Замок пепельной розы (СИ)
— Вы знали моего отца?
— Как же, как же… имел честь. Он приезжал ко мне два года назад. Судя по всему, как раз, когда мой внук гостил у вас дома. Дорн тоже заезжал ко мне на обратном пути, я ещё поразился, кому это удалось заставить его прервать затворничество и даже — неслыханное дело! — выбраться на бал. А теперь, кажется, понимаю.
Я была поражена. Да так, что последние слова герцога пропустила мимо ушей.
— Отец приезжал к вам? Как? Зачем?!
Это известие застигло меня врасплох. Значит, не только необходимость увидеть короля погнала отца в столицу в тот вечер? Когда он буквально заставил Дорна остаться у нас дома… Выходит, пользуясь случаем, папа решил ещё и разузнать что-то о своём неожиданном госте. Но с чего вдруг такая подозрительность? И какую именно информацию он надеялся вытащить из старика?
— Зачем приезжал? За тем же, зачем и ты, полагаю. Расспрашивал о моём внуке. Но я ничего интересного ему не сказал. Видишь ли, девочка… Внук взял с меня слово, что я никому не буду ничего о нём рассказывать. Вообще ничего. Дорн крайне не любит, когда за его спиной о нём языками чешут. А он у меня мальчик с характером. Но ты, судя по тому, как щёчки алеют, и так это уже знаешь. И тем более, я не могу сказать тебе, где находится Тедервин.
Он вдруг посмотрел на меня как-то хитро.
— Кстати, я вообще удивлён, что ты знаешь это название. Я-то сам сбежал из отчего дома сломя голову, как только мне исполнилось пятнадцать. Родители так и не смогли заставить меня похоронить юность в этом склепе. Но вот сына моего, отца Дорна, они смогли подмять под себя. И внук, как ни артачился поначалу, тоже вынужден был пойти по той же стезе. Мне кажется, я — единственный Морриган за много веков, кто смог выбрать… хм-хм… радость жизни.
Узкие старческие губы тронула мимолётная улыбка. Старик мазнул взглядом по сцене, где очередная стайка балеринок выделывала па.
Если он решил ничего мне не рассказывать — то что это было только что? И вроде, ничего толком не выдал, а в то же время раззадорил нетерпение побывать в Тедервин ещё больше. Или… на это и расчёт?! Вот же вредный старикашка.
Я нервно комкала носовой платок.
— Но мне правда — очень сильно нужно попасть в Тедервин! И поговорить с Дорном… то есть, простите, с Его сиятельством.
Улыбка герцога стала шире. А у меня в груди зародилось нехорошее предчувствие. У него был вид человека, который что-то задумал.
— Как я уже говорил, дорогуша, я не могу сказать тебе, где находится Тедервин. Слово дворянина — это не пустой звук! Но по счастью, недавно внук тоже дал мне слово. О-очень любопытное слово! Так что, глядя на тебя сейчас… я придумал кое-что интересненькое.
Он вдруг склонился вперёд и заглянул мне в глаза.
— Если, конечно, ты настолько смелая, как кажешься. У меня есть беспроигрышный вариант, как тебе попасть в Тедервин. Даже мой внук не сможет сказать слова против.
В моей голове мелькнули беспорядочные картины того, как я вскрываю тайные темницы в подвалах фамильного особняка Морриганов и выпускаю измученного брата на свободу. Я отогнала леденящие мурашки, выкинула из головы бредовые мысли и дёрнула плечом.
— Я сделаю всё, что угодно! — запальчиво проговорила я, отвечая на взгляд.
Дед удовлетворённо кивнул и снова откинулся на спинку кресла.
— Что ж, я другого ответа и не ожидал от дочки Уильяма Бульдога.
— И каков ваш план? — нетерпеливо подтолкнула я герцога, когда он замолчал на пару мгновений, о чём-то раздумывая.
— Ты ведь девица, — ответил он, бессовестно проходясь взглядом по тем местам, где было видно, что я действительно девица. Я тут же пожалела, что пришлось надеть-таки бальное платье по тётушкиному настоянию, и светло-голубой муслин с декольте гораздо более откровенным, чем я привыкла носить в будни, не оставлял возможности скрыться от наглого взгляда.
Я вздёрнула подбородок выше.
— Да, я девица, но не вижу, каким образом это относится к делу…
— Самым прямым, милочка, самым прямым! Если хочешь попасть в поместье Морриганов… ты всего лишь должна стать леди Морриган!
Что?..
Мне показалось, я ослышалась. Или дедок на старости лет всё-таки тронулся умом.
Но герцог смотрел ясным и твёрдым взглядом, без следа старческого слабоумия.
— И я дам тебе такой шанс. Надеюсь, ты его используешь.
Почему-то лишь сейчас замечаю, что взгляд у них похожий — фамильный серый, цвета грозовых туч. И в нём такое же фамильное упрямство. Судя по всему, если один из Морриганов что-то втемяшит себе в башку, с пути его уже не свернёшь. А чем дольше я слушаю, что придумал безумный старик, тем больше понимаю, что он в полном восторге от собственной идеи. Чего нельзя сказать обо мне.
Вскакиваю и с высоты смотрю на герцога, закипаю гневом и молюсь про себя только об одном — чтобы не дать этому гневу волю. Я не могу всё испортить! Я слишком долго шла к этому разговору, и это моя последняя ниточка, которая может привести к Дорну… вернее, поместью Тедервин, конечно же.
— Простите, но то, что вы предлагается — совершенно неприемлемо! — твёрдо заявляю я, как только Морриган умолкает. Он вздёргивает седую бровь — и этот жест снова до боли точно напоминает мне его внука.
— Что же такого неприемлемого в том, чтобы стать невестой самого завидного жениха Королевства ледяных островов? — посмеиваясь, спрашивает старый герцог. Он словно забавляется всей ситуацией. Да, точно! Заскучал и придумал себе развлечение!
— Вы прекрасно понимаете, о чём я! — щёки мои горят, и я наверняка жутко покраснела. Но продолжаю стоять на своём. — Весь этот план… Браки нельзя заключать вот так! Словно… словно… сделки на базаре!
— Откуда ты взялась, такое невинное дитя? Только так и заключаются браки в высшем обществе.
— Но… но… отбор невест?! Вы хотите заставить девушек участвовать в каком-то позорном состязании! Оценивать их, как… как…
Хотела сказать «как скотину на торгу», но прикусила язык. Испугалась, что это будет уже перебор. Пока ещё я веселю герцога — но мало ли, ему надоест терпеть мою дерзость, и он сочтёт разговор законченным.
Старик замолкает. И молчит целую бесконечную минуту, за которую я успеваю совершенно отчаяться. Ну вот. Кажется, я всё испортила. В груди холодеет и я жалею о собственной несдержанности. Ну подумаешь, подыграла бы богатому бездельнику в его спектакле! Моя гордость никак не поможет спасти брата.
— А вы с Дорном похожи! — изрекает, наконец, герцог, задумчиво глядя на меня, скрестив руки на груди. — С вами нельзя в лоб. Тут же начинаете упрямиться. Как скотинка, которую за верёвку тянешь к кормушке, а она упирается всеми копытами.
Ну вот. А я так старалась избежать этого сравнения.
— И ты ещё спрашиваешь, зачем мне отбор! Если я просто приведу тебя к Дорну за руку и скажу, что нашёл ему невесту, реакция будет такая же.
В смысле? Что он имеет в виду? Я совсем перестала поспевать за бредовыми мыслями противного старика.
А он встал с кресла, покряхтывая, а потом подошёл и положил мне узкую старческую ладонь на плечо, похлопал.
— Так что, милая, просто доверься моему бесценному жизненному опыту. И всё у нас будет замечательно. Вот тебе моя визитная карточка… — Он порылся в кармане мундира, а потом сунул мне в руку плотный прямоугольник белой бумаги с золотыми завитушками по углам. — Явишься ровно через две недели по этому адресу.
Я возмутилась и хотела было вернуть карточку, но он накрыл мои пальцы и сжал в кулак вместе с ней.
— Явишься, говорю — как и девять других девушек. Сегодня же объявлю в самых блистательных светских салонах Фрагонары о том, что решил устроить отбор невест для внука. И что в память о дружбе с её отцом допустил Элис Шеппард — прости, но не самую богатую и знатную невесту — до участия. И не смотри, не смотри так! Во-первых, у нас с Уильямом Бульдогом и правда были приятельские отношения в своё время. А во-вторых, ты же не хочешь, чтобы досужие сплетницы упражнялись в поисках настоящих причин того, почему именно ты вошла в столь почётный круг кандидаток?