Мои любимые преступнички (СИ)

Мы шли за Кэрном в обнимку и постоянно целовались. Кто-то смотрел на нас с завистью, а кто-то с восторгом. Но я сейчас чувствовала себя настолько счастливой, что просто не могла думать о других.
Нашу процессию возглавлял Кэрн. Он никуда не торопился, беседуя по дороге с каждым, кто хотел с ним поговорить. Он как будто вселял в них новую жизнь. Керинчане парили над землёй от счастья, ведь их президент не только ожил сегодня, но ответил на их вопросы, сказал лично им ласковые слова и даже подарил свое необыкновенное тепло. После того, что случилось люди рвались к Кэрну толпами. Многие перестали бояться его магии. Наоборот, они мечтали хотя бы мгновение постоять с ним рядом. Он зажигал в них новую искорку, и она разгоралась, унося своих владельцев в новый возвышенный мир, где нет слез, печалей и переживаний.
  
Глава 85
 
Неожиданно Кэрн остановился, и вся толпа остановилась вместе с ним. Никому ничего не объясняя, он достал мобильный телефон и кому-то позвонил. Люди смотрели на правителя, пытаясь понять с кем он разговаривает. Несколько секунд Кэрн кого-то терпеливо слушал, а потом всё-таки не выдержал и ее перебил:
— Сырк, не надо извиняться.
Сырк, Сырк, Сырк! Точно Сырк — это один из сотрудников аэропорта!
— Я прекрасно понимаю, — говорил Кэрн, — почему вы пошли на поводу у Гина. Я знаю какими методами он пользуется.
Так вот в чем дело! Раз Кэрн так разговаривает с ним, значит, и Сырк, и другие сотрудники розыграли спектакль. То есть крушение самолета было просто обманом Гина! Но как они все естественно страдали! Мы искренне поверили им. Или я всё-таки чего-то не поняла?
— У меня только одна просьба, — мягко сказал президент, — пожалуйста, ни при каких обстоятельствах не давайте ему возможности улететь из Кернии. Другие страны для него теперь закрыты. Да, я знаю, что Гин умоляет вас спасти его, именно поэтому я и позвонил именно сейчас. Передай ему, что пусть лучше придет к нам сам, возможно, тогда мне удастся убедить керинчан отнестись к нему немного добрее.
Кэрн убрал телефон. Люди ждали от него объяснений, но он покачал головой:
— Совсем скоро Гин сам вам все объяснит!
Он ненадолго задумался, и вдруг глаза его расширились от ужаса:
— Срочно к морю!
Кэрн рванул вперёд с такой бешеной скоростью, будто жуткое чудовище гналось за ним. Люди помчались его догонять. Мы почти мгновенно добрались до берега моря. Волны поднимались одна за другой, выходили на берег и прятались обратно в свой глубокий дом. На берегу стоял Гин, закрыв глаза и расставив руки. Он как будто готовился к прыжку.
Кэрн подошёл к нему сзади:
— Гин, прости, но в этом море тебе не удастся утонуть.
Журналист вздрогнул, резко повернул голову и с возмущением посмотрел на президента:
— Уйди, шпион! Я не хочу с тобой разговаривать!
Губы Кэрна растянулись в улыбке:
— Согласен, о чем можно говорить со шпионами?! Лучше поговори с керинчанами. Расскажи им, какими методами ты заставил Сырка и остальных сотрудников подыграть тебе.
Лицо Гина изменилось, глаза умоляли о пощаде. Похоже, игра в шпиона закончилась.
— Кэрн, отпустите меня заграницу, пожалуйста, я больше вас никогда не побеспокою.
На лице президента появилось сочувствие. До сих пор, мне казалось, Гин вызывал у него только раздражение.
Мы стояли от них чуть поодаль, но нам с Вилли удалось занять первый ряд. Толпы керинчан так внимательно следили за представлением будто от его успеха зависела жизнь всей страны.
Кэрн подошёл к Гину, дотронулся до его руки, и тот почувствовал тепло. В этот раз журналист не сопротивлялся. Ему явно статоновилось легче. Тепло немного успокоило его.
— К сожалению, — мягко сказал Кэрн, — вам не удастся улететь из Кернии, по крайней мере сейчас.
— Но почему? — воскликнул Гин, — вы хотите казнить меня прямо здесь при всех керинчанах?
Кэрн, смеясь, посмотрел на людей:
— Гин, мне даже страшно себе представить, что ты устроишь заграницей. Ты — просто гений! Меня не было всего несколько часов, и ты сумел перевернуть всю Кернию с ног на голову. Таких людей отпускать нельзя. Ты нам нужен здесь, Гин!
 
Журналист тяжело вздохнул. Восхищение президента совершенно не обрадовало его. В глазах его было столько боли, что мне показалось, он может погрузить в нее всю планету, и она от страшных мук разлетится на части.
Кэрн лучезарно улыбнулся ему:
— Тебе здесь ничего не угрожает. Я гарантирую полную безопасность. У меня только одна просьба.
Гин поднял на него измученные глаза.
— Честно расскажи керинчанам о том, что произошло сегодня.
— Вы хотите полностью уничтожить мою репутацию?
— Ты сам все это сделал, Гин. Не надо было призывать людей к убийству. Но теперь расскажи им все, как есть.
— Зачем? — вдруг взорвался Гин, — вы хотите унизить меня, опозорить?! Лучше сразу утопите в этом болоте, которое вы непонятно зачем здесь разместили!
Кэрн нагнулся и потрогал воду рукой:
— Мне кажется, получился неплохой водоем.
Гин ничего не ответил ему, он плавно двигался по берегу, стараясь убежать. Двое мужчин попробовали удержать его, но Кэрн остановил их жестом руки:
— Пусть идёт, если хочет. Даже если ему удастся убедить сотрудников аэропорта предоставить самолёт и пилота, то взлететь им не удастся.
Гин резко остановился и повернулся к Кэрну:
— Вы что будете стрелять?
Кэрн засмеялся:
— Просто ваш самолёт не сможет подняться в небо.
— Почему?! — Гин покраснел от злобы.
Кэрн принял загадочный вид:
— Что-нибудь обязательно сломается, поверьте мне, Гин.
Президент посмотрел ему в глаза:
— Не надо никуда улетать. Просто расскажи керинчанам правду. А в будущем они ещё оценят тебя по достоинству.
Тысячи людей замерли в немом ожидании.
— Хорошо, — ответил Гин и махнул рукой на толпу, — пусть задают мне вопросы.
Кэрн кивнул.
— Где был Кэрн все это время? — закричала пожилая женщина с тяжёлой длинной палкой.
— Вопрос не ко мне! — угрюмо отозвался Гин.
— Мэйя, выйдите к нам, пожалуйста! — попросил ее Кэрн.
Старушка подняла свою длинную палку, и толпа сразу же расступилась. Палка у нее была почти бесконечной длины, и люди, увидев ее, разбегались в разные стороны. Старушка, охая и кряхтя, подошла к президенту.
— Я был в Сокко, — ответил ей Кэрн. — Мне очень грустно, когда керинчане покидают родину. Я убеждал уехавших вернуться. Многие согласились и пообещали прилететь завтра. Но кроме этого у меня было и другое дело. Я ездил в научный институт Сокко, чтобы они проверили мою магию. Закончить проверки мне не удалось, поскольку у вас здесь начали происходить очень нехорошие события. Я все бросил и помчался домой. Мне было настолько плохо от ваших страданий, что я выпрыгнул из самолёта и понял, что разобьюсь, если не сумею создать себе парашют. К счастью, магия меня не подвела, и я благополучно приземлился к вам.
Керинчане разразились аплодисментами. Все были счастливы, что Кэрну удалось создать парашют.
— Я договорился с учеными Сокко, они тоже прилетят к нам завтра и на ваших глазах проверят мою магию. Все будет честно, если они скажут, что я не имею права ей пользоваться, то я больше не дотронусь до вас. А если они оценят мой дар, то извините, но наша жизнь немного изменится.
Эта фраза мне совсем не понравилась. В глазах людей появился страх.
— Поверьте, я никогда не причиню вам вреда, — ласково сказал Кэрн. Люди немного успокоились, но волнение осталось. Президент больше не захотел ничего объяснять. Он подошёл к старушке и внимательно посмотрел на нее.
— Мейя, ваша палка вам больше не понадобится.
Он испуганно вскрикнула:
— У меня ноги тридцать лет болят, почему вы лишаете меня любимой палочки.
— Теперь они больше болеть не будут, ну если вы захотите, чтобы они вернулись к прошлому состоянию, то, не переживайте, все боли вернутся к вам вновь.