Печать бездны (СИ)
— Пап, ты не сердишься? — тихо пробормотала дочь.
— Малышка, конечно же нет. Как я могу сердиться… Это не укладывается в моей голове, ведь ты слишком быстро повзрослела… Но я не сержусь. Скорее расстроен, что ты не поделилась сразу про оборот.
— Она боялась тебя разочаровать, ведь она и так дочь, вместо вожделенного наследника рода, а тут ещё и нага. — Холодный голос жены отрезвил моментально.
Права была Арисса, выговаривая мне за невнимательность. Я слишком отложил дела семьи в долгий ящик. Думал, что у меня в запасе ещё годы, а оказалось, что весь свой запас я профукал, чуть было не потеряв жену и дочь. Теперь придётся срочно исправляться.
— Лис, ты сделала мне лучший в мире подарок — родила дочь! Мелисса — моя наследница, кровь от крови Сэхти, Мгла её принимает, родовые клинки признали её хозяйкой, и любого, кто попробует утверждать обратное, я заставлю умыться кровью.
Я смотрел на своих любимых женщин, Алиса всё ещё хмурилась недоверчиво, Мел сияла от радости и не могла усидеть на месте.
— Пап, так ты разрешишь мне учиться? Я хочу, как вы, боевую подготовку, владение холодным оружием, магию хочу попробовать. Марьям говорит, что по маме я могу оказаться магом. Мы же сможем у бабушки проверить, да? Ты же не будешь запрещать? — вопросы сыпались градом, глаза дочери светились такой надеждой, что отказать не было никакой возможности.
— Милая, не всё сразу. Но мой ответ — однозначно да. Мы ещё утром…кхм…договорились с дядей Кассиусом о пересмотре твоей программы обучения, но потом случился форс-мажор, и всё пошло наперекосяк.
Мелисса завизжала от радости и бросилась обнимать нас с Лис по очереди, повторяя, что у неё самые лучшие родители. Мы невольно рассмеялись.
— А вы не расскажете мне, кто умудрился вскрыть самый защищённый кабинет всея Мглы? — грозно сдвинув брови, обратился к своим женщинам. Марьям сразу жестами открестилась от подобных подвигов.
— Ну, допустим, мы, — с улыбкой отозвалась Алиса. — И нечего так на нас смотреть, мы всё вернули как было. Все грешки остались под той же защитой, мы позаимствовали только клинки.
— Я потом уточню, как вы это сделали, а пока… Есть ли ещё что-то, что я должен знать? — с нетерпением ждал ответа и заметил, что Алиса перестала улыбаться.
— Мел, детка, вы не позовёте с Марьям дядю Кассиуса и дядю Шиаса на ужин? Они, кажется, где-то в медблоке остались.
Мелисса недоуменно переводила взгляд с меня на мать, но не посмела ослушаться. Понимая, что разговор все же не для её ушей, и не для ушей Марьям. Сумеречная ведьма ободряюще улыбнулась дочери и вывела её из гостиной, оставив нас с женой наедине.
Я пересел на кушетку и обнял своё самое ценное счастье, свою любимую женщину. Её слегка потряхивало, руки дрожали. Прижав к себе покрепче, прошептал в макушку:
— Что бы не случилось, я всегда буду на твоей стороне и на стороне дочери. Это я с виду конченный маразматик, но я люблю вас больше жизни и все сделаю для вас.
Я молчал, вдыхая такой родной запах. Волосы Лис пахли акацией. Кажется, она успокоилась и немного расслабилась в объятиях. Как ночью, когда я обнимаю её, прогоняя кошмары. И будто услышав мои мысли Алиса заговорила.
— Спасибо тебе, что каждую ночь приходишь. Я чувствую, как ты обнимаешь меня, и только тогда могу позволить себе несколько часов спокойного сна.
— Ты не спрашивала у Ариссы, может есть маги сна или гипноза, чтобы избавить тебя от этого? — осторожно уточнил про больной вопрос для жены.
— Они не помогут, — обречено прошептала супруга, — потому что это не кошмары.
Она вынула стопку небольших карандашных набросков и передала мне.
— Это примерные портреты ведьм, которых пытали и убили за последний год. Я всё это видела по ночам.
Ошарашенно просматривал и пересчитывал наброски, двадцать две ведьмы. За период чуть больше года. Неужели никто не спохватился? Так не бывает. В Осколках уже били бы тревогу. Но двадцать две смерти? А Лис продолжила:
— Вначале я не была уверена, что это не кошмары. И просто ждала, когда всё закончится. Потом начала зарисовывать портреты, отправляла Ариссе, чтобы она по узнавала у себя и в Черноземье. У Сумеречных все живы, у Черноземных одна пропажа. Дальше искать по Осколкам не рискнула, чтобы не привлечь внимание Конвентов.
— Что за пометки на портретах? — поинтересовался, увидев галочки на уголках некоторых рисунков.
— Это подтверждённые пропавшие без вести на Земле. Работал частный детектив.
Таких было две трети. Боги, почему же Алиса сразу ко мне не обратилась? Неужели мы настолько отдалились, что по такому вопросу она пришла ко мне через год? Хотелось злиться, рвать и метать, крушить всё вокруг. Но эти эмоции были направлены на себя. Права была Арисса. Я так сильно погряз в работе, что отодвинул семью на второе место. «У них всё есть», так, кажется, я сказал Нарьяне. Всё, кроме любящего отца и мужа. Я старался задавить в себе эмоции, главное не спугнуть момент откровенности и не разрушить тот хрупкий мостик, который жена и дочь решились построить в мою сторону.
— Лис, ты же знаешь, я помогу, подниму все связи, и мы найдём виновного. Ты снова сможешь спокойно спать по ночам.
— И ты перестанешь приходить ко мне, — грустно вздохнула жена.
— Не перестану, — прошептал в макушку. — Обещаю.
Я теснее прижимал к себе своё сокровище. Так хорошо было просто сидеть в обнимку, как раньше, до рождения дочери. Зверь урчал и нежился в волнах любви и нежности, исходящих от жены. Она несмело поглаживала своими пальчиками мою ладонь.
— Это ещё не всё, любимый, — голос был слегка хриплым, она прочистила горло и продолжила, — сегодня я увидела возможную двадцать третью жертву. И это наша Мел.
Я замер. Мышцы окаменели, зверь угрожающе зарычал. Бездна, да что ж такое! Наша любимая девочка?
— Лис, я не отпущу дочь в Долину, пока не найду этого ублюдка. Здесь безопасно.
— Инис, её здесь в лабиринте чуть не убил Аспид, — Алиса на эмоциях стала повышать голос. — Я уже не знаю, где ей будет безопасно. Но и посадить её под замок тоже не выйдет, она подросток. Сбежит.
— Она хотела изменений в программе обучения? Будут ей изменения. — Я гладил жену по плечам, непонятно кого больше успокаивая, себя или её. — После каждого дня будет приходить и падать, чтоб времени на глупости не хватало. Я усилю охрану, попрошу Кассиуса лично её гонять, чтобы она всегда была на виду. И ещё пороюсь в родовых артефактах, там должно быть что-то этакое, что сможет защитить её на самый крайний случай.
***
Кассиус
Мы шли в зал с реанимационными капсулами. Ранее он всё чаще пустовал, сейчас день ото дня пополнялся пациентами. Такая тенденция не могла не настораживать. О картине горелого апокалипсиса напоминал лишь выплавленный след тела в камне у капсулы Елизаветы.
Почему везде, где появляются ведьмы, начинается какой-то бедлам? Они сеют вокруг себя Хаос и разрушения, так что ещё не понятно, кому Хаос действительно покровительствует. Молчание становилось невыносимым.
— Шиас, не томи. Что-то случилось с Анесом?
— Плохо всё, Кассиус. Плохо. У него организм даже не в коме. Ни одна из систем не функционирует самостоятельно. Кровь за него качает капсула, дышит капсула, выделительная система вообще в спячке. И так везде! Представь себе недоразвитого ребёнка после преждевременных родов, где половина систем не сформировалась до конца, а вторая половина — ещё не может работать как надо. Вот это сейчас представляет собой Анес.
— Но он же выглядел нормальным, когда мы его вынесли из лабиринта, ну лысенький разве что. — Я не мог понять, как так. Мгла же всегда защищает своих детей.
Шиас разочарованно покачал головой.
— Можно залечить раны, можно отрастить конечности, но я сомневаюсь, чтобы кому-то заново вырастили весь организм, Кассиус. Весь! Даже мозг! Ты не сравнивай. По сути, то, что сотворил Источник, уже величайшее чудо! Анесу предстоит длительная реабилитация, пока мы сможем отладить работу всех органов и систем. Сколько она займет, я не берусь даже предположить.