Птичка по имени Авелин (СИ)

- Но я хочу! – возмущалась я.
- Всё будет, как ты пожелаешь, милая.
Да ну? Я что-то не заметила!
Но Хиро укладывал меня в постель неправильно. Наоборот. А сам он ложился так, что мои бедра оказались напротив его лица, а его член – прямо перед моими глазами.
- Ну что же ты, продолжай, – вкрадчиво мурлыкал он, разводя мои бедра и тонкими длинными пальцами поглаживая промежность.
Я послушно обхватила его член руками, осторожно касаясь его губами, исследуя и лаская. Он проникал пальцами между чуть влажных складочек, раздвигая их и внимательно разглядывая. Боже, что же он делает? Я краснела, пытаясь сдвинуть ноги.
- Ты рассматриваешь меня, я рассматриваю тебя, всё честно, – серьезно сообщил мне ниххонец. – Или ты передумала? Или разучилась?  
Это был вызов, который я не могла не принять. Я смела надеяться, что в любовных играх я довольно опытна. Несмотря на кучу недостатков, в этом деле Ральф был хорошим учителем.
Я обхватила его член губами, вбирая все глубже, до самого горла, посасывая и двигая языком. Глухой стон Хиро подсказал, что я явно не разучилась доставлять удовольствие мужчине. Он же, помогая пальцами, прильнул ртом к моей промежности, дразня меня языком. Я невольно выгнулась и застонала, едва не подавившись членом. Он от моих судорожных движений тоже вздрагивал и замирал. Это было странно и увлекательно: мы стремились доставить как можно больше удовольствия друг другу, то и дело сбиваясь на стоны. Я уже не могла понять, где заканчиваются его губы и начинаются мои, где его дрожь, а где моя. Разум в этой схватке не участвовал вовсе, одни инстинкты. Чем слаще мне было, тем жаднее я скользила губами по его члену, и тем быстрее были движения его языка. Увлекшись, я покусывала его, облизывала и снова впускала в себя так глубоко, что начинала задыхаться. Он в ответ проникал языком в мое лоно, а потом ласкал клитор так, что я всхлипывала и извивалась. Когда ослепительное удовольствие накрыло меня с головой, я крепко сжала губами член, мыча, а Хиро дернулся, пытаясь ускользнуть, и запульсировал у меня во рту.
Я была потная и такая уставшая, словно долго бегала по лестницам, а не занималась любовью. Еле дыша, откидывалась на постели, облизывая саднящие губы и впитывая вкус его семени. Я считала себя опытной женщиной, но он все же сумел меня удивить. Хиро тоже вздрагивал, закрыв глаза и явно не желая шевелиться. Лишь его рука лениво скользила у меня по ноге, оставляя россыпь мурашек.
- Ты замерзла, – понял он, тут же встрепенувшись и подхватывая меня на руки. – Я сейчас наполню ванну.
- Завтра, – вяло отмахнулась я. – Не хочу даже на мгновение покидать тебя.
Он тут же натянул на нас одеяло, обхватил меня руками, закинул на меня ногу и уткнулся мне в шею. Мне так не хватало этих ночей рядом с ним! Когда всё это закончится, мы никогда больше не будем спать порознь.   
  
45. Последний бой
 
Я и сама теперь не рвалась в бой. Когда сражаются мужчины, женщинам лучше не путаться под ногами. К тому же там два моих отряда. Хиро ушел, когда я еще спала. Я была ему за это благодарна: я бы выла и падала ему в ноги, не желая отпускать. Он всё сделал правильно, только я всё равно устрою ему скандал, когда он вернется.
Я спустилась вниз, кутаясь в теплую шаль и стуча зубами. За столом в пустой и гулкой обеденной зале сидела Ада. Перед ней, сверкая перламутром, лежали два пистоля. Рядом был порох и еще какие-то штуки, которым я затруднялась найти название. Огнестрельное оружие в нашей стране не производили. За морем, знаю, оно недавно появилось. У короля было несколько пушек, были и мушкеты, но я только слышала о них и видела на картинках, а вживую – нет. Я даже не стала спрашивать, где Ада это взяла. Какая теперь разница?
- Жарко, - выдохнула герцогиня и утерла пот со лба. – Хозяин, зачем так топить? Хоть окно открой или дверь. Эва, ты как?
- Плохо, - честно призналась я.
Интересно получается, а наши с Адой дети будут одного возраста. Наверное, они подружатся. А что, если у одной из нас будет сын, а у другой – дочь? Мы сможем когда-нибудь породниться?
 
- Подожди немного, сейчас я закончу и пойдем, - буднично сказала Ада.
- Куда пойдем? – не поняла я.
- Ко дворцу.
- Зачем?
- Шатиньон пропустил войска принца. Вазиль показал ему яд, этого пока достаточно.
- Они…
- Штурмуют дворец.
- И зачем нам туда?
- Я хочу видеть это историческое событие. Не волнуйся, близко подходить не будем. Впрочем, я могу пойти и одна.
- Я с тобой, - оставаться сейчас в одиночестве было ужасно страшно. А тут хоть об Аде позабочусь в случае чего.
Ада тем временем отложила первый пистоль, покатала между пальцами серебряный шарик и принялась заряжать второе оружие. За окном неожиданно прогремел гром – это в ноябре?
- Пушки, - спокойно сказала Ада.
Я вскочила, не в силах усидеть на месте. Она поднялась тоже, деловито прикрепляя пистоли на специальные петли на поясе. Надела плащ, взяла меня за руку.
- Ты опять без перчаток.
- К черту перчатки, - простонала я, а мой голос заглушил еще один гром.
- Будет жарко, - бормотала Ада, буквально таща меня за собой. – Наших больше, намного больше. Но у гвардейцев мушкеты и пистоли. Люциус привез их из-за моря. Он хотел вооружить ими всех своих солдат, но не успел запустить в производство, да и не удивительно. Металла на юге нет, а с севера давно ничего не поступает. Он даже колокола на пушки велел переплавлять, представляешь?
- Нет, не представляю, - запыхавшись, отвечала я. – А ты откуда знаешь?
- Хлоя, - коротко ответила мне подруга.
Хлоя! Хлоя проделала огромную работу! Благодаря ей на нашей стороне Шатиньон.  
- Ничего не случится с нами здесь, - уверяла меня Ада. – Просто… Я хочу видеть, как они умирают.
Глаза женщины нездорово сияли, губы кривились в злобной усмешке. Это было на нее не похоже, но я могла понять.
Со стороны реки вдруг раздался громкий хлопок, словно кто-то уронил с высоты огромный вазу. Я не знаю, как описать этот звук, от которого задрожал даже воздух рядом с нами. В небо повалил огромный столб черного дыма. Мы переглянулись и побежали быстрее. Долго петляли по безлюдным переулкам: герцогиня знала столицу гораздо лучше меня, а потом неожиданно выскочили прямо на дворцовую площадь, где когда-то стоял эшафот. Кованные ворота были разломаны, толпа людей в разноцветных одеждах ломилась через них внутрь дворцового парка. Часть дворца, кажется, горела. По широкой стене метались гвардейцы.
Я оперлась на стену дома, а моя неугомонная подруга выбежала вперед, запрыгнув на высокую клумбу.
- Смотри, вон там, справа, - с довольным видом крикнула она и, вскинув руку, выстрелила.
Гвардеец с арбалетом нелепо взмахнул руками и упал. Герцогиня засмеялась и отбросила бесполезное уже оружие. По мне, арбалеты куда удобнее в бою – их гораздо проще зарядить. Огнестрельное оружие более медленное.
Пушки больше не стреляли. То ли канонира убили, то ли порох кончился. Площадь стремительно пустела. Наши войска проникали внутрь дворца – словно вода вытекала из одного сосуда в другой.
- Ада, слева! – закричала я, увидев алую фигуру на стене, вскинувшую руку.
Ада обернулась, выстрелила – но слишком поздно.
Арбалетный болт уже летел, но не в нее, а в меня, а ведь я даже обернуться не могу! Я не успела ничего осознать. В голове мелькнуло: я не могу умереть, ведь я беременна! Хиро этого не простит! И в тот же миг отлетела прочь, слыша лишь, как арбалетный болт пробивает человеческую плоть. Странно, но я чувствую боль лишь в ушибленном локте. Села, мотнула головой, краем глаза уловив черную тень на стене и взмах серебристого клинка сбоку от стрелка. Я была права – катана запросто разрубает человека напополам.
Ада лежала на стылой земле. В груди у нее торчал арбалетный болт. Что она делает, так и простудиться недолго! Не веря, не осознавая, я попыталась ее поднять. На губах герцогини выступила розовая пена. Я заплакала, гладя ее по черным кудрям. Такие мягкие, такие шелковистые!