Измена. Влажные обстоятельства (СИ)

- Справились! – послышались писклявые голоса бесов. Они ворвались в избу, сметая все на своем пути.
Деревянное ведро с молоком встало посреди избы.
- Тетенька! Дай работу! – переглянулись бесы, наседая на меня. – Ну тетенька! Ну дай!
- Вы что там в деревне учинили, что вся деревня возле озера собралась? – спросила я, прижимая к груди сопящую дочку. Я ее, считай, целый день не видела. И уже соскучиться успела.
- Килы, порчи, гадости всякие… - переглянулись бесы, пока я смотрела на них с укором.
- А на кой вы на озеро поперлись? – спросила я, радуясь, что не прямиком сюда. – Я сегодня чуть от водяного не отгребла за ваши проделки!
- Это все Лябзя! Он пить захотел! – маленькие пальчики ткнули в виновника, который никак не мог выковырять репей из хвоста.
- Принесите мне воды! – потребовала я, видя, как за окном уже стемнело. 
- А это точно плохое? – спросили бесы, переглядываясь украдкой.
- Потом, когда я помоюсь, помою посуду и пол, вы отнесете ее обратно и выльете в озеро! – злобненько хохотнула я.
Дверь отворилась, а на пороге появился старый мельник, так и не дав мне рассказать про экологию.
Недолго думая, батя вошел в обновленную избу, как к себе домой.
- Нет, ну надо же! – возмутился покойник. – Открываю глаза в своем овраге, а там … задница! Белая такая… Места ему не хватило?! Вон сколько леса! А он у меня уселся! А я его как за задницу хвать! Слыхали визг?
- Нет, - помотали мы с домовым головами.
- И я не слышал. А потому что не было его! Сразу! Насмерть! Сердце не выдержало! – заметил мельник. Он грузно присел на лавку. – Рассказывайте, че у нас? Да поживее! Тебе, дочь, сегодня еще Хобяку уговаривать!
  
Глава двадцать пятая
 
Кого? Я не сразу осознала, что зависла на пару мгновений, обдумывая полученную информацию.
- А Хобяка у нас кто? – спросила я, пока упырь вытаскивал из колыбельки Миленку. Та так обрадовалась, что я ревниво зыркнула на деда!
- Хобяка – это бес! Он мельницу крутил! Я его еще в молодости приманил сюда! Вместо Фуфлика! - заметил упырь, пока Миленка сидела у него на коленках.
- Понятно! – согласилась я, хотя мне почти ничего понятно не было. При слове «фуфлик» сразу представилось что-то пушистое и милое. А хобяка – это что-то толстенькое, мохнатое, как попка кота. И ходить должно вразвалочку.
- Вот тебе! – произнес упырь, а в его руках висела обмякшая курица. – В деревне задушил. Сготовь!
- А ты будешь? – спросила я, глядя на упыря и курицу. Неожиданно! Домовой охнул, сполз с печки и потащил курицу к горшкам.
- Не, я бабкой отужинал! – махнул рукой упырь. – Той, которая у меня курицу отбивала!
- Тетенька! Дай работу! – ныли бесы, танцуя вокруг меня.
- А я говорил отнести их подальше, пока не поздно! – ворчал упырь. – А ну марш листья на осине считать! А ты - воду в решете носить! А ты веревки из песка вить!
Бесы переглянулись и исчезли.
- Вот, - вздохнул упырь. – Теперь им работы хватит. С бесами построже надо! А то распоясались!
- Ну, с бесами я уже почти научилась управляться! – заметила я, вспоминая властелина зла, расчесывающего съеденные комарами ноги.
- Ну значит, с Хобякой тоже управишься! Он тут за главного! – произнес упырь. - Сладишь с ним, будет мельница работать! 
- А где мне найти Хобяку? – спросила я, кажется, подозревая, где. Но спросить не помешало бы! 
- На мельнице! – кивнул упырь, пока домовой с укором общипывал курицу и пытался ее приготовить, глядя на нас таким взглядом, каким смотрит мама, когда моет полы.
- Сидите, сидите, - бухтел домовой. – Помочь некому! Все сам! Все сам! Как будто мне оно больше всего надо!
- Давай я помогу! – предложила я, решив перед встречей с Хобякой подкрепиться.
- Руки убери! – зашипел домовой по - кошачьи. – Не умеешь – руки не суй! Сядь обратно на лавку! Ой, все сам! Все сам! Никто не поможет!
-Да не слушай его! Он завсегда такой был! Тебе нужно на мельницу, - кивнул мельник. – А там и он! Только смотри! Осторожней будь! Я тебе оберег дам! Может, и признает тебя Хобяка.
 
Упырь сунул руку себе под грязную рубаху и достал какой-то прутик.
- На! На себя надень! Авось помнит про старые договоренности! – протянул мельник палку мне. Я взяла ее и завязала у себя на шее. Так, теперь мне предстоит идти на мельницу! Страшновато, если честно!
Я вышла за дверь, слыша, с каким душераздирающим скрипом вращаются лопасти. Дверь, которую добрые люди измазали дегтем, чуток просела и даже заросла. Мне пришлось дергать ее, что есть силы.
Внутри было темно. Лишь в щели проникало что-то похожее на лунный свет. И вообще! Вся эта конструкция, высотой в трехэтажный дом, доверия не внушала!
- Уважаемый, Хобяка! – прокашлялась я, решив на всякий случай не отходить далеко от двери. – У вас есть минутка, чтобы поговорить? 
  
Глава двадцать шестая
 
Я прислушалась. Не то скрип старой мельницы, не то звук, словно кто-то ворочается. Тревожный такой звук. Нехороший.
- Хобяка?! – робко позвала я, выглядывая таинственного обитателя мельницы в полумраке. Немного осмелев, я стала подниматься по лестнице. И правда! Мельница крутилась. Огромные жернова перетирались друг об друга с неприятным шелестом. В воздухе было пыльно, а на губах оседала мука.
- Уважаемый или уважаемая, нужное подчеркнуть, Хобяка! – снова произнесла я, решив быть вежливой. – Вы бы не могли откликнуться?!
Я поднималась по шаткой деревянной лестнице, заранее пытаясь представить себе незабываемую встречу.
- Здесь есть кто-нибудь? - спросила я, насторожено. Сжатая попа не советовала расслабляться!
Я поднялась вверх, глядя на мудреный механизм.
Позади меня послышался шум.
- Хобяка? – обернулась я, и остолбенела, отчаянно моргая.
- А ты кто такая? – басом произнес Хобяка, пока я смотрела на него снизу вверх.
Ростом Хобяка был с крупного мужика. Не в пример моим маленьким бисам. Я могла бы предположить, что для вращения мельницы нужны внушительные бицепсы и трицепсы, но что-то даже не задумывалась! А зря. На Хобяке была серая драная рубаха с закатанными рукавами и обрывки штанов. Огромные копыта были припорошены мукой. Сам Хобяка был лохмат и черен. Огромный коровий хвост перекатывался за его могучей спиной. Среди гривы горели две злобные узкие глазные щели, а венчали все это безобразие коровьи рога. Причем левый рог был обломан.
Я тут же сделала вывод. Обидеть Хобяку может каждый. Но не каждый может убежать!
В целом Хобяка смотрел на меня так, словно я пришла просить у него деньги на алкоголь. А выглядел так, словно деньги на алкоголь нужны были ему самому!
- Здравствуйте! – заикаясь от собственной вежливости, поздоровалась я. – Вы и есть Хобяка?
- А че надо? - недружелюбно поинтересовался Хобяка, разминая огромные волосатые ручища, словно ломает чью-то шею.
- Меня зовут Анастасия! Я хочу с вами поговорить по поводу работы! – начала я, протягивая руку. – У меня к вам очень деловое предложение!
- Пошла вон! – усмехнулся Хобяка, а доски под ним затрещали. – Пр-р-рочь с моей мельницы!
- Вообще-то, мельница моя, - заметила я, глядя на этого рогатого увальня. – И я хотела поговорить по поводу работы!
- По поводу работы? – произнес Хобяка. – А ты че умеешь делать?
- Погодите! – заулыбалась я, чтобы сгладить неловкость момента. –Я вам хочу предложить работу! Мне нужно, чтобы мельница снова молола! 
«А представь, что его взяли вот таким вот крошечным, размером с кошку! А он здесь вон как накачался!», - пронеслась шальная мысль.
- Языком молоть ты горазда! – заметил Хобяка, протягивая ко мне ручищу с целью ухватить. – Ты кто вообще такая?
- Я – дочка мельника! – отозвалась я, ловко уворачиваясь от огромной лапы. – Итак, я предлагаю вам пятидневную рабочую неделю! Два выходных! Суббота и воскресенье! С восьми ноль-ноль и до шести! Но с перерывом на обед! Можно с часу до двух! Оплата – сдельно премиальная! Два раза в месяц! Ну, и аванс, разумеется! Так как? Вы согласны?