В тени (СИ)

— Бригида унаследовала свою красоту от Елизаветы Вудвилл, своей прародительницы. Как вам, должно быть известно, сэр, о прекрасной внешности этой легендарной королевы все еще слагают легенды, — довольно отозвался сэр Гиз. Он стоял у окна, с большой картой в руках, и, при дневном свете, внимательно разглядывал ее. Затем, отвлекшись от своего занятия, он положил карту на стол, подошел к дочери и взял ее ладонь в свою.
— Прошу прощения, отец, вы звали меня? — тихо спросила девушка, совершенно не понимая, зачем отец велел послать за ней в то время, как сам принимает посетителей. И кто этот белокурый красавец? Кажется, она уже видела его, но где и когда? Его лицо кажется таким знакомым, а его голубые глаза — такими родными! Но она не могла вспомнить, да и не желала.
— Вы уже оповестили вашего отца о своем возвращении, сэр? — поинтересовался сэр Гиз у гостя, словно не услышав голос Бригиды.
— Еще нет, сэр. Мое сердце требовало ответа, и, примчавшись, как ветер, первым делом я поспешил к вам, — не отрывая взгляд от красавицы мисс Гиз, промолвил гость, и этот пристальный, горящий страстью взгляд заставил девушку густо покраснеть, а ее разум наполниться сотнями вопросов, которые, однако, она не решалась задать вслух.
— Ах, даже так? — Мистер Гиз радушно рассмеялся, но Бригида, знающая своего отца, тотчас распознала фальшь в этом его смехе. — Но, сударь, прежде чем вступать на такой важный и ответственный путь, вам требуется получить разрешение ваших родителей!
— Мой отец будет только рад, как и моя мать, — тепло улыбнулся незнакомец, и не думая отвести взор от «Пламенной розы» Бригиды Гиз.
— Отец, прошу прощения… Я не понимаю, что происходит, — шепотом обратилась девушка к улыбающемуся сэру Гизу.
— Моя добрая, наивная дочь! — Сэр Гиз ласково потрепал девушку по плечу. — Неужели ты не узнала нашего гостя?
— Вы кажетесь мне знакомым, сэр, но я не припомню… — начала было Бригида, обратив свой взгляд на гостя.
— С тех пор, как мы видели друг друга в последний раз, моя дорогая мисс, прошло пять лет, и вы, верно, забыли меня. Но я не забыл вас. Эти годы ваше прекрасное лицо стояло перед моими глазами, а мои уши были наполнены вашим дивным пением, — перебил девушку незнакомец и принес ей глубокий поклон. — Я все тот же Филип, старший брат вашей лучшей подруги Альеноры.
Глаза Бригиды удивленно распахнулись: конечно, это он! Как она могла не узнать эти белые кудри и голубые, как небо, глаза? Филип! Он и Альенора так походили друг на друга, словно Господь дал им одну внешность на двоих!
«Каким он стал! Уже не тот нескладный юноша, учащий меня стрелять из лука, но мужественный и красивый мужчина! Он вернулся! Как рады будут его возращению леди и сэр Нортон! А Альенора? Она так ждала его, с такой нежностью берегла и перечитывала его письма!» — Лицо девушки озарила счастливая улыбка, и Филип Нортон едва не задохнулся от ее красоты.
— Альенора будет так рада… Так рада! — воскликнула Бригида, прижав ладони к груди.
— А вы рады, мисс Гиз? — вкрадчивым тоном спросил Филип.
— Конечно, сэр, я тоже очень рада вашему возвращению, — робко ответила девушка.
— Что ж, прекрасно! К чему медлить, если два сердца с такой неотвратимой силой тянуться друг к другу? — деловито сказал отец Бригиды. Его лицо сияло от удовольствия. — Устроим свадьбу на следующей неделе!
  
Глава 6
 
Бригида непонимающе взглянула на отца, но тот смотрел на нее свысока и широко улыбался, что дало девушке понять: ее выдают замуж. Выдают, не спросив ее. Она знала, что когда-нибудь это случится, что эта судьба уготована каждой дочери, но сейчас, когда этот момент наконец-то настиг ее, душа девушки завопила от возмущения.
— Отец… Но как я могу покинуть вас с матушкой? — с болью в сердце пролепетала Бригида.
Однако это не была боль будущей разлуки с родителями: ее сердце зарыдало от осознания того, что не Вильям Тьюри станет ее супругом, а Филип Нортон! Конечно, она питала к нему теплые чувства, но лишь, как в брату лучшей подруги… Она ничего о нем не знает! Она видела его так редко, лишь несколько раз в своей жизни, ведь все детство он провел у своего дяди-рыцаря, а затем на пять лет пропал в Европе, сражаясь за Генриха и интересы Англии. И пусть она видела Вильяма так же редко, как когда-то Филипа, этот мужчина казался ей самым родным и знакомым существом в мире после ее дорогой Альеноры.
 
— Тебе пора стать супругой достойного мужчины, дочь моя, а сэр Нортон именно такой. Он сумеет сделать тебя счастливой и даст тебе много здоровеньких и красивых детишек. — Сэр Гиз вновь потрепал дочь по плечу, словно подбадривая, но та знала: отец велит ей замолчать и молча принять его волю.
И девушка так привыкла подчиняться, что фальшиво улыбнулась, согласно кивнула головой и, как положено женщине, опустила взгляд в пол.
— Вы не рады, моя леди? — слегка нахмурился Филип. Он ожидал совершенно другой реакции: ему всегда казалось, что эта красавица испытывает к нему нежные чувства и только и ждет его возвращения. Испуг и отторжение, невольно появившиеся на лице мисс Гиз, огорчили его.
Услышав голос Филипа, Бригида покрылась румянцем, не зная, что ответить, чтобы не обидеть и не унизить его достоинство.
«Нет, сэр, я не рада! Мое сердце плачет, и, если вы имеете ко мне хоть каплю жалости и симпатии, то скажете отцу, что все же не желаете жениться на мне! Прошу, оставьте мне свободу и время! А вдруг Вильям передумает и захочет сделать меня своей?» — с отчаянием в душе подумала девушка, но вслух сказала иное:
— Я польщена, сэр… Я не ожидала… Вы приехали… Мы все очень рады… — Ее голос прозвучал нежно, с придыханием, ведь она боролась со своим волнением, но манера, с которой были сказаны эти ничего не значащие слова, уверили Филипа в том, что мисс Гиз была так рада своей помолвке с ним, что просто не находила слов.
Ведь мужчине так легко видеть нужные знаки, когда он желает владеть сердцем, душой и телом любимой женщины!
— Позвольте мне поговорить с моим отцом. Но сперва, прошу, дайте мне милость почувствовать нежность вашей ладони, моя дорогая невеста, — тихо попросил Филип и протянул девушке свою большую, загрубевшую от многих сражений и упражнений с мечом, ладонь.
Как желала девушка ударить эту ладонь, отбросить ее от себя! Увы, у нее не было выбора: в мире мужчин согласие женщин не требуется. Лишь Альеноре выпало такое везение с отцом, который поддерживал любое ее решение.
— Это честь для меня, сэр, — промолвила Бригида и робко вложила свою маленькую белую ладонь в ладонь своего жениха.
— У вас такие нежные руки, мисс, — улыбнулся Филип, сжав ладонь девушки немного крепче, чем позволяли правила приличия. Но ведь она была его невестой, и он считал, что ему позволительны были маленькие вольности, а если нет — отец Бригиды даст ему понять, что он перешел черту.
Но сэр Гиз лишь молча улыбался и наблюдал за диалогом молодых людей: не стоит отпугивать такого жениха. Даже если Филип Нортон вдруг задумает поцеловать руку Бригиды… Что ж, можно отвернуться или сделать вид, будто эта вольность просто-напросто не попалась ему на глаза.
— Но, дорогой Филип, найдите же поскорее вашего отца, — мягким тоном прервал неловкую сцену сэр Гиз, желающий официально закрепить помолвку дочери и Филипа Нортона благословением отца последнего. — Нам с вашим отцом стоит многое обсудить, но, как я уже сказал, приданое Бригиды…
— Я не ожидаю никакого приданого, сэр. Позволив мне повести вашу дочь к алтарю, вы уже наделили меня сокровищем, — перебил будущего зятя Филип.
— Любовь — наивысшая драгоценность, даруемая нам Господом, — улыбнулся сэр Гиз, ни капли не любивший свою супругу, но женившийся на ней по расчету. — Но, думаю, ваш отец должен дать вам свое позволение передать в вашу собственность один из своих замков и довольно большой кусок плодородных земель.
— Эти владения будут переданы мне без колебаний, сэр. Когда я уходил на войну, мой добрый отец обещал мне, что, если я вернусь живым, то смогу жениться на любой, милой моему сердцу девушке, и получу в пользование замок Шадоу и его окрестности.