они такие же жертвы, как и она.
«Такие же, как и ты, – подумала Лана, но вслух ничего не сказала, только кивнула. – Ребенок Калленов. Сестра Дугласа Каллена. Внучка Роджера. Сколько жизней еще перевернется вокруг тебя?»
– Ты их не знаешь, – продолжала Колли, – поэтому мои слова вряд ли тебя убедят. Можешь их проверить, если считаешь это необходимым. Но я считаю, что ты могла бы потратить время с большей пользой, отыскав для меня этого сукина сына. – Она бросила бумаги на постель. – Карлайл не только похищал детей, он продавал их. Ни за что на свете, хоть убей, не поверю, что я была одна такая. У него была система, и он действовал из корыстных побуждений – наживался на отчаявшихся бездетных парах.
– Я с тобой согласна, но нам придется это доказать, подтвердить фактами.
– Найми детектива.
– Это значительно увеличит расходы.
– Давай начнем. Я предупрежу тебя заранее, когда придется подводить черту.
– Ладно. Я займусь этим сегодня же. Я знаю одного детектива – он работал на фирму моего мужа в Балтиморе. Если он занят, он сам мне кого-нибудь порекомендует. Колли, а Каллены знают?
 
– Я сегодня ездила к Сюзанне. Мы договорились сдать анализы.
Лана сделала еще одну пометку в блокноте и отложила перо.
– Я должна тебе кое-что сказать. У меня сложились личные отношения с Роджером Гроганом. Это отец Сюзанны Каллен, – пояснила она, увидев недоумение на лице Колли. – Мы с ним добрые друзья. Так случайно вышло, что вчера у меня было свидание с Дугласом Калленом.
– Я думала, ты замужем.
– Я была замужем. Моего мужа убили четыре года назад. К Дагу у меня личный интерес. Если хочешь, давай обсудим эту проблему, прежде чем двигаться дальше.
– Господи! Вот что значит маленький городок! – Колли потерла лицо руками. – Вряд ли это станет проблемой, пока ты помнишь, чьи интересы представляешь.
– Я помню, чьи интересы представляю. Не могу даже в отдаленной степени представить, что все это значит для тебя и для всех, кто в этом замешан. Но я твой адвокат.
– Твой дружок думает, что я охочусь за деньгами его матери.
– У нас было всего одно свидание, так что он не мой дружок, – возразила Лана. – И я не сомневаюсь, что между вами еще не раз будут возникать трения, пока все не прояснится. Он не производит впечатления человека простодушного и мягкого.
– По-моему, он просто дерьмо.
Лана с улыбкой встала со стула.
– Да, его трудно полюбить с первого взгляда. Я сама еще немного покопаюсь в источниках и дам задание детективу. Зайди в контору завтра в любое время. Надеюсь к тому времени сообщить тебе что-нибудь новенькое, а ты выпишешь мне чек на более крупную сумму.
Она крепко пожала руку Колли.
– Не стану советовать тебе не беспокоиться. Я бы на твоем месте точно с ума сходила. Но одно я тебе скажу: все, что можно сделать, будет сделано. Я делаю свою работу не хуже, чем ты свою.
– В таком случае мы скоро все закончим. Я очень хорошо делаю свою работу.
– Заходи завтра. – Лана взяла свой зонтик. – До свидания, Джейк.
– Лана.
Из уважения к ней он поднялся и открыл для нее дверь. Тревога за Колли не покидала его. Она мужественно держалась в присутствии Ланы, но он-то видел, как она потрясена и сбита с толку. И несчастна. Ему уже приходилось видеть ее в таком состоянии раньше. Но тогда причиной ее несчастья был он сам.
– Давай закажем пиццу, – предложил Джейк. Она продолжала стоять на месте, как оглушенная.
– Что?
– Давай съедим пиццу. Может, нам удастся немного поработать.
– Я не… Ты же только что был в ресторане.
– Я только кофе выпил. Ну ладно, с пирогом, но это не считается. Это был просто предлог, чтобы разговорить Фриду. Между прочим, пирог был вкусный. С персиком.
– Просто уходи.
– Если я уйду, ты будешь упиваться своим горем. Это бессмысленно. Ты ничего не сможешь сделать, пока мы не накопим побольше данных. Наверняка в городе где-то есть пиццерия.
– «У Модесто», на углу Главной и Лавровой. Номер записан на блокноте рядом с телефоном.
– Вижу. Пиццерия, винный магазин, почта. – Джейк начал набирать номер. – Ты не меняешься. – Он заказал пиццу, не забыв, что она любит зеленый перец и черные маслины, а на свою половину попросил положить грибов. – Полчаса, – объявил он, положив трубку. – Знаешь, долго мы тут не продержимся. Придется подыскивать дом в аренду.
– Скоро август. Не так уж много времени до конца сезона.
– Времени хватит. Сможем выгадать на помесячной оплате.
– Не знаю, что мне сказать родителям, – вдруг выпалила Колли, беспомощно всплеснув руками. – Что мне им сказать?
– Ничего. – Теперь Джейк подошел к ней. – Нет смысла говорить им что-либо, пока у тебя нет новых фактов. Ты знаешь, как работать на раскопках, Колли. Слой за слоем, сектор за сектором. Ударишься в теорию на раннем этапе – упустишь важные детали.
– Я ничего не соображаю.
– Это пройдет. – Джейк щелкнул костяшками пальцев по ее щеке. – Попробуй опереться на меня хоть на минутку. Ты никогда раньше этого не делала.