Печать бездны (СИ)

— Ой! — испуганно ойкнул тихий голосок. — А он тут не один.
Я максимально расслабила тело, пусть считают, что меня тоже усыпили заодно.
Меня рассматривали. Чужие взгляды жгли тело. Никогда не замечала за собой такой чувствительности.
— А она ничего! — комментарий отдавал привкусом похоти и предвкушения. — Может развлечемся?
— Не стоит! Не зря же их вместе усыпили. Нам этого не простят.
— Да она даже ничего не почувствует, — кто-то демонстративно поднял мою руку и отпустил. Рука безвольно шлепнулась на грудь Анджею. — Ей не жалко, а нам доставит удовольствие!
— Мы всё потом вернём как было! — хохотнул еще кто-то. — Сказку про Спящую Красавицу помнишь? Вот, считай, у нас своя такая же появилась во временном пользовании.
— Я в этом участвовать не буду и пойду позову кого-то из старших, пока вы не наделали глупостей! Вас ничему история с Красом не научила? Прежде чем распускать язык и руки, нужно просчитать последствия!
Дверь камеры скрипнула, выпуская одного из неизвестных. Судя по голосам, оставалось трое.
— Я… Я тоже не буду… Не могу… — мямлил еще один. — Ярош, погоди! Я с тобой!
«Еще минус один».
Оставалось два неизвестных. Не самый плохой расклад, можно и побрыкаться, пока не подоспеет помощь. Меня попытались вынуть за руки и за ноги из простенка между стеной и дощатым настилом. Я максимально обмякла.
— Вот чертова девка! Анджей мешается. Никак не вынуть её оттуда.
Меня отпустили, зато Анджея не церемонясь столкнули на каменный пол.
— Надо поторопиться, а то чего доброго Ярош и правда приведет кого-то и обломает весь кайф. — Чьи-то руки жадно гуляли по моему телу. Как же хорошо, что я оделась максимально неброско, в джинсы и водолазку под горло. Пора Спящей красавице проснуться. Я дернулась всем телом и открыла глаза.
— Какого демона? Вы кто такие? — рявкнула в тишине камеры.
Парни дернулись от неожиданности, но руки не убрали. А вот это уже было откровенно хреново. Значит, не остановятся, даже если жертва пришла в себя. Первым сориентировался владелец нахального голоса, заламывая мне руки над головой.
— Ноги держи! Это ничего не меняет!
Я что есть силы лягнула ногами второго и, кажется, даже попала в нос, отчетливо услышав хруст.
— Ах ты ж сука! — заревел он, накидывая на ноги какую-то тряпку и не давая лягаться.
Я не сдавалась, брыкаясь и крича что есть силы. В какой-то момент мне даже удалось слететь с лавки на пол. Меня отпустили лишь на мгновение, чтобы тут же ударить с ноги по голове. Первый удар я еще успела принять, закрывшись руками, а вот второй пришелся носком ботинка прямо в грудь. Из меня весь дух выбило. По телу растекалась дикая боль, будто в меня без анестезии вкручивали раскаленный винт, всё глубже и глубже во внутренности. В глазах плыли круги от нехватки кислорода. Я судорожно хрипела, пытаясь втолкнуть в легкие воздух. На груди растекалось кровавое пятно. Кажется, удар пришелся по шву, и он разошелся.
Два малолетних ублюдка, воспользовавшись моим состоянием, уже скрутили мне запястья ремнём и примотали руки к металлической решетке. Вот только мне было уже всё равно. По телу медленно и неотвратимо растекалась адская боль. По венам волнами накатывал жидкий огонь, выжигая клетка за клеткой всё живое, уничтожая всё, чем я была когда-то. Глаза заволокло белой пеленой. Сознание медленно угасало. Из последних сил я цеплялась за реальность, наивно ожидая спасения, но так бывает только в сказках. Моя же сказка страшная.
Я попыталась сфокусировать взгляд на лежащем лицом ко мне Анджее. В агонизирующем мозгу билась мысль, но я не могла ухватить ее за кончик. Взгляд шарил по полу камеры и вдруг наткнулся на шприц.
Шприц! Разбудит! Шприц! Спасение!
Как сквозь вату почувствовала удар по лицу.
— Не смей подыхать, сука! Мы еще даже не оприходовали тебя! — следующий удар пришелся кулаком в грудину. Я заорала, почувствовав себя бабочкой, проткнутой насквозь. Крик боли захлебнулся кровью, подарив малюсенький глоток воздуха. Мозг прожгло тонкой иглой, перемалывая все ощущения в фарш.
 
«Шприц! Анджей! Шприц! Анджей!» — билось на последнем издыхании в моем мозгу.
Всё что я могла сделать — это смотреть на этот демонов шприц. Меня трясло и ломало, выкручивало, кровь толчками била из раны на груди. Я уже не слышала и не чувствовала, что делали эти ублюдки. Боль полностью затопила сознание, и в пламени агонии я кинула последний взгляд на шприц, яростно пожелав воткнуть его в Анджея. Как в замедленной съемке затухающим сознанием заметила, как шприц одним рывком преодолел метровое расстояние и воткнулся в открытое горло Анджея. И наступила тьма.
***
Анджей
Тьма не хотела выпускать из своих объятий, липкий кошмар обволакивал, мешая открыть глаза. Хрипы, крики, кровь, удары. Я медленно открыл глаза, пытаясь сообразить, где нахожусь. Полумрак, каменный пол, решетки. Какая-то возня в углу.
«Что за черт!»
Я медленно поднимался, тело не слушалось, что-то болталось на горле, смахнув это что-то, увидел шприц. Постепенно возрастающая чувствительность подарила ясность зрению, и я увидел, что в углу камеры пара дедовских подопечных пытаются стянуть с девчонки джинсы, переругиваясь и периодически отвешивая ей затрещины. Девушка хрипела, ничего не соображая, и билась в конвульсиях. На груди зияла открытая рана сантиметров двадцать в длину, из которой толчками била алая кровь вперемешку с черными сгустками и ошметками тканей.
В мозгу что-то щелкнуло и меня переклинило. Происходящее дальше было за гранью сознания на чистых инстинктах. Метнувшись к ублюдкам, расшвырял их в разные стороны. Тела с глухим хрустом впечатались в каменные стены, оседая под силой тяжести на пол.
Попытался поднять девочку на руки, но мешались кожаные ремни, обмотанные вокруг решетки и глубоко впившиеся ей в кожу. Рыкнул, совершив частичный оборот. Одна рука превратилась в угольно-черную звериную лапу с полуметровыми когтями-лезвиями, которые одним ударом не только разрезали ремни, но и снесли кусок металлической решетки. Взяв Зверя под контроль, перехватил девушку поудобней и понесся подземными коридорами, на ходу отмечая, что нахожусь в родном поместье, где-то на уровне казематов. Поднимаясь этаж за этажом, отметил необычайную пустоту и гулкое эхо. Вывод напрашивался только один — ритуальные бои уже начались.
«Но тогда какого демона я еще живой? Чтобы занять мое место, меня должны были убить!»
Выбивая плечом последнюю дверь между подземными этажами и собственно самим поместьем, машинально отметил, что родовой перстень отсутствует. Отодвинув на время все размышления про бои, мозг метался в поисках спасения для девчонки. Та уже перестала дергаться и подозрительно затихла. Кровь не останавливалась, оставляя за нами заметную дорожку.
До Шиаса я не успею её донести, да и не поможет. Все сейчас на боях. Что же делать? Тут в памяти вспыхнуло воспоминание о подарке на самый чёрный день от Аннэ. Надеюсь, что он сможет помочь, потому как я больше не знал, что ещё можно предпринять. Забегая на второй этаж прыжками через две ступеньки, я вломился в свои покои.
Осторожно уложил девушку в огромную ванну из белого мрамора. Открыл холодную воду. Ванна преступно медленно заполнялась водой. Поднёс пальцы к шее девушки, пульс едва прослеживался. Только тут заметил, что, кажется, где-то видел ее в поместье Регул.
«Твою мать! Еще с Регулами мне проблем не хватало!»
Метнулся к собственным вещам, перерывая всё в поиске маленького чёрного мешочка на завязках. Говорили же мне, всегда носить его с собой, но все крепки задним умом. Мешочек нашелся, сиротливо лежа на прикроватной тумбе. В ванную комнату забегал с дрожащими руками и верой в чудо по имени Аннэ. Девушка сползла по бортику ванны и лежала по шею в кроваво-красной воде. Холодная вода немного приостановила кровотечение, но я не хотел даже думать, сколько крови уже потеряно. Серый порошок пылью высыпался в воду, при соприкосновении выдавая шипение. Цвет воды изменился с ярко-алого на болотно-бурый. На поверхности стали собираться сперва мелкие кляксы, а затем все большие, затягивая общей пеленой поверхность воды и облепляя второй кожей тело девушки. Рана перестала кровить, но на землистом цвете лица и едва заметном дыхании это никак не отразилось. Ей срочно нужна была помощь.