Песнь святой мессии (СИ)
— Потом… Надо поехать… В этот храм… — Произнес Джек.
— Обождите, до полудня недолго осталось, Я знаю короткую дорогу, — произнес блондин, махнув, чтобы остальные расходились.
— Ну так полезай в телегу, — И вот парень с золотыми волосами взобрался на борт, и они понеслась к храму на полной скорости, при этом блондин устало выдохнул.
— Не надо на меня так смотреть, работа у меня такая.
— Могу показать… Какая работа… У меня…
— Я итак знаю, поверьте, мне о ваших похождениях известно достаточно, вплоть до того, что от своей хозяюшки я узнал даже то, чего знать не хотел вовсе.
— Например? — Спросил Сома. Блондин перевел взгляд на Ши.
— Зелёные?
— Что зелёные?
— Неважно! — Пискнула девочка.
— Вот же корова, ну я ей… — Блондин достал блокнотик из сумки откуда вырвал листок и выдал его Ши, на нем была цифра.
— 1024? Что это? — Спросила девочка.
— Корова, как ты выразилась, попросила создать очередь тех, кто планирует ей что-то устроить как-нибудь потом, как видишь ты совсем не первая.
— Пацан, а ты кто вообще такой? — Спросил Сома чертыхаясь и ничего не понимая, теперь он понял, что Ши про что-то умолчала во вчерашнем разговоре.
— Нацуниэльвен… — По-брахмутски странное имя, — Нацуно, мы вчера виделись…
— Погоди, тоесть этот пятидесятилетний старик, это был костюм? — Удивилась Ши самым неподдельным образом.
— Именно так, — произнес блондин, после чего встал, поклонившись ещё раз.
— Я Нацуно, обойдёмся без полного имени, родом из Брахмута. Фамилии у меня нет, мне двадцать два года, рад знакомству.
— Взаимно. Теперь я хоть поняла, почему Лили сказала, что твой костюм был отвратителен.
— Принцев там и без меня полно было, а так хоть запомнили…
Наконец-то терпение старого солдата оказалось на пределе.
— Так что происходит, объясните кто-нибудь?! С дороги корова чертова! — Крикнул он одновременно с тем, как резко дёрнул поводья влево, по указке Нацуно, от чего чуть кого-то не задавил.
— Была убита монашка, да не абы какая, считай глава почти половины церквей, вторая по статусу после матриарха Кюри… — В этот момент Ши припомнила разговор с Лили в камере, то есть она собиралась убрать кого-то настолько важного? Видимо тут не обошлось бы без таких людей, как Джек. Нацуно же продолжил объяснение:
— И все, как один, описали мессию, при том даже палочка точно была ее, стража по всей стране уже ее ищут, хоть в это мало кто верит, а в этом конкретном городе даже глава города не так важен, как Лили. Скажем так, именно она его главой и сделала, так как у него при виде женской груди отключаются мозги, а потому самые важные люди при власти идут к Лили, а та, якобы, советуется с кем-то и выдает гениальные решения. Именно потому, когда ей прислали документ о розыске, она случайно пролила на него вино, так и не успев прочесть. Потому стража здесь так спокойно тебя терпит, Лили просто никому ни о чем не говорила.
— Понятно, ну какого черта нам так везёт на всякие невнятные истории? Эй, ну-ка дуракам дорогу! — Сома чуть не сшиб кого-то снова, но просвистел в паре сантиметров, наконец лои остановились. Ши соскочила вместе с Нацуно и Джеком, блондин моментально кивнул подошедшей страже, после чего преспокойно пошел внутрь храма, остальные направились следом. И вот, спустя короткую прогулку по не слишком уютному, зато невероятно огромному храму, что сегодня был как-то особенно плотно забит верующими всех взглядов и религий, золотовласый наконец-то указал на одну из дверей, после чего спокойно произнес:
— Нам туда, — Ши выдохнула, но вошла, она оказалась в пустой комнате. Здесь оказалась шторка для переодевания, которой она и воспользовалась.
Снова выйдя во двор, они обошли огороженный забором храм, и обнаружили, что с другой стороны, у огромного, богато расписанного и дорого украшенного входа, толпились люди. Зелёные деревья образовывали дорожку, которая была заполнена верующими так, что яблоку было негде упасть, страшная давка иногда прерывалась чьим-то недовольным криком. Отвратительно пахло множеством благовоний, вестрийцы молились с помощью благовоний, но под разные молитвы нужны, соответственно, разные благовония, и по отдельности они пахли очень даже хорошо, но все вместе… Ши взволнованно посмотрела на толпу, ей доводилось танцевать вестрииские танцы, доводилось играть роли, но монашка… Это уже что-то совсем новенькое.
— Представь их голыми, — посоветовал Сома.
— Не помогает…
— На, выпей, — Нацуно протянул флягу их сумки на поясе, Джек моментально оказался рядом и понюхал.
— Яда… Нет…
— Да уж, на тогда попробуй, по запаху яд определить могут очень немногие.
— Нет… Пробовать не буду… Я знаю запах всех… Известных ядов… У тех же… Что запаха не имеют, реакция в…
— Круто, — Ши перебила Джека на полуслове, приняла флягу и сделала глоток, горло обожгло чем-то горьким, она поморщилась, в груди разливалось приятное тепло.
— Глоток вина, успокаивает нервы не хуже, чем настойка валерианы.
— Понятно.
— Ладно, сегодня ворчать не буду, — Сома усмехнулся. Ши нервно вздохнула и пошла не слишком уверенным шагом, троица прошмыгнула в толпу верующих. Была ещё одна проблема, все, абсолютно все монахини были в серых платьях, только Ши была в белом, вдобавок расшитом саламандрами светло-серыми, что выделяло ее, как свет факела в пещере. Майка, что была вчера получена от Лили, имела тот же разрез, что и платье, а потому плоский живот тоже было частично видно, даже дальше, видно было слишком многое и Ши это нервировало, хотя мужчины смотрели с превеликой радостью. Любые голоса затихли, стоило появиться мессие, монашки, которые стояли на пороге и читали какие-то отрывки из книги божьей, тоже не могли смотреть ни на кого другого.
Она вышла на порог, Лили нашлась тут же, она, не переставая читать какой-то стих, протянула мессие книгу, где были отмечено, что именно ей следует читать.
Здесь были разные монахини и жрицы, и вестрииские и лионийские, они читали какие-то свои стихи для отдельной очереди верующих, при этом жрицы из Вестрии выполняли странные движения, расставили руки, опустили головы, сложили руки и помолились, потом поклонились и снова помолились, а после ударили в специальные колокольчики, и опять поклонились. При этом активно зажигались благовония, от чего над храмом была лёгкая дымка.
У Лионии все проще, пирамида святой символ, считается, что четыре нижних угла передают негативную энергию в верхнюю грань, которая отправляет ее в космос, и, тем самым, очищает планету. Ши читала как раз отрывок про мессий, про каждого из которых всегда дописывали новые строки в итак довольно толстую книгу. Лили сидела рядом, на ней была такая же форма как и на Ши, тоже прозрачная, но вместо выреза на животе у нее было декольте.
— Значит мозги у тебя всё таки есть, — совсем не меняя религиозного мотива, глупого лица и напения своих слов произнесла она.
— Читай по тексту, корова дойная, — Начала напев Ши.
— Завидуй молча, доска гладильная… — Песенная перебранка немного затянулась.
Вскоре чтение стихов закончилась, за что девочка была готова благодарить всех известных ей богов и драконов, пол был жёстким и неудобным, а стоять надо было именно на коленях, вдобавок согнувшись в три погибели. Ши и все вошли в храм, вестрийцы на свою половину, лионийцы на свою. Лили, не церемонясь, отстранившись от толпы монахинь, потянула Ши к одной из черных кабинок, что плотным рядом тянулись вдоль одной из стен, перед каждой такой кабинкой был ящик для пожертвований и свечи, а также пирамида. Это были по сути, простые деревянные кабинки, в которых было две двери, одна стены были непрозрачны и снабжены некоторой звукоизоляцией, разделенная пополам эта кабинка была очень не большой, относительно той очереди, что стояла рядом.
— Дам тебе самую простую работу из всех, заходишь и молча слушаешь исповеди, тебя даже видно не будет, потом отпусти грехи бедолаге. Можешь даже цены с ними обсуждать, мне плевать, главное отвечай если спросят.