В 8 (СИ)

— Так вот в чём дело, — зло рассмеялась зайка. — То есть вам можно похищать людей, проводить над ними ритуалы, убивать и продавать как товар, а когда за это прилетает ответка сразу начинаются разговоры про права человека, то есть эльфа и прочую избранность? Лицемерие, любимый приём наших заклятых друзей, оказалось не только их. А я, дура, думала, что эльфы это кто-то возвышенный, далёкий от человеческих страстей и пороков. А разница оказалась только в ушах, а так всё то же двуличие.
— Дочь императора говорит о двуличии? — скептически приподняла бровь эльфийка. — Сразу видно, что тебя растили в оранжерее, ограждая от реального мира. Иначе ты бы знала, что правитель мыслит категориями не морали, а необходимости и рационализма. И если я вижу опасность для своих детей буду искоренять её любыми способами!
— Может быть я и домашняя девочка, но знаю что такое честь, — не осталась в долгу Нина. — И за своих друзей тоже буду бороться до конца! Пётр отправился в ваш мир на поиски Кузьмы по моей просьбе! И думаешь я отдам его на растерзание ушастой стерве?! Да никогда! И свадьба у нас будет как только вернёмся, понятно?! Тоже мне, богиня… подумаешь!
— Да, богиня! — Иви подбоченилась. — И в отличии от тебя, домашней девочки, знаю, какие опасности существуют в мире. От этого вашего шамана разит силой орков! И он не скрывает что был учеником Дарг-Хур-Доха, этого старого демона! Ты даже представить не можешь, сколько эльфов было им замучено, сколько душ он погубил сколько зла принёс моему народу!
— Но Петя это не этот ваш Дыр Пыр Хыр! — зайка не собиралась отступать. — Да, он не ангел, но никого не убивал и не мучил! И рискнул жизнью, отрпавившись в неизвестный мир, чтобы найти Кузьму! А ты…
— Никого? — скептически рассмеялась Ивилада. — А эта несчастная девочка с промытыми мозгами? Да он её практически в животное превратил, без собственной воли и желаний! Даже не в рабыню, а в зомби, как у вас в кино или какой… компьютер! Это по твоему никого?! Да его за это убить мало!
— И это меня ты называешь комнатным цветком? — Нина презрительно скривилась. — Ты не знаешь обстоятельств, в которых это случилось, его мотивов и вообще для чего он это сделал. Может быть от этого зависела его жизнь? Насколько я знаю, эти ваши тёмные тоже далеко не подарок. Разбой, грабежи, пиратство и так далее. Там каждого второго можно вешать особо не спрашивая за что, но я же с верёвкой за ними не бегаю, даже несмотря на то, что твоя сестра, Селаим, сейчас крутит жопой рядом с Кузей. И я не напоминаю что она увела у тебя жениха, потому что уверена в своём. Как и в его друзьях! А тебе стоит бы задуматься, на чьей ты стороне, если называешь себя женой.
— Предлагаешь мне бросить свой народ ради мужа? — Иви ответила сопернице не менее презрительным взглядом. — Хочу тебе напомнить, что теперь это и его подданые тоже. И уверена, Кузьма никогда не пойдёт на подлость…
— Предать друга, рискнувшего ради тебя жизнью и есть главная подлость! — перебила её Нина, — Всё остальное, кроме тёмной это лишь твои домыслы! И я не позволю какой-то самодурке…
— Коммандо цурюк! Штильгешатнден! Рихт ойх! — зычный командный голос прокатился по комнате с такой силой, что казалось, даже цветы в вазах встали по стойке смирно. — Есть прекратить балаган!!! Вы есть благородный дамы, а не базарный торговки! Если герцог Гогенцолерн увидеть вас сейчас — гнать обоих! А ну сидеть! И успокоиться! Обе!!!
Брунхильда Каролинг не даром была истинной дочерью славного германского народа и с молоком матери впитала не только легендарный орднунг, но и традиции сумрачных тевтонцев, и ярость неукротимых готов, спаливших Рим. Так что видя что две подруги и возможные сёстры по мужу готовы вцепиться друг другу в глотку решила взять дело в свои руки. И с немецкой основательностью тут же навела порядок, рявкнув так, что дурные девки мигом присмирели, несмотря на то, что одна была цесаревной, а другая вообще богиней. Но под грозным взором тевтонской девы обе стушевались и покраснели будто сценаристки на мужском стриптизе.
 
— Есть успокоиться?! — когда Брунхильда нервничала или злилась акцент у неё становился более заметным, хотя в обычное время девушка говорила почти без него. — Вы есть думкопф! Ссора на пустой место! Ты есть бояться за свой народ, но разве император не дать тебе гарантий безопасности?! Шаман сейчас есть в карантине, под присмотром военных. Они не допустить вреда гражданским, ты это понимать?!
— Ну… да, — стушевалась Ивилада, не понимая почему ей вдруг стало стыдно.
— А ты? — немка уставилась на Нину, вдруг захотевшую заползти в какую-нибудь норку и там спрятаться. — Друг есть гут! Но орднунг превыше всего! Контакт с неизвестными силами таит неизвестные опасности. Кто знать что этот Дарг-Хур-Дох сделал с Пётром. Нужна тщательная проверка.
— Я это понимаю, но… — начала было цесаревна но наткнувшись на взгляд Брунхильды мигом стушевалась.
— А главное, я не понимать, что вы есть раскудахтаться! — медленно и грозно немка надвинулась на двух спорщиц. — Вы есть кто? Бабы! Ваше место киндер, кирхен, кюхен! Решать судьба шаман будет герцог Гогенцолерн-Ефимов! И никак иначе! Вам ясно?!
— Да, — буркнули обе спорщицы, надувшиеся словно мыши на крупу.
— Тогда вы есть мириться! — не собиралась отпускать свои жертвы Брунхильда. — Или я доложить всё Кузьме Васильевичу.
— Я думала мы подруги! — обожгла взглядом тевтонку Нина.
— Я, я, то есть да, так и есть, — кивнула тевтонка. — И именно поэтому я и рассказать всё герцогу Гогенцолерну. Он судить как муж и господин. А мы покорно слушать. Это есть путь женщина.
— Пффф, вот ещё! — дружно фыркнули спорщицы, глянули друг на друга и гордо отвернулись, вскинув носики.
— Сейчас не средневековье, и мы не в Турко-Османской империи живём, чтобы быть живой мебелью! — Нина отступать не собиралась. — Даже фаворитки имеют права, а я законная жена… буду.
— Кузьма хороший, но у меня опыта на тысячелетия больше. И кто как ни жена — Ивилада с превосходством поглядела на соперниц, — поможет мужу, направит его если он ошибается.
— Вы есть не правы. — покачала головой Брунхильда, успокаиваясь, и снова начав следить за произношением, — Это ваша главная ошибка и если вы её не осознаете, это может очень плохо закончится.
— И в чём мы ошиблись? — перед лицом нового противника соперницы мигом объединились и выступили единым фронтом.
— Да, почему ты считаешь, что мы не правы? Мы делаем всё исключительно для пользы рода Ефимовы. — поддержала эльфийку Нина, но не смогла удержаться от шпильки, — Я по крайней мере точно.
— Мой народ и моя земля теперь пренадлежит Кузе и всё что я делаю для них делаю и для него. — Иви надменно усмехнулась. — Так что я не могу ошибаться!
— Вы делаете всё это для себя. — покачала головой немка. — Просто оправдываетесь пользой рода и подданых. Но неправы вы в другом. Вы считаете герцога… как это по русски… о! Простофилей! Сильным но глупым, которым можно вертеть как захочется, удовлетворяя свои капризы. Разве не поэтому ты, Нина, сделала сестру фавориткой? Вы всегда с ней спорили за внимание отца, и ты просто устранила соперницу. Да, несмоненно, это пошло на пользу роду Ефимовых, но о нём ли ты думала в тот момент?
— Да как ты… — мгновенно покраснев вспыхнула зайка, но Брунхильда хладнокровно перебила её, обращаясь уже к эльфийке.
— Или ты, Ивилада. — тевтонка не испытывала перед богиней никакого пиетета и не стеснялась резать правду-матку прямо в глаза. — Для тебя этот ваш Дарг-Хур-Дог по умолчанию зло и ты не собираешься разбираться в ситуации, а хочешь решить проблему кардинально. Но опять же, ты делаешь это для себя. Мстишь за свой народ. Это правильно, за своих надо стоять горой, но причём тут Кузьма?
 
— Он должен нас защищать! — немного истерично взвизгнула эльфийка, — Это его обязанность!
— Согласна, — кивнула Брунхильда. — Значит пусть он сам и рассудит, что делать с шаманом. Тем более это его друг. А вам пора отвыкать думать о муже как о простофиле. Иначе однажды у вас будут огромные проблемы.