Новая жизнь Смертопряда. Том 1. и Том 2 (СИ)

Однако где они сейчас? В такой же провинциальной жопе, впахивают на трех работах, терпят унижения от мужей, неспособные использовать дар. Наверняка мучаются по ночам, поскольку искалеченные энергоканалы не могут не напоминать о себе. За одно это Линда была готова благодарить Сатану: появление Столпов Преисподней разрушило судьбы ее ненавистных сестер. А еще была та невероятная встреча, с которой для женщины началась совершенно иная жизнь.
Мутно-зеленое содержимое небольшой медной кастрюльки забурлило, и Линда улыбнулась. Но тут же закусила губу — томление внизу живота вернулось. Борис не был в ней почти сутки, это очень большой срок. Похоже, скоро придется отправляться в спальню и приводить себя в порядок с помощью игрушек. Надо лишь закончить с зельем.
Скрипнула дверь, и на пороге возникла громоздкая туша сына Линды. Возбуждение как рукой сняло.
— Ма-ам, — просипело это чудовище. — Мне это… плохо что-то. Тошнит опять…
— Ничего страшного, — старательно пряча раздражение, ответила Линда. — Помнишь, что говорил папа?
— О чем? — Даня озадаченно наморщил лоб.
Боже… Да он тупеет не по дням, а по часам.
— Про побочные эффекты, — терпеливо начала женщина. — Препараты, которые ты принимаешь, не идеальны. Но они дают результат. И если ты действительно хочешь стать самым сильным, то должен немножко потерпеть.
— А-а, — круглая физиономия посветлела. — Понял. Тогда ладно, я пойду. Мне уже легче. Надо тренироваться.
— Хорошо, милый, — с трудом произнеся последнее слово, ответила Линда. А как только Даня закрыл за собой дверь, шепотом добавила: — Идиот.
Ей удалось невероятное: заставить всех поверить, что она души не чает в этом недоумке, которого вынуждена была родить. Сама Линда воспринимала сына как ошибку. Собственно говоря, он ошибкой и являлся. Плод первой и неудачной любви, еще до того, как с женщиной произошло чудо.
Сейчас, благодаря Борису, она надеялась, что Дани скоро не станет. Линда не была дурой и прекрасно понимала, как действуют препараты, которые ее сыночка употреблял попросту в конских дозах. И она поощряла это, играя дуру, которая совершенно по-детски радуется успехам своего чада в боях. А Борис изображал благодетеля, на самом деле ожидая того же, чего и женщина, — чтобы недоумок наконец ушел из жизни. Жестоко, безусловно. Но Линда вовсе не была ангелом, а сына ненавидела, особенно за первые годы вместе, которые воспринимала как настоящий ад.
Ничего, с каждым днем выродку становилось все хуже. Конец не за горами. Главное — чтобы Борис вернулся. Он дарил Линде не только удовлетворение и обеспеченность всем необходимым, но и чувство защищенности. За ним женщина была как за каменной стеной и вовсе не ожидала, что эта стена даст трещину. Да еще так внезапно.
Мысли вернулись к тому парню. Очень интересная личность. Из рассказов Дани Линда знала, что раньше он был заморышем. Недавно беднягу чуть не угробили, и вот он возвращается и начинает творить настоящие чудеса. Если он уже сейчас способен дать бой взрослым серьезным дядям с оружием, то что будет дальше?
— Ма-ам? — размышления пришлось прервать из-за очередного появления Дани.
— Да? — скрывать раздражение становилось все сложнее.
— А можно мне пару таблеточек еще? Хочется очень…
— Хорошо. Ты знаешь, где они лежат.
— Ма-ам… — в голосе здоровяка слышались смущение и неуверенность. — Я это… забыл.
Мозг сына деградировал все стремительнее. Добрый знак. Возможно, ненавистный толстяк отправится на тот свет даже раньше, чем Линда предполагала. Но пока надо терпеть.
— Кабинет папы. Стол. Первый ящик сверху, — отчеканила она, желая вновь остаться наедине с собой.
Бугай что-то обрадованно промычал и исчез, а Линда вновь задумалась о таинственном парне.
Если Борис не вернется, тот сможет стать неплохой заменой. Он силен, решителен, обладает магическим даром и знает, как действовать. А еще он молод и горяч. В последнее время Линда все чаще признавалась себе, что муж уже не тот. Да, само ее присутствие разжигало в нем желание, но возраст диктовал свои условия. Женщине приходилось компенсировать дефицит внимания самой, а это было не то. Так что появление такого боевого юноши на горизонте стоило воспринимать как подарок судьбы. Интуиция подсказывала, что с ним Линда будет и сыта, и в безопасности. И, конечно же, удовлетворена.
 
Воображение разыгралось, и женщина почувствовала, как намокает белье. Захотелось избавиться от него, проникнуть двумя пальцами в саму себя и хотя бы на время унять разгоравшееся внизу живота пламя желания.
  
Том 1. Глава 16
 
Люди Орлеца не торопились заходить в амбар. Они скучковались и о чем-то переговаривались. Один, низенький и щуплый, больше похожий на бизнесмена, чем на бандита, достал мобильный и стал кому-то звонить. Я даже догадывался, кому именно. Хорошо, что этот момент я тоже предусмотрел.
Первый звонок щуплого остался без ответа. Пообсуждав что-то с остальными, он вновь набрал номер и приложил телефон к уху. Пара секунд — и у меня в кармане завибрировал аппарат, конфискованный у монобрового.
— Да, — произнес я, копируя его голос, как только принял звонок.
— Цыган? Че за херня? Шеф не отвечает, — судя по голосу щуплый был на взводе. — Телефон отключен.
— Нормально все. Шеф на базе, со мной. А телефон он разбил, когда со шкетом разбирался. Вы где?
— Да здесь уже.
— Ну так заходите, хуле мнетесь? Мы в лаборатории внизу. Шеф ранен, хреново ему.
На этом разговор закончился. Щуплый вкратце пересказал услышанное, и бандиты наконец двинули ко входу. Несколько человек правда осталось снаружи, но это не беда. Не зря же я автомат добыл. Однако с ними буду разбираться в последнюю очередь, а пока…
Как только последние оказались внутри амбара, я активировал печати на входе. Проем тут же заволокло голубым маревом, от которого пошел низкий угрожающий гул. Кое-кто из бандитов тут же обернулся, выхватывая стволы. Послышались напряженные возгласы и первые выстрелы.
Дурачки, зря только патроны тратите…
Марево было той самой «дверью» в мышеловке. Пройти сквозь него невозможно. Во-первых, оно непроницаемое, а во-вторых, стоит кому-нибудь коснуться магической завесы, этого неосмотрительного бедолагу так шарахнет, что он до конца дней останется парализованным и пускающим слюни. И то в лучшем случае. Хотя тут еще подумать надо, что лучше — беспомощное существование или переход в мир иной.
Один из бандитов все же решился сунуть лапы, куда не просили. Одного касания марева ему хватило, чтобы выгнуться, рухнуть и забиться будто в припадке. Кто-то все еще палил в завесу, другие матерились, третьи…
Взрыв. Второй, третий, четвертый. И каждый сопровождался кровавым фейерверком из ошметков тел. Это сработали печати, которые я оставил на полу. Жаль только, что сил хватило на самые маленькие, так бы число выведенных из строя противников было бы больше. Но все равно получилось неплохо: минус семеро.
Люди Орлеца все больше паниковали. Кто-то помчался ко входу на нижние уровни, и я понял, что пора действовать.
Десять тварей, точь-в-точь как та, которую я завалил возле котлована, возникли среди бандитов и бросились в атаку. Те отреагировали на появление гостей матом напополам с бессвязными воплями и отчаянной пальбой. Последнее их и погубило.
Я специально сделал так, чтобы миражи появились между бандитами. Те начали шмалять с разных сторон, однако пули проходили сквозь иллюзии. В итоге люди Орлеца расстреливали друг друга.
Раненые и орущие, они падали один за другим. Кому-то повезло сразу выхватить хэдшот, другие катались по полу с продырявленными конечностями и животами. Всего полминуты — и большая часть противников оказалась выведена из строя.
— Красотища, — я не мог не улыбнуться, наблюдая, как оставшиеся бандиты сбиваются в кучу и пятятся. При этом они продолжали отстреливаться от напирающих чудовищ-миражей. — Давненько я так не шалил.