Молот вместо жезла (СИ)

— Отдаю свою душу Эльрату! Сердце Истинной Вере, а свою жизнь и меч Артемису Благочестивому, отныне и до конца дней моему господину…
Воины негромко повторяли слова клятвы за Лограном, хор грубых мужских голосов произносивших присягу, заставил «мурашек» вновь пробежаться под кожей. Звучало это одновременно просто и торжественно.
— Отныне лишь смерть сможет освободить меня от этой клятвы. Пусть Эльрат будет свидетелем моим словам!
В районе груди каждого воина вспыхнул голубой символ моего герба, а система подтвердила пополнение моей армии сообщением.
«Ну вот и чудненько, — с удовольствием мысленно потер я руки».
— Встаньте, — жестом руки приказал, теперь уже своим, воинам подняться. — Я принимаю вашу присягу и клянусь быть справедливым господином.
Клара молча смотрела на все происходящее, но на ее лице я не заметил насмешки или надменности, как это было в случае, когда на лесной дороге мне присягали Фира и Кира.
— Логран, через час мы выходим к восточной заставе бывшего барона этих земель. Возьми всех лошадей в монастырской конюшне, приготовьте запас еды на дневной переход, проверьте оружие и доспехи. Ступай.
Оруженосец коротко кивнул и начал отдавать приказы своим, извиняйте, уже моим воинам, а я повернулся к Кире, что все время стояла у меня за спиной.
— Найди свою подружку, возьмите с собой Никодима, — я кивнул в сторону кучки крестьян, — позови Лограна и через полчаса жду вас в обеденной зале. Заодно пусть бабы что-нибудь сварганят.
Она выпучила на меня удивленные глаза, и мне с легкой улыбкой пришлось уточнить.
— Пожрать пусть что-нибудь сделают.
Я, было, направился к часовне, но остановился, обернувшись к Кире.
— И еще одна просьба. Я буду в часовне, пусть меня не тревожат эти полчаса.
Ну теперь вроде все, пора заняться неотложными делами, а для этого мне надо в часовню.
Алтарь, что я очистил вчера — своего рода аналог заклинательного покоя замка. Найм священников и развитие моего монастыря осуществляется с помощью него. Получив собственный замок, я смогу это делать удаленно через интерфейс управления в заклинательном покое, но сейчас придется, так сказать, все делать в ручном режиме непосредственно через престол (алтарь по-простому).
Через арочные окна под сводами притвора лился солнечный свет. Поскольку все строения монастыря восстановились, на серебре и латуни, на иконах, жертвеннике и притворе с каноном весело прыгали солнечные зайчики.
Затворив за собой двери, я подошел к алтарю и поднес к едва заметному углублению символ своей власти — перстень с гербом. Передо мной появилось голографическое изображение монастыря с прилегающей территорией и окно управления и найма.
— Ну-с приступим, — потер я руки, приступая к задуманному. — Надеюсь, за полчаса управлюсь.
Первым делом нашел место для основания деревеньки или небольшого хутора. Крестьян у меня сейчас насчитывалось едва ли шесть полных семей, но для начала пойдет. Возвести ее, запланировал у самого края Дальванского леса там, где начинались широкие луга с сочной и высокой травой, в часе пешей ходьбы от монастыря. По моему замыслу крестьяне займутся разведением лошадей и станут первыми поставщиками для моей будущей армии. Прохор им в этом на первых порах поможет.
— И называться сея деревня, — громко произнес я вслух, ставя на голографической карте домик старосты, — будет «Монастырской».
Система списала двести монет из моего кошелька. Благо никаких дополнительных ресурсов сия простенькая, но не по важности, постройка не требовала. Избы для семей и собственно конюшни, а в последствие и конезавод, крестьяне возведут сами, на монастырском складе оставлю пять мер дерева, да пару мер камня.
— После первого найма крестьян надо будет поставки древесины наладить, — закрывая окно строительства, пробубнил я себе под нос. — Наверняка в лесу лесопилка имеется.
Ресурсные постройки для добычи обычных ресурсов таких, как дерево, камень и руда имелись в каждой локации в количестве двух, а то и трех на каждый вид ресурса. С редкими было уже сложнее. Ртуть, кристаллы, самоцветы или сера этих обычно имелось по одному, в редких случаях два, да и то не всех. Ну а золотоносные шахты или рудники с сумеречным железом, горные ручьи со звездным серебром, пещеры с драконьей кровью или сталью, подобные ресурсы отыскать в стартовых локациях было невозможно. Они вообще встречались достаточно редко, и обладатель подобных сокровищ был лакомой добычей всех: и игроков, и неигровых героев.
 
Закончив с крестьянами, закладкой будущей экономики и логистики своего королевства, я открыл вкладку найма.
Мне было доступно пять монахов или послушниц, и один клирик или исповедница. Еще я мог поднять ранг одной из двух послушниц, Фире или Кире, сделав исповедницей.
Одну из них я планировал взять с собой, вторую оставить в монастыре вместе с Прохором. Естественным образом выбор пал на Фиру, как подружку конюха, а значит, исповедницей станет Кира, что отправится вместе со мной.
Повышать ранг Фире делая ее исповедницей, было еще рано и нецелесообразно. Если учесть то, что вытворял с ней бывший настоятель и нелинейное поведение неигровых персонажей, а то, что нейросеть полностью взяла под контроль мир «Земель» сомнений у меня уже не было, взять того же Лограна. Мужик отказался от имперской присяги и встал под мои знамена, что в принципе было невозможно при управлении старыми ИскИнами. Именно по этой причине назначать Фиру настоятельницей монастыря однозначно не стоило, а вот сделать ее помощницей, обещая в дальнейшем повышение в ранге священнослужителя это было бы самое оно.
Открыв вкладку найма исповедниц и клириков, я на минуту задумался.
Каким мне делать свой монастырь? Женским, мужским или смешанным?
Все священники, как я уже говорил ранее, являлись не боевыми юнитами, так что гендерная принадлежность не играла особой роли. В смешанной обители не ровен час, вновь возобладают тайные желания и страсти, так что лучше выбрать однополый коллектив церковнослужителей. Хотя и в этом случае есть риск, но гораздо меньший.
«И остановлюсь я, пожалуй, на женском варианте, — улыбнулся я, выделяя исповедницу и закрывая окно с клириком, бородатым мужиком в серой рясе. — Да и суровым воинам глядеть на девичьи мордашки в тяжелом походе или после битвы гораздо приятней».
Послушницы и исповедницы в основном несли службу, как лекари. В отличие от тех же аколитов и прелатов, их магия была больше заточена под целительство нежели у первых.
Играться с «Творцом» — знанием, что позволяет изменять начальные характеристики нанимаемых существ не стал. Исповедницы изначально сильны в церковной и магии жизни, да и показатель интеллекта у них высокий, смысл что-то менять. С послушницами, там да можно и подумать. Ведь работы по хозяйству в монастыре лягут именно на их плечи. Здесь бы задуматься насчет отказа от смешанной общины и взять парочку монахов, мужики все-таки, но раз решил, то решил.
Расставшись с восьмьюстами золотыми монетами, нанимаю исповедницу, которая станет настоятельницей монастыря.
Возле иконостаса возник столб яркого золотистого света, через несколько секунд сияние исчезло. Передо мной стояла женщина приятной внешности в белой рясе, голову покрывает куколь с вышитым золотым крестом, поверх рясы белый же палий. На груди исповедницы большой серебряный крест с толстой серебряной цепью. В левой руке посох, в правой черные четки.
— Святой отец, — женщина низко поклонилась, приветствуя меня.
Ростом почти вровень со мной. Ряса хорошо скрывала фигуру, но я отметил, что она была хрупкого телосложения, несмотря на свой высокий рост.
— Наречённая Лидия, готова нести свет истинной веры в души заблудших и праведников, — распрямившись, продолжила говорить исповедница. — И верой и правдой служить тебе.
Голос женщины был глубоким и мягким, как бы это точнее сказать, он успокаивал и обволакивал вас, давая ощущение нежности, тепла и заботы. Именно таким должен быть голос истинного пастыря человеческих душ, а проще священнослужителя.