Львиная математика (СИ)

Хуже всего оказались дела с постелью.
Ксу страстью никогда не отличался, его устраивало, что Лиам с Тао кувыркались почти каждую ночь без его участия. Не ревновал, наоборот даже рад был такому раскладу — альфа не приставал лишний раз. Но потребность в ласке, пусть не так часто, он испытывал.
Одежду, которую Лиам оставил в доме, Ксу не выкинул, сложил аккуратно в сундук, хотел потом на тряпки пустить. В другом пригодилось.
Вытащить, раскидать по кровати и кататься по ней, пытаясь затянуться почти пропавшим запахом прелой хвои, было стыдно. Но другого ничего придумать не мог. Течка, подошедшая ровно в срок, застала его неожиданно — забыл, привыкнув, что в такие дни они с Тао просто менялись местами. Младший омега перебирался спать на чердак и не мешал удовлетворять потребности.
В этот раз пришлось справляться самому. Не слишком успешно выходило. Первые два дня стоически работал руками, лаская себя. На третий плюнул и пошёл искать себе альфу на ночь.
По темени крался огородами, чтобы не привлекать лишнего внимания, раза два, если не больше, территорию прайда обошёл, решаясь. И пробежав, пригибаясь, под окнами одного из домов, осторожно постучал в дверь.
— Ты чего тут бродишь так поздно? — На крыльцо вышел Нил.
Выбор был не случаен — к кому бы ещё мог Ксу обратиться, если в прайде на него косились, шушукаясь? А один из бывших дружков Лиама ему всегда симпатизировал.
Альфа прищурился, вглядываясь при слабом свете жаровни. Повёл носом, принюхиваясь. Не заметить причину его появления у себя во дворе не мог.
— Тебе б домой, Ксу… — замялся, — пахнешь…
— Знаю… — глупее, чем сейчас он себя никогда не чувствовал. — Проводишь?
До дома они не дошли.
В сарае, который по пути подвернулся, было прохладно и не слишком удобно.
Одуревшие от щедрости комары захлёбывались звоном, кружа над разгорячёнными телами. Впивались, насасывались до отвала, пользуясь тем, что прихлопнуть их никто не пытается — руки у урчащих котов были заняты.
Остатки дровяной кладки, на которую Ксу навалился спиной, шатались, грозясь рассыпаться под ним. Нил поддерживал под колени, брал жадно, рыча сквозь сомкнутые зубы, и то и дело поглядывая на оставшуюся приоткрытой дверь. Быстро, на нежности не размениваясь. То, что нужно было — сбросить накопившееся напряжение.
Потом Ксу корил себя — мог бы и обойтись, не так сильно припекало под хвостом, чтобы крутить им. А с другой стороны, раз он свободный омега, почему бы и не порадовать себя, если хочется.
Так и повелось. Когда накатывало, бежал огородами по знакомой тропке и в кустах отдавался, урывая себе толику внимания и тепла. Нил не отказывал — какой дурак от запросто так потрахаться откажется? — но и ни о чём серьёзном не заговаривал. Ксу от него не ждал предложений, убедил себя, что вполне устраивает встречаться втихаря и без обязательств. Удобно же. Обихаживать никого не надо, что хочешь делаешь, ни под кого не подстраиваешься…
Главное было после встреч успеть вернуться и уснуть быстрее, чем всякие глупые мысли в голову придут. Потому что, если этого не сделать, всю ночь можно было пролежать в слишком широкой для одного постели, прислушиваясь к тишине пустого дома.
Постучали где-то за полудень.
Ксу, прилёгший после обеда, встрепенулся, недоумевая кому бы понадобился — с Нилом сегодня не договаривались, да и он бы не заглянул так рано, не хотел, чтобы их вместе видели. Это не обижало, понятно: альфе не нужна такая слава, если он не собирается его в гарем брать. Лишних иллюзий Ксу не питал на этот счёт.
На пороге неожиданно оказался Джин-Хо. Вот о ком в последнюю очередь подумать можно было.
— Привет.
Ксу сдержано кивнул, за порог не переступил, оставшись в доме.
— Пригласить не хочешь?
— Зачем? — не боялся он альфу, но опасался. После того как тот пытался главой прайда стать обманом, чего угодно ожидать можно было.
— Просто так… — Джин-Хо расплылся в широкой улыбке, — угостишь чем-нибудь, поговорим, посидим, полежим…
 
Руку, потянувшуюся в его сторону с явным намерением погладить по щеке, Ксу оттолкнул возмущённо:
— Совсем дурак?! Вали отсюда!
— Хорошо подумал? — от доброжелательности на лице не осталось и следа.
— Уходи.
— Видел я к кому ты бегаешь. Не боишься, что узнают, как ты с Нилом по углам тискаешься?
— Слухом больше, без разницы.
— Тебе-то, да. А как Нил к этому отнесётся?
— Вот ему и дуй в уши. Мне плевать.
За это Ксу не волновался — вряд ли Джин-Хо будет трепаться, веры ему мало стало среди прайда по понятным причинам, да и за болтовню от Нила мог схлопотать. Он немного отступил, прикидывая, как бы дверь захлопнуть и засов изнутри по-быстрому задвинуть.
Альфа неожиданно шагнул с крыльца, зыркнул недобро:
— Надо было тебе со своими придурошными уходить. — И ушёл со двора.
Ксу фыркнул в спину. Неужели всерьёз думал, что его пустят. Это было смешно и одновременно тревожно. Если тот задумал что-то, стоило быть настороже.
К счастью, Джин-Хо больше своим вниманием не осчастливил, а вскоре и вовсе из прайда пропал. Говорили, уплыл с одним из кораблей, что в последнее время зачастили ходить вдоль побережья.
Но и без его вмешательства встречи Ксу с Нилом вскоре закончились.
От колючего сена кожа зудела, прохладный после дневной жары воздух уже давно перестал быть приятным, пробивал дрожью.
Альфа бубнил над ухом, мешая одеваться.
— Ты меня слушаешь? Говорю, прекращать это надо… Не ходи больше.
Ксу раздражённо рыкнул, встряхнул рубаху, перед тем как на плечи накинуть.
Посыл был понятен: у Нила постоянный омега наметился и больше ему тут не рады. Не страшно, Ксу знал, что рано или поздно так случится, и не собирался скандалить из-за несуществующих отношений. Воротило от другого — альфа сказать об этом должен был сразу как этим вечером встретились, а не после того как в стогу покувыркались.
— Ну, ты ж не в обиде? — Нил заглядывал ему в лицо сверху вниз.
— Нет, — коротко ответил Ксу, поднимаясь.
В этой ситуации кроме себя винить было некого. Сам пришёл, сам предложил, сам давал, теперь самому уйти остаётся.
Не сосчитать сколько раз Ксу хотел отправиться в столицу, сколько собирал походный мешок, набивая всяким барахлом, и сколько одёргивал себя, заставляя выкладывать всё обратно. Опасение оказаться лишним останавливало его на пороге. Ждали бы — ни минуты бы не задержался, а так, зачем он нужен был? Лиам с Даром счастливы в своей странной связи, у Тао уже, наверняка, своя семья. Себе там места Ксу не видел. Мешаться только.
Очередной скучный вечер, один из многих за прошедшую зиму и недавно начавшуюся весну, обещал пройти привычно: пожевать что-нибудь, не сильно нуждающееся в приготовлении, поваляться, бездумно таращась в потолок, повздыхать и заснуть, если повезёт, до полуночи.
Почти удалось. Сквозь навалившуюся дрёму шум на чердаке Ксу принял за возню летучих мышей, обосновавшихся там, стоило переехать вниз. О том, что их там должно быть не меньше сотни, чтобы так громыхать, подумать не успел — крышка распахнулась и с потолка в комнату спрыгнули незнакомые ему альфы.
Осколки любимой беленькой в мелкий жёлтый цветочек чашки хрустнули, впиваясь острым краем в ногу. Ксу охнул, завалился к криво стоящему шкафчику, вжался спиной в стену и зашипел, прижимая к голове округлые звериные уши — отступать больше некуда.
 
Кухня, куда он опрометчиво заскочил в надежде запереться, после короткой потасовки была разгромлена полностью: ни одной целой плошки и мебели не осталось. Не пострадал только большой дубовый стол по самому центру, отделяющий сейчас Ксу от нападавших. Но защита эта была ненадолго.
Мордастый, лысый альфа медленно приближался, разведя в стороны руки: