Имя - уже знамение (СИ)
- Нет, не все. Я, вообще, звоню, чтобы пригласить тебя, зайчик мой, сегодня на ужин, а потом в кино. Как тебе мое предложение, "нежданчик"? - уже более примирительно, говорит Олег.
- Да, предложение то неплохое, только у меня то есть один капризный клиент. Он то требует от меня то проект домика в Репино. Если успею то доделать, то можно и в ресторане то поужинать, и в кино то сходить, - отвечаю, пфыкая и корча в зеркало смешные рожицы. - Я, кстати, почти всю ночь то этим проектом и занималась.
- Умничка - деточка! - хвалит меня Олег, добавляя со смехом, будто наблюдает за моими кривляниями. - Кстати, можно было не фыркать и не строить мне рожицы. Проект - это здорово. Оставь его до вечера. После фильма завезу тебя домой и посмотрю результаты твоего ночного труда, зайчик. Будь готова к 17 часам, за тобой заедет водитель. До встречи. Сообщи мне результаты вождения, сильно инструктор ругался или нет.
Прощаемся с Олегом до вечера. После вождения, пишу ему сообщение "жива".
Ужин наш проходит весело и непринужденно. Просмотром фильма оба остаёмся довольны.
Выходя из кинотеатра ещё немного гуляем по историческому центру, потом едем ко мне домой.
И вроде совсем ничего не предвещает беды, кроме того, что Олег уже несколько раз за вечер при мне принимает таблетки.
- Олег, ты то записался к врачу на обследование? - спрашиваю, напрягаясь, когда мужчина, находясь за рулем, в очередной раз, достав из блистера таблетку, кладёт её в рот. - Мы же с тобой то это обсуждали в деревне. Ты же обещал пойти к хорошему то кардиологу. Олежа, сердце - это не шутка. Ты меня то пугаешь…
- Всё под контролем, зайчик! В понедельник записан на приём. Не переживай на пустом месте. Хотя мне приятно, что ты за меня волнуешься, - отвечает мне Олег и кладет свою большую ладонь на мою, успокаивающе поглаживая её.
Я поворачиваю к нему лицо и обращаю внимание, что на его висках поблескивают бисеринки испарины. Провожу пальцами, снимая капли.
- И это ты то называешь нормальным? - спрашиваю, демонстрируя влажные пальцы.
- Не напрягайся, малышка, - слышу в ответ.
Припарковав машину, поднимаемся в лифте на мой 27-ой этаж.
В кабине, откидывая всякие предрассудки, сама прижимаюсь к груди Олега.
Мне нравится, что он меня не отталкивает, а принимает мой порыв, ответно прижимая меня к себе, поглаживая руками мою спину и утыкаясь носом в мою голову.
Мечтаю о том, чтобы он меня поцеловал, так как это было на мой день рождение. Просить второй раз не могу. Не позволяет чёртова гордость.
Сам меня мужчина иногда целует, но как-то все мимоходом, дружески или братски то в нос, то в лоб, то в висок, а чаще всего в макушку.
Иногда сама над собой мысленно начинаю хихикать, что в полку моих братьев прибавление.
"Может, просто Олег реально то не испытывает ко мне никаких чувств то, - печально думаю я. - Да, нежен, ласков, внимателен, обходителен, но не более того. Гладит, обнимает, но не целует и руки то не распускает. Ничего лишнего себе то не позволяет. Кошка меня дери, вероятно, я то ему на самом деле то не интересна, ни как женщина и ни как сексуальный объект…"
- О чем задумалась, Нежа? - спрашивает меня Олег.
Не могу оторвать голову от его груди. Слушаю ритм его сердца и понимаю, что оно очень странно стучит, то быстро, то очень медленно, замирая периодически полностью.
Все же поднимаю глаза и вижу, что у Олега в лице ни кровинки. Оно совершенно белое, покрытое каплями пота. Мужчина реально держится за стенку, чтобы не упасть.
Поддерживая его плечом, помогаю выйти в коридор и дойти до моей квартиры.
Молча открываю дверь, завожу его внутрь. Веду прямо в комнату, снимаю пальто.
- Олег, пожалуйста, аккуратно ложись на диван то. Ноги то тоже клади. Все нормально. Дыши. Я то сейчас тебе расстегну рубашку то, - комментирую каждое свое действие.
Укладывая мужчину на диван, быстро расстегиваю пуговицы рубашки, полностью раздвигаю створки панорамного окна, выскакиваю на лоджию и открываю фрамуги на проветривание, обеспечивая доступ воздуха.
- Олежа, давай дышать то на счёт - четыре вдоха на четыре выдоха, - даю команду, наливая ему воды, приподнимаю голову, помогаю выпить несколько глотков. - Я сейчас то вызову скорую.
В моей голове всплывает информация про кардиолог Андрея Юрьевича. Понимаю, что надо звонить ему.
Достаю из кармана пальто телефон Олега. Беру в руки. Конечно же, главный экран запаролен.
Сначала хочу спросить пароль, потом вспоминаю про отпечаток пальца. Прикладываю телефон к пальцу хозяина. Опля, отлично, все удается.
Ищу в телефонной книге номер Андрея. Кошка дери этого Олега, у него их несколько. Приходится вспоминать, когда я болела и смотреть по звонкам. Нахожу того, кто нужен. Звоню.
- Андрей Юрьевич, добрый вечер! Это то Неждана. Извините, что беспокою то. Олегу то очень плохо. Скорая нужна то. Уверена на 100-то процентов, у него то серьезная проблема с сердцем. Знаю, он записался то на обследование в кардио-клинику вашего то друга. Можно Олега сейчас то туда отвезти? Хорошо, жду вашего звонка то.
Чуть позже перезванивает Андрей для уточнения адреса. Через минут тридцать приезжает скорая и Олега на носилках несут в машину.
Я впопыхах, натягивая пальто и хватая сумку, бегу за ними и еду с Олежей в клинику.
По дороге все время глажу его по руке, разговариваю с ним и стараюсь шутить.
- Ты то, Олежечка, даже и не думай то помирать. Не, не, так дело не пойдёт то. Ты то давай дыши, кошка тебя дери. Борисыч, ты обязан жить то! И не надо на меня то так смотреть, - говорю приказным тоном, стараясь сдержать слезы. - Тебе то ещё на мне жениться, а ты тут помирать то удумал. Знаешь ли, милый, мне то приятнее на свадьбе от радости плакать…
- Это что предложение руки и сердца? - совершенно безжизненным голосом пытается шутить Олег.
- Ну можно и так сказать то! Да, вероятнее так даже лучше то будет, а то в ожидании твоего то предложения я могу дожить то и до почтальона с пенсией.
В приемном отделении клиники медицинский персонал, как стая пчёл, суетится вокруг Олега. Анализы, кардиограммы, обследования на каких-то аппаратах.
Я стараюсь держаться все время рядом, боюсь оставить его одного. Вероятно, делаю это просто из собственного страха.
От внутреннего ужаса даже не обращаю внимание, в какой момент рядом со мной появляется Андрей Юрьевич.
- Привет, Нежка! Как Олежка? Что наш пациент скорее мертв, чем жив? - традиционно жёстко шутит Юрич.
От его дурацких шуточек мне хочется зарыдать и треснуть Андрея по башке. Сделать ничего не успеваю, потому как он пропадает за дверями одного из кабинетов.
Я остаюсь рядом с Олегом, который лежит с лицом белым, как полотно. Глаза его закрыты, губы синюшного цвета.
Минут через пять вместе с Андреем к нам выходит врач и сообщает, что пациента сейчас поднимут в оперблок.
У меня от его слов ноги становятся ватными и руки холодеют. Только усилием воли удаётся сдержать слезы. Каждый раз моргая, стряхиваю слезинки, стоящие на краю ресничного ряда.
К каталке, на которой лежит Олег, подходят санитары, они начинают движение по направлению к грузовому лифту.
Пока двери железного монстра не распахнулись, успеваю практически невесомо коснуться щеки Олега.
- Я верю, все будет то хорошо. И ты то в это верь, пожалуйста! Очень прошу тебя то! - шепчу, усилием воли сдерживая слезы. - Люблю тебя, Олежа! Очень сильно люблю то!
На последних моих словах Олег приоткрывает глаза и на его лице появляется улыбка.
Когда двери лифта закрываются, все накопленные мной эмоции и слезы прорывают громкие рыдания и слезный водопад.
Юрич, стоящий рядом, крепко прижимает меня к себе, гладит по спине, стараясь успокоить.
- Пошли, Нежка, отвезу тебя домой, только адрес скажи, - говорит Андрей.
- Я то побуду здесь до завершения то операции, - сообщаю, всхлипывая.
- Нет никакой необходимости сидеть здесь. Мы договорились с другом, он позвонит мне и все сообщит. Как только получу информацию, сразу перезвоню тебе. Поняла? - жёстко и ультимативно отвечает Юрич. - Куда тебя везти, Нежа.