Сказка

Я слушал внимательно, как будто от этого зависела моя жизнь. Волки, воющие снаружи, очень убедительно доказывали, что так оно и было.
12
Туалет Вуди стоял во дворе и был соединен с его спальней коротким дощатым переходом. Когда я шел по этому коридору, держа в руках фонарь (старомодный, а не коулменовский), что-то сильно стукнуло в стену. Что-то голодное, предположил я. Я как следует вычистил зубы и воспользовался туалетом, надеясь, что Радар сможет подождать с этим до утра, потому что ни за что не собирался выводить ее на улицу.
Мне не пришлось спать у камина, потому что здесь была вторая спальня. На маленькой кровати лежало покрывало с оборками, расшитое бабочками — вероятно, дело рук Доры, — а стены были выкрашены в розовый цвет. Вуди сказал, что и Лия, и Клаудия иногда пользовались этой спальней, но давно.
— Вот какими они были, — сказал он. Он осторожно протянул руку и снял с полки маленькую овальную картину в позолоченной рамке. Я увидел девочку-подростка и молодую женщину. Обе были прекрасны. Они стояли, обняв друг друга, перед фонтаном. На них были красивые платья и кружевные повязки на аккуратно уложенных волосах. У Лии был рот, который мог улыбаться, и они, безусловно, выглядели как члены королевской семьи.
Я указал на девушку.
— Такой была Лия? До того, как…
— Да, — Вуди так же осторожно поставил фотографию на место. — До того. То, что случилось с нами, произошло вскоре после того, как мы бежали из города. Просто злобный акт мести. Они были прекрасны, ты так не считаешь?
— Так и есть, — я смотрел на улыбающуюся девочку и думал, что проклятие Лии вдвое страшнее, чем слепота Вуди. — Но кто им мстил?
Он покачал головой.
— Не хочу об этом говорить. Хочу только снова увидеть эту фотографию, но желания подобны красоте — то и другое тщетно. Спи спокойно, Чарли. Ты должны отправиться в путь пораньше, если хочешь добраться до Клаудии завтра до захода солнца. Она может рассказать тебе больше. И если ты проснешься ночью — или если твоя собака разбудит тебя— не выходи на улицу. Ни за что.
— Отлично это понимаю.
— Вот и хорошо. Рад познакомиться с тобой, юный принц. Любой друг Адриана, как говорится, мой друг.
Он ушел, шагая уверенно, но с вытянутой перед собой рукой, что, должно быть, стало его второй натурой после многих лет, проведенных в темноте. Интересно, сколько их было, подумал я. Сколько времени прошло с момента возвышения Гогмагога и переворота, уничтожившего его семью? Кем или чем был этот Губитель Летучих? Как давно Лия была девочкой, способной улыбаться и принимавшей еду как должное? И вообще — были ли годы здесь такими же, как у нас?
Стивена Вудли звали Вуди — как ковбоя в «Истории игрушек» [169]. Вероятно, это просто совпадение, но я не думал, что волки и кирпичный дом тоже были совпадением. Потом он говорил про мост Румпа. Моя мать погибла на мосту через Литтл-Рампл, а парень, похожий на Румпельштильцхена, чуть не убил меня. Должен ли я был верить, что это тоже совпадения?
Радар спала рядом с моей кроватью, и теперь, когда Вуди привлек мое внимание к ее хриплому дыханию, я не мог его не слышать. Я боялся, что или это, или непрекращающийся волчий вой не дадут мне уснуть. Но я проделал долгий путь, таща за собой тележку. Я продержался недолго, мне ничего не снилось, и я очнулся только ранним утром, когда Вуди тряс меня за плечо.
— Вставай, Чарли. Я приготовил нам завтрак, и ты должен отправиться в путь, как только поешь.
13
На столе стояла миска с яичницей и другая, с жареными сосисками. Вуди съел немного, Радар чуть больше, а об остальном позаботился я.
— Я положил твои вещи в тележку Доры и добавил кое-что, что ты должен показать моей кузине, когда доберешься до нее. Чтобы она точно знала, что ты пришел от меня.
— Должно быть, она не владеет интуицией?
Он улыбнулся.
— На самом деле так и есть. Я пытался научить ее, как мог, но полагаться на такой способ связи не стоит. Есть еще то, что может тебе понадобиться позже, если твоя миссия окажется успешной и ты сможешь вернуться в свой сказочный мир.
 
— И что это? — спросил я.
— Загляни в свой рюкзак, и увидишь, — он улыбнулся, потянулся ко мне и обнял за плечи. — Может, ты и не тот принц, Чарли, но ты храбрый мальчик.
— Однажды мой принц придет [170], — вполголоса пропел я.
Он улыбнулся, морщины на его лице разгладились.
— Адриан знал эту же песню. Он сказал, что это из фильма, в котором рассказывается сказка.
— «Белоснежка и семь гномов».
Вуди кивнул.
— Еще он сказал, что настоящая сказка была намного мрачнее.
«Как и все они», — подумал я.
— Спасибо вам за все. Позаботьтесь о себе. И о Катрионе.
— Мы заботимся друг о друге. Запомнил то, что я говорил?
— Думаю, да.
— А самое важное?
— Следовать за метками мистера Боудича, вести себя тихо и убраться из города до темноты. Из-за ночных солдат.
— Ты веришь тому, что я тебе о них рассказывал, Чарли? Лучше поверь, потому что иначе у тебя может возникнуть соблазн задержаться там, если ты не доберешься вовремя до солнечных часов.
— Вы сказали, что Хана — великанша, а ночные солдаты — нежить.
— Да, но поверил ли ты в это?
Я подумал о громадных тараканах и кроликах. О красном сверчке размером с Катриону. О Доре с ее тающим лицом и Лии со шрамом вместо рта.
— Да, — сказал я. — Я верю во все это.
— Хорошо. Не забудь показать Клаудии то, что я положил в твой рюкзак.
Я посадил Радар в тележку и открыл рюкзак. Сверху, мягко поблескивая в свете очередного пасмурного дня, лежал позолоченный кулак. Я посмотрел на дверь кирпичного дома и увидел, что дверной молоток исчез. Подняв его, я удивился его весу.
— Боже мой, Вуди! Это что, чистое золото?
— Именно. На случай, если ты почувствуешь искушение пройти мимо солнечных часов в сокровищницу, помни, что у тебя есть это, чтобы добавить к тому, что Адриан взял из дворца во время своего последнего визита. Прощай, принц Чарли. Я надеюсь, тебе не нужно будет использовать оружие Адриана, но, если придется, не медли.
  
Глава шестнадцатая
 
Королевская дорога. Клаудия. Инструкции. Многошум. Монархи
 
1
Мы с Радар подошли к развилке, где стоял знак, указывающий вправо на Королевскую дорогу. Тот, что указывал на Прибрежную дорогу, оторвался и уткнулся вниз, как будто Прибрежье кануло под землю. Радар слабо гавкнула, и я увидел мужчину и мальчика, идущих со стороны моря. Мужчина подпрыгивал на костыле, его левая нога была обмотана грязной повязкой и через каждые несколько шагов касалась земли. Мне было интересно, как далеко он сможет уйти на одной ноге. Мальчик ничем не мог ему помочь; он был еще маленьким и тащил их пожитки в мешке, который перекладывал из руки в руку, а иногда просто волок по дороге. Остановившись у развилки, они смотрели, как я сворачиваю направо от указателя.
— Не туда, сэр! — крикнул мальчик. — Это путь в заколдованный город! — он был серым, но не настолько, как мужчина рядом с ним. Они могли быть отцом и сыном, но увидеть сходство было сложно, потому что лицо мужчины уже стало расплываться, а глаза превратились в щелки.
Мужчина толкнул его в плечо и упал бы, если бы мальчик не поддержал его.
— Оставь его в покое, оставь, — сказал мужчина. Его голос был еще ясным, но приглушенным, будто его связки обернули бумажными салфетками. Я подумал, что скоро он тоже будет хрипеть и рычать, как Дора.
Он обращался ко мне, хотя расстояние между двумя дорогами увеличивалось, и говорить во весь голос ему удавалось с трудом. Гримаса боли делала его расплывающиеся черты еще более пугающими, но он явно хотел что-то мне сказать.