Печать бездны (СИ)

— Хозяйка, прикажи! Мы все сделаем! — услышала мысленный посыл сэтишей.
— Да делайте что угодно, лишь бы он сдох уже наконец! — устало дала карт-бланш своим змейкам.
Зверь отчаянно верещал, когда в его раскрытую рану кинулись разноцветные ленты сэтишей, выжирая сантиметр за сантиметром внутренние органы. Чавкающий звук пожирания сменился подвыванием червя и гулким ударом здоровенной туши на песок арены.
— Спасибо, хозяйка! Было невкусно, но много. — Я почувствовала, как ленты ласково трутся о мои руки прощаясь и исчезают в неизвестном направлении. Пришлось опуститься на колени, чтобы попробовать очистить кожу от слизи песком. Глаза жгло даже сквозь плотно закрытые веки. Защитный контур опал с мелодичным звоном, а я всё не могла встать с песка. Меня мутило. Слизь воняла просто отвратительно.
— Наша первая встреча мне нравилась больше, — с ухмылкой произнёс такой родной голос, который я уже и не надеялась услышать.
Медленно в неверии повернула голову на звук. Этого просто не может быть. Ему просто нечего здесь делать. Это галлюцинации от слизи, убеждала я себя. Но прикинуться ветошью мне не дали.
— Дорогая, я конечно всё понимаю, но стоять на коленях рядом с трупом: а) не эстетично; б) не гигиенично; и в) всё равно что сразу признаваться в убийстве. Поэтому давай-ка вставай, быстро забирай свою подругу, которая отдыхает на лавочке у выхода, а я пока тут приберусь, чтоб не возникло лишних вопросов. И чем быстрее вы отсюда исчезнете, тем будет лучше.
Я в шоковом состоянии слушала голос пропавшего год назад жениха, который, как ни в чём не бывало, поднимал меня на ноги и обтирал от слизи мое лицо, как оказалось, своей футболкой, щеголяя при этом голым торсом. Глаза все еще слезились, но зрение по чуть-чуть восстанавливалось. Завершив с очисткой, он развернул меня в направлении выхода и шлепнул по ягодицам, придавая ускорение.
Весь абсурд происходящего дошёл до меня не сразу. Анджей. В средоточии Мглы. И ему хоть бы хны, даже не морщится. Я даже прошла пару шагов в заданном направлении, но вовремя развернулась и с абсолютно влюблённым лицом врезала бывшему жениху в нос. Да так, что почувствовала хруст переносицы.
Анджей смотрел на меня с улыбкой, в то время как струйка крови стекала по подбородку.
— А почему это Мгла не заживляет? — с издёвкой уточнила.
— Всё, что заслужено, остаётся с нами, — криво усмехнулась моя несчастная любовь.
— Прелесть, никогда не была религиозна, но ваши Боги всё больше мне импонируют, — на моём лице заиграла кровожадная улыбка.
Ещё шаг к Анджею, и наши тела находятся так близко, что я чувствую запах его парфюма, а он наверняка ароматы убитого червяка. Прикладываю ладони к его талии, несмело, не веря, что он реальный. Пальцы едва касаются, гладят кубики пресса, мощную грудь. Руки подрагивают, и я не могу ничего с этим поделать. Год прошел, как я последний раз ощущала такое родное тепло. Вдруг он опять исчезнет? Ладони медленно поднимаются к шее, обвивают её. Такой любимый, смотрит, не пытается обнять, но взгляд добрый и смеющийся, в глазах прыгают чертики. Губы чуть приоткрыты, языком слизывает кровь из разбитого носа и ждёт. Не отталкивает, но и не провоцирует, снова дает вспомнить себя, привыкнуть. Утыкаюсь носом ему в шею и глубоко вдыхаю, заполняя себя его запахом, будто и не было года разлуки.
— Это тебе за год молчания, — резко бью коленом в пах и слышу протяжный стон, — а это — за непристойные предложения от деда, — резко сгибаю руки в локтях, наклоняя его голову ниже, и бью коленом в уже сломанный нос. Отхожу на пару шагов, любуясь делом рук своих.
— Я конечно понимал, что встреча будет жаркой, — хмыкнул Анджей, сплевывая кровь из разбитой губы и носа, — но предполагал несколько иной вектор прикосновений.
Парень стоял согнувшись, упираясь руками в колени и пытаясь прийти в себя, но улыбаться не переставал.
— Да пошёл ты! Пропал на год, подослал деда извращенца, а потом появился как ни в чем не бывало? Спаситель безднов!
Я злилась, адреналин, выплеснутый в кровь во время боя в Круге Чести, ещё бурлил, требуя наказать засранца. Но глубоко внутри какая-то слабовольная часть меня хотела услышать объяснения. Ведь день за днем я придумывала ему оправдания, не желая признавать тот факт, что всё кончено.
 
Анджей поднял руки вверх, демонстрируя мирные намерения.
— У меня были на то причины! Я всё объясню, но не сейчас. Клянусь! — он был предельно серьезен. Кожа мерцала серебристым цветом, подтверждая клятву силой. А затем рука стремительно метнулась к моей шее, и мир померк.
***
В себя пришла в регенерационной капсуле. Лиза, как оказалось, лежала в соседней. Стоило Шиасу подтвердить, что мы в норме, и нас передали на руки Инису и Кассиусу. Василиски не сказали нам ни слова. Мы с Лизой чувствовали себя неуютно. Судя по тому, с какими лицами пристроилась за нашими спинами охрана Лизы, нам несдобровать. Шаги отдавались гулким эхом в пустых холлах. Вроде бы накануне боёв василисков должно было стать больше, но нам не встретилось ни одно новое лицо. Дверь кабинета гулко захлопнулась, отсекая наши малодушные мысли о побеге. Хватит, набегались уже.
Кассиус обречённо махнул рукой в сторону двух рядом стоящих стульев, предлагая присесть. Мы молча послушались. Василиск плеснул в два стакана виски и поставил один из стаканов перед Инисом. Безопасник отпил глоток, в тишине изучая столешницу невидящим взглядом. Молчание осязаемо давило на нервы.
— Уж лучше бы орали, чем так молчать, — под нос буркнула Лиза.
Кассиус сел рядом с Инисом и сверлил нас взглядом.
— Ведьма — это же сокращение от «ведающая матерь»? — уточнил он.
Мы несмело кивнули.
— Так какого безднового отродья вы неведомо что творите? — Кассиус «ласково» на нас смотрел, а стакан в его руке покрылся сеточкой трещин.
Мы вздрогнули от хруста стекла, а Кассиус опомнился и отставил стакан в сторону.
— Девушки, для понимания ситуации перечислю факты. Пару часов назад вы найдены без сознания у входа в Лабиринт со стороны поместья Регул. Марьям при этом как в кислоту окунули. За час до этого был сигнал призыва божественного правосудия в Круге Чести. А еще часом ранее Елизавета отправилась в гости в поместье Сэхти.
Вы, между прочим, не с улицы пришли. Обе, считай, наследные принцессы в своих Осколках, и если с вами что-то случится, то все ведьмы Междумирья нас придут раскатывать в тонкий блин. Но и это ещё пол беды, вторая половина — это то, что Лиза — официальная партнёрша Анеса, а ты… — Кассиус шумно выдохнул, — ты — вообще бомба замедленного действия с симбионтом Хаоса внутри! Вот и скажите мне, барышни, что я должен был подумать, увидев вас распластанными на земле и без сознания? Молчите? Правильно! Потому что у меня сейчас ой как чешутся руки не просто приставить к вам охрану, которая вообще никак не останавливает вас от необдуманных поступков, но и посадить под замок. Так что соберитесь с мыслями и ответьте мне на следующие вопросы: зачем вы вообще отправились в Лабиринт; кто из вас двоих дрался в Круге Чести; и как вы смогли открыть вход и выход в средоточие Мглы, не имея крови василисков? Отвечать прошу честно, коротко и по существу, а иначе, клянусь Мглой и Хаосом, я посажу вас под магический арест, пока мы не переживем ритуальные бои.
Начинайте!
Мы с Лизой переглянулись. Похоже мы основательно вывели из себя обычно спокойного Кассиуса, а значит придётся говорить всё как есть.
— В Круге Чести дралась я, — вызвала огонь недовольства на себя. Лизу и так сегодня эмоционально перекорежило от пережитого. — Убила какое-то существо, отдалённо напоминающее одноглазого червяка с акульей пастью и одной клешней. Повод — обвинение в убийстве ведьмы из Черноземья, Эльжбеты Яворницкой, кровницы Елизаветы.
Вызову предшествовала агрессия и попытка сексуального насилия со стороны группы лиц по предварительному сговору. Группа лиц включала в себя порядка двадцати человек, их главарь и вышел в Круг, предварительно косвенно признав вину, что и подтвердила активация Круга.