И сядет солнце на Востоке (СИ)

Я сглотнула, осмотрев Всеслава опять, и четко ощутив как краснею, а датчики за спиной пищат опять.
- Вам плохо, девица? У вас температура подскочила до тридцати семи! Вы в сознании? - справа залепетал тот самый мужичок, пока я поднимала взгляд только выше, осматривая широкие плечи, жилистую шею и точёное лицо, с пухлыми губами, ровным и будто нарисованным носом, над которым сошлись брови.
Смотрела куда угодно на его лице, только не в глаза. Потому что как только заглянула в них, по телу будто мороз пробежал.
- Странно... А теперь всё резко пришло к стабильным для вас показателям. Вы удивительный экземпляр, - восхищённо продолжал мужик, пока Ярослав отчётливо и грозным детским голосом, не перебил его:
- Это не экземпляр! Она княжна и скоро будет моей матушкой!
Я чуть не задохнулась во второй раз, когда малыш произнес подобное. Воздух встал прямо комком в горле, но мальчик только широко улыбнулся и потянулся чтобы подойти, но его сдержал Всеслав.
- Ярослав!!! - он настолько громко осек малыша, что я вздрогнула и скривилась, пройдясь по фигуре папаши уже с презрением.
"Ну и мужлан неотёсанный... Господи!" - опять сцепила зубы и повернув голову к мужичку, ровно и спокойно ответила:
- Это нормальная температура, доктор. Это значит, что я здорова.
- Но вчера вы горели, девица. Я такого жара в жизни ни у кого не видел. Все показатели взлетели, как ненормальные... Температура под сорок градусов!
- Потому что так и надо! Потому что она для того и пришла сюда! Чтобы удивлять и втираться в доверие молодого княжича! - пигалица снова раскрыла рот, и тут же повернулась к папаше, в поклоне залепетав, - Мой Государь! Прислушайтесь к покорной слуге своей, эта женщина опасна для княжича! Она наверняка шпион ордынцев, и заслана, чтобы очаровать маленькое сердце княжича.
- Ольга! - папаша осёк женщину холодным басом, а она замерла как послушная овца, благоговейно смотря в ответ, - Немедленно покинь это крыло и вернись в свои покои. Это тебя не касается, пока не грозит опасностью нашему народу. С остальным я разберусь сам! Тем более, тебя уже давно ждёт Радолир и дружина. Вы верно совсем позабыли зачем мы приехали в горный край!
Плавно повернув голову в мою сторону, напыщенная баба, прожгла взглядом и только потом, сжав губы в тонкую линию, опять поклонилась и вышла прочь так, словно это не папаша тут князь, а она.
"А дальше всё фантастичнее... Марвел прямо плачет по этой постановке..." - прищурилась, смотря как двери за ней закрылись сами, а в мои хоромы вошёл сам князь, чтоб ему провалиться!
- Можно? - тихо спросил Ярослав и поднял взгляд на папашу, который осматривал меня всё пристальнее, а потом вдруг замер взглядом на груди.
"Блин... Сорочка!" - я схватилась за оборванный край, и тактично прокашлявшись, прикрыла оголённую ключицу.
Однако, как только Всеслав кивнул малышу, тут же отпустила ткань, потому что ребенок запрыгнул на царское ложе и добравшись до меня, сразу обхватил мое лицо руками.
- Вы теплая. Такая как тогда, в той комнате. Не болейте больше. Я испугался, когда папа вас принес, - Ярослав улыбнулся и сел ровнее буквально взобравшись на меня.
"Значит, сначала за шиворот и лицо хватал, а потом не погнушался кобылу и на руках понести?" - я кивнула и хмыкнула, ехидно ухмыльнувшись прямо в лицо папаше.
Однако князь не отставал, продолжая стоять как глыба у края кровати, наблюдая за нашим диалогом, со сложенными на груди руками в замок.
Всё это вызвало жуткую неловкость, которая вылилась в страх даже погладить ребенка в ответ на его прикосновения. Не спеша подняла взгляд над макушкой мальчика, и посмотрела на папашу опять. Он и дальше хмурился и следил с особой тщательностью за тем, что делает малыш. Словно пытаясь понять, как так вышло, что ребенок ко мне настолько привязался. Это прямо читалось на монолитном камне, который я не могла назвать лицом никак, из-за колючего и цепкого взгляда.
"Каменюка холодна! *(Камень холодный!) Но какая шикарная, блин!" - шикнула в мыслях, откинув на задний план бабские гормоны, и наконец обратилась к Ярославу.
 
- Ваше Высочество, вам нельзя говорить таких вещей, как только что, - я попыталась обратиться к мальчику как можно спокойнее и тактичнее, но ребенок сложил ручки на груди, аккурат как папаша, и нахохлился:
- Княжна нравится мне, а значит понравится и папе, - он кивнул своим словам, а следом упёрся руками в мои ноги, сев ко мне спиной и посмотрев на Всеслава:
- Она хорошая. Защищала меня и поверила сразу. Спасла из болота и от той противной боярыни. Дала слово, что не бросит меня. Красивая. Знает, как ко мне обращаться... И теплая. Теплее всех, и даже теплее, чем вы, папа. Мне нравится эта княжна. Я хочу такую маму, отец.
Я прикусила губу от досады, но не могла не обнять ребенка, который потянул мою руку и обвил ею свой живот. Мужичок за моей спиной тактично прокашлялся, и мы все словно вспомнили о его немом присутствии.
- Вессарий! - папаша пророкотал гортанным басом и поднял лишь взгляд мне за спину, - Говорите! Она тоже должна слышать это! - закончил и опять посмотрел прямо в мои глаза, уже медленнее опуская взгляд по моему лицу и фигуре так, словно прикасался руками.
- Гхм... Девица!
- Княжна! - поправил его мальчик, а я опять не сдержала улыбки.
- Ярослав! - услышав это, папаша опять грозно повысил голос, а мальчик сел ровнее, но моей руки не отпустил.
- Княжна? - прозвучало наконец прямо передо мной и я смогла рассмотреть доктора.
Невысокий, почти седой мужчина, в очках и красивом костюме, поклонился мне, переглянувшись очевидно с Всеславом.
- Вы не могли бы рассказать, какими в вашем... - он стушевался и опять продолжил, - Там, откуда вы родом, какие показатели жизнедеятельности организма считаются нормой для вполне здорового человека?
- Ну, - я села ровнее, и задумалась, - Температура тела - тридцать шесть и шесть. Кровеносное давление - сто двадцать на восемьдесят. Частота пульса... - я задумалась, не припомнив точной цифры и бросила, - примерно семьдесят ударов в минуту.
Брови мужчины поднимались только выше, пока я это говорила.
- А кровь? Какие группы крови есть в вашем... там, откуда вы родом? - стал продолжать он, а я нахмурилась ещё больше.
- Первая, вторая, третья и четвертая. Резусы разные, там... Минус и плюс, - я ответила, и тут же осекла дальнейшие расспросы, - Послушайте, я не медик, и не смогу объяснить вам почему это нормально, что температура моего тела тридцать шесть и шесть.
- Я понимаю, княжна. Однако, для нас... У нас, - поправил себя мужчина, -... при такой температуре человек сгорает изнутри за считанные часы. А вчера весь день, вы вообще горели... Я такого не видел никогда. Потому мне очень важно услышать ваши ответы, чтобы понять, как вылечить от того, что вас отравило. Мы провели все исследования, и даже задействовали капсулу...
- Какую капсулу? - я сразу повернулась к папаше, зло посмотрев на него, но князю вообще словно плевать на любое выражение моего лица.
"Когда же ты отмираешь? Когда начинаешь рычать, как больной?"
- Это простая процедура. Ничего страшного или сложного. Мы просто поместили вас в капсулу и Арысь провела полное исследование вашего организма.
- Арысь - это та говорящая штука? - я скривилась, но неожиданно пояснения мне дал Ярослав, который продолжал послушно слушать наш разговор.
- Арысь-полынь... Это богиня. Арысь это папина берегиня. Она переходит от князя к князю. Когда-то Арысь будет служить мне. Она как та прозрачная табличка, о которой я вам рассказывал. Она из того же.
"Искусственный интеллект?" - мелькнула мысль в голове, а я посмотрела на лицо мальчика, который начал играть в ручках краем рукава моей сорочки.
- Что такое скадоний? Вы сказали, что это вещество меня отравило? - видимо с появлением в этом дурдоме, способность к аналитическому и критическому мышлению никуда не делась, поэтому меня в первую очередь интересовали опасность этого места, и то, как вернуться домой.