Новая жизнь Смертопряда. Том 1. и Том 2 (СИ)
Но еще хуже, что я не знал, как дела у остальных. Смогли ли Онежский, Егор и другие маги свалить из этого сраного карточного домика? Или хотя бы защититься при обрушении. Похоже, сейчас придется идти и проверять.
Однако…
Стоило спрыгнуть с щебеночной кучи, как невидимая за пылью тварь вновь заревела. А затем и вынырнула, представ передо мной во всей своей безумной красе.
Вот, сука, накаркал я, когда хотел соперника из той же весовой категории, которую представляли монстры в ТЦ… На «строительство» этой зверушки потребовалось не меньше двух дюжин человек. Как всегда жутко искалеченные, они были соединены в длинную ползучую тушу, без намека на голову, но зато с тремя лапами-булавами. С их помощью это гигантское ревущее говно передвигалось — и ими же било. Наверняка, блядь, очень больно. Впрочем, и я могу приложить так, что радости у соперника будет мало, поэтому не будем терять времени.
Сразу три «дротика» пронзили склизкое тело. Тварь вздрогнула, выгнулась и вскоре начала трястись — это моя сила вступила в противоборство с той «грязью», которая переполняла чудовище. Несколько мгновений — и одна из лап порождения Преисподней разлетелась кровавыми ошметками. Те по обыкновению исчезли еще в воздухе.
Моя атака привела монстра в ярость. Рев, визг и даже дикий хохот ударили по ушам, а гигантская туша, используя две оставшиеся лапы, поперла ко мне.
Еще три «дротика»…
Еще минус одна лапа.
Хотел уже было злорадно улыбнуться, но почувствовал, что меня «накрывает». Защитная аура истончилась, и адская магия взялась за меня. А значит, если атакую еще хотя бы раз — станет хуже.
Нет уж, первым делом защита. Тем более с одной конечностью враг стал куда менее мобильным.
Напрягая энергоканалы, начал восстанавливать ауру. Шло тяжеловато, сила Преисподней препятствовала, но это ничего. Справлялся, и это главное.
— Сейчас, сейчас, потерпи немного, — произнес я, отзываясь на очередную яростную волну рева от твари. — Тут у нас с тобой прям как в боксе: раунд — перерыв, раунд — перерыв. И бой я веду, уж не обижайся. Пока по очкам, но скоро и нокаут оформлю.
Из трех глоток с левого бока монстра вырвался тоскливый вой, и я усмехнулся.
— Чего такое? Не нравится? А нехрен было разрушительством занимать…
Оборвав себя на полуслове, я ударил.
Но не ползучего гиганта, а маленького уродливого ублюдка, что вздумал подобраться сбоку.
Тощий, костлявый, с раздувшейся башкой гидроцефала, словно бы вбитой в плечи… Ему хватило одной атаки, чтобы сфонтанировать содержимым искалеченной утробы и исчезнуть.
Так-с, а теперь вернемся к нашему ползучему переростку…
Лишившись двух лап, тот мало чем отличался от мишени. Но вот запас прочности у твари оказался впечатляющим. Я атаковал его раз за разом, постепенно превращая в ничто и скрипя зубами, поскольку тревожился за Онежского с остальными все больше и больше. Почему они до сих пор не объявились? Времени-то с момента обрушения прошло уже достаточно.
Об этом я размышлял, запуская в тварь очередные три «дротика». Они-то и стали последними. От здоровенного трехлапого ублюдка остались лишь едва вздрагивающие куски плоти, практически размазанные по асфальту, и я, убедившись, что опасности они не представляют, рванул к развалинам.
Пришлось как следует поскакать по плитам, прежде чем я увидел-таки группу Онежского. И, надо сказать, ребятки не скучали.
Трое из них валялись в отрубе прямо на асфальте. Еще пятеро, включая Андрея, бились сразу с тремя тварями. Онежский и двое бойцов по правую и левую руку от него швырялись в уродов заклинаниями, а пара других удерживали сияющую золотом защитную стену в форме большого полукольца. Выглядело все вполне организованно, тут Онежскому и остальным не откажешь, но…
Их атаки едва ли наносили чудовищам хоть какой-нибудь урон. Да и твари подобрались отнюдь не слабые. Так что пора снова за работу.
Прыгнув вперед метров на десять, оказался аккурат между людьми и монстрами.
— Илья! — тут же послышалось восклицание Онежского. — Слава богу, я уж думал, ты погиб.
— Ага, щаз. С мягким знаком, — отозвался я, думая, как бы поскорее расправиться с противниками, поскольку сейчас время было очень дорого.
Хрен его знает, в каком состоянии раненые. И пока твари атакуют, у нас нет возможности как следует заняться ими, так что бедняги рискуют помереть. А мне очень хотелось, чтобы первый мой поход внутрь Столпа закончился без жертв. Среди людей, конечно же.
Двое магов по-прежнему удерживали золотистый барьер, и монстрам никак не удавалось преодолеть преграду. Хорошо ребята сработали, молодцы. А созданная ими стена, вполне возможно, может послужить кое для чего еще…
— Устали держать? — спросил я магов, вставая между ними.
— Есть немного, — ответил тот, что был слева. — Но минут десять точно еще потерпим.
— Вот и молодцы. Тогда продолжайте. И что бы ни случилось, ничему не удивляйтесь.
Есть ряд заклинаний, которые могут не только выполнять свою основную функцию, но и послужить проводником для заклинания другого рода. Как вода для электричества. И такая вот защитная стена как раз относится к их числу. Я не был на сто процентов уверен в успехе задуманного, однако не попробовать не мог…
Выставив руки, «направил» свою ауру прямо на стену золотистого света. Как только моя магия коснулась ее, по преграде пошла рябь. Так-с, сейчас самый ответственный момент: заклинание магов либо выдержит вмешательство, либо перестанет действовать.
Выдержало. Моя сила распространилась по стене, а затем десятками длинных «шипов» пронзила всех троих уродов. После чего смертоносным вирусом стала распространяться внутри изуродованных тел.
Твари замерли. Стали хрипеть, выть и визжать. Налитые кровью глаза едва не вываливались из орбит, уродливые головы дергались, изувеченные конечности рассекали воздух или колотили по золотистой стене. Но с каждой секундой все слабее.
И вот наконец взорвалась первая тварь, поменьше. Спустя несколько секунд та же участь постигла вторую. Третья, самая здоровая, с обожженной шкурой, десятком лап, выпотрошенным брюхом, внутри которого скалились страшные морды, и подобием хвоста из мешанины костей, сопротивлялась дольше всех. И отвалила, что называется, «в два этапа»: сначала не стало верхней части, а спустя еще полминуты — нижней.
— Бля, парень, лихо ты их… — произнес один из магов, державших золотистую стену.
— Стараемся, — бросил я в ответ, оцениваю обстановку. Пока что угрозы нигде не наблюдалось, а вопли других тварей доносились издалека — зверушки возились между собой. — Можете отдыхать.
Так, теперь раненые…
Двоих уже нельзя было спасти, поскольку заклинание воскрешения еще никто не придумал. И вряд ли когда-нибудь сможет это сделать. И третий готовился вот-вот присоединиться к собратьям по несчастью. Состояние его было более чем плачевным.
При обрушении бедняга скорее всего напоролся на арматурину, и та угодила аккурат между пластинами брони на груди и животе, разорвав и плотную ткань костюма, и… В общем, рана была очень серьезной. И ладно бы только это: срастить внутренности, мышцы и кожу не так уж и трудно. Куда хуже другое…
Темная магия Преисподней проникла в тело мага и теперь вовсю хозяйничала внутри. Мужик находился без сознания, с хрипом втягивал воздух, время от времени вздрагивал, приподнимая то руки, то ноги. Жизнь его могла оборваться в любой момент, а затем…
Затем могло случиться кое-что очень неприятное. То же самое, что произошло, к примеру, с вооруженным наркоманом. Или шестеркой Кукуя. Или людьми Орлеца. Он превратится в безумную кровожадную тварь. Честно говоря, не самая лучшая участь.
— Алекс… — Онежский, как и я сидевший на корточках возле раненого, повернулся к одному из бойцов. — Давай сюда, надо закрыть рану.
— Нельзя, — возразил я и пересказал Андрею все свои соображения.
— И что теперь? — мрачно спросил тот, дослушав. — Дать ему умереть и… мутировать? А затем прикончить снова?