"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Со стороны соседней вышки звучит пронзительный тревожный свисток. Там тоже заметили приближение вампира. Солдаты бегут, занимая положенные места. Сухо клацают затворы. Лязгают пулеметные ленты. Отрывистые команды сержантов накладываются друг на друга. А из-за ближайшего дома продолжают один за другим появляться чуть подскакивающие при ходьбе человеческие фигуры… Боже, как их много, никак не меньше трех-четырех десятков. Откуда столько?
— Огонь! — кричит капитан.
И я вздрагиваю, оглушенный неожиданно ударившим в уши грохотом. Добрый десяток автоматов строчат короткими очередями. На соседней вышке заходится в судорожном кашле пулемет. Я вижу трепещущий около его дула огненный цветок.
Вампиры кружат возле стены, бессильно кидаясь на несокрушимую сталь и бетон. Бьются, запутавшись в колючей проволоке. Истошно воют, когда серебряные пули впиваются в их тела. Пять или шесть монстров уже лежат неподвижно. Но остальные все еще живы. И мой друг Витька жив тоже. Он не лезет на стену, не пытается перекусить или разорвать проволочные путы. Он просто стоит и смотрит мне в глаза…
— Прицельно! — орет капитан, — Стреляйте прицельно!.. Эй, на вышке, мать твою так, ты там заснул, что ли?! Стреляй! Стреляй, черти тебя раздери!
Один вампир все-таки ухитряется запрыгнуть на стену. Но он почему-то медлит, и пущенная кем-то меткая пуля сшибает его обратно. He-мертвый падает, запутывается в колючке и повисает вниз головой. Тут же в его тело впивается одновременно добрый десяток пуль. Вампир перестает биться и замирает. Из многочисленных ран на землю капает густая темная жидкость, заменяющая вампирам кровь.
Еще один вампир взбирается на стену и успевает спрыгнуть вниз. Его расстреливают, но один из солдат мертв. Он лежит на земле, вывернув под неестественным углом шею. Стоящий рядом новобранец — совсем еще пацан — широко раскрытыми глазами смотрит на мертвеца и судорожно сглатывает.
Я вижу все как во сне… Все нереально и призрачно. Все как в тумане.
Где-то далеко-далеко в едином ритме колотятся тысячи тысяч сердец. Их пульсация колет меня миллионами игл острого льда.
Почти полтора десятка вампиров одновременно пытаются преодолеть запутанные переплетения колючки. Многочисленные шипы безжалостно терзают их тела, но мертвые не чувствуют боли. И если не случится чуда, уже через минуту они будут на стене.
Внизу дерет глотку капитан, приказывая мне немедленно открыть огонь, угрожая трибуналом. Я вздрагиваю, недоуменно глядя на опущенный к земле ствол пулемета. Сбоку висит, слабо покачиваясь, лента. Тупые головки пуль сумрачно блестят серебром в тесном плену отливающих латунной желтизной гильз…
Я нажимаю на спуск и даю длинную очередь. Пулемет жадно тянет и пережевывает ленту. Пули бесполезно бороздят стену. Не прекращая огонь, я чуть приподнимаю ствол и наконец-то попадаю в цель. Во все стороны летят щепки и бетонное крошево. Пулемет на соседней вышке замолкает.
Капитан уже не кричит. Теперь он хрипит, вытаращив глаза.
Пулемет в моих руках бьется как подстреленная птица. Лента исчезает с пугающей быстротой. Из дула вылетает сплошной поток серебра. Я провожу им по шеренге стоящих на стене солдат и вижу, как они валятся на землю. Немногие выжившие в ужасе бросаются бежать.
Выплюнув последнюю гильзу, пулемет замолкает. Из перегретого ствола курится тонкий дымок. Я отпускаю гашетку и позволяю усталому оружию отдохнуть. Держа в руке пистолет, спускаюсь с вышки и иду к воротам. Перешагиваю через распростершееся на пороге окровавленное тело. Спускаюсь в наполовину погруженный в землю бункер.
На стене рядом со смотровым окошком укреплен пульт. Не раздумывая, я откидываю предохранительную скобу и до упора вдавливаю большую красную кнопку. В яростный вой вампиров и робкие щелчки одиночных выстрелов врезается приглушенный стон заработавших электродвигателей. Сквозь небольшое окошко я вижу, как начинают медленно расходиться створки ворот. Когда они открываются достаточно для того, чтобы свободно пройти, я отпускаю кнопку и, передернув затвор пистолета, выпускаю в механизм всю обойму.
 
Шипит электрическая дуга. Натужное равномерное гудение сменяется громким захлебывающимся визгом. Заклиненные створки ворот застывают, наполовину распахнувшись. И я вижу, как через них в город проходит первый почуявший близость крови, но пока все еще осторожничающий вампир. Потом за ним следуют и все остальные. Грохот выстрелов перемежают отчаянные вопли.
Сковавший меня изнутри колючий лед медленно отступает. Я вздрагиваю, роняю пистолет и оборачиваюсь…
В дверях с искаженным, белым как мел лицом стоит капитан. Пистолет в его руке смотрит прямо мне в грудь. А за плечом маячит застывшая в предвкушении морда вампира. Но капитан ее не видит.
— Сзади! — кричу я.
И получаю в ответ пулю…
Тупой удар в грудь. Больно… Не понимаю: за что?..
Второй раз капитан выстрелить не успевает. Стоящий за спиной вампир хватает его за плечо, разворачивает к себе и жестом злого ребенка, отрывающего голову кукле, ломает шею. После чего сразу же припадает к горлу.
Прямо мне в лицо брызжет кровь. Мир становится красным.
Господи, что же я наделал?.. Как же так?..
Падаю лицом вниз.
Темнота. Лишь противный визг электромоторов, сжигающих себя в упрямом стремлении захлопнуть заклинившие ворота, продолжает звучать в ушах, постепенно становясь все громче и громче, превращаясь в настойчивый звон…
* * *
— Алеша… Алеша, проснись!
Я вздрогнул и открыл глаза. Рядом стояла Ирина, держа в руке телефонную трубку.
— Тебя к телефону. Говорят — срочно.
Пока я, моргая спросонья, выпутывал из простыни дрожащую руку, она тихо спросила:
— Опять сон?
Помедлив секунду, я неохотно кивнул. И, заметив, как дрогнули ее губы, поспешно отвернулся к стене. Приложил трубку к уху.
— Ну?
— Алексей, это ты?
— А тебе кто нужен?
Голос был настолько искажен помехами, что мне потребовалось немало времени, чтобы понять, с кем я говорю. Димка Осипов… Проклятье, к своему стыду, я вынужден был признать, что вчера даже не поинтересовался, выжил ли он вообще в той драке… Забывчивость или безразличие?
Сжав пальцами переносицу, я несколько раз тряхнул головой, разгоняя плывущий перед глазами туман.
Интересно, что это ему с утра пораньше понадобилось? Хочет забрать снаряжение?.. Кстати, о времени.
Я посмотрел на часы и поморщился. Утро-то, конечно, утро, но отнюдь не раннее… Я беззвучно выругался. До каких пор это будет продолжаться? Сколько еще меня будут мучить эти сны? Черт побери, нельзя сказать, что они мне не нравились. Нет. Они мне абсолютно и совершенно не нравились!
В трубке потрескивала тишина. Я устало вздохнул:
— Эй… Ты еще здесь?
Еще пару секунд сухого треска помех, потом голос вернулся:
— Извини, отвлекся… Алексей, ты в курсе, что случилось?
— Не в курсе, — буркнул я в ответ. — Я вообще-то только что проснулся. И угадай, кто меня разбудил?..
— В районе юго-западных ворот прорыв! — В трубке что-то металлически звякнуло, заглушая и без того неразборчивые слова Осипова. — Говорят, самый крупный со времен Дня Гнева. Через стену прошли почти четыре десятка тварей.
Я передернулся. Сегодняшний сон врезался в память, словно раскаленный нож… Наседающая на периметр нечисть. Отчаянная перестрелка. Бьющий по своим пулемет. Лежащие вповалку армейцы. Тощий, изголодавшийся кровосос, разорвавший горло командиру заставы… Картины побоища все еще стояли перед глазами.
Сердце тяжело толкнулось в груди… Неужели — правда?..
Я облизнул губы.
— Кто?.. И как?
— Вампиры! Какая-то сволочь открыла им ворота… Армия блокировала проход, но слишком поздно. Примерно половина кровопийц ушли в город. Рассыпались кто куда… — Снова тонкий и протяжный звон. Будто меч ударил по металлу. — Алексей, их необходимо зачистить. Ты представляешь, что будет, если хоть одному удастся уйти?..