Всплеск силы

– Премного благодарен, – усмехнулся он, утаскивая угощение и, схватившись за вилку Фелии, принялся его уплетать.
– Как прошёл разговор у ректора? – нарушила молчание, царившее до моего прихода, чародейка.
– Нас всех заставят принести клятву о неразглашении того, что произошло на Состязании Стихий, – проговорила я и похлопала по спине третьекурсника, который подавился от этой новости.
Я не видела причин скрывать правду от ребят. Все же то, что скоро всем придётся молчать под страхом смерти или ещё чего пострашнее, не было секретом.
– А что на самом деле там произошло? – хмыкнула Бристиа.
– Взрыв, – я откинула все мысли, чтобы, ни дай Братья-Близнецы, подруга не услышала в них истину. – Его вызвала погибшая студентка. Это то, что известно мне. Но никто за пределами академии не должен об этом знать.
– Репутация, – понятливо хмыкнула Фелия. – Ожидаемо.
– Неужели ректор правда думает, что кто-то будет выпытывать информацию у студентов? – нахмурился Драфок. – Это глупо.
– Если просто спрашивать начнут, тогда клятва защитит, – хмуро отозвалась дочь графа, – но если начнут пытать или залезут в сознание с помощью магии, то тут даже клятвы бессильны.
– Ты так говоришь, как будто это кто-то будет делать, – вздрогнул целитель.
– Будут, – она впервые нормально ответила парню. – Как минимум родственники погибшей студентки.
– А как максимум? – мне было интересно мнение графской дочки.
– Те, у кого есть зуб на Академию Двух Богов или нашего ректора, – пожала плечами девушка, возвращаясь к прерванной трапезе.
Повисло молчание, которое никто не спешил нарушать. Драфок отодвинул от себя тарелку с жарким и, казалось, потерял аппетит. Фелия смотрела в окно и молчала о чем-то своём, а Бристиа продолжала поглощать пищу, словно её не кормили несколько суток. Оно и не удивительно, на факультете Защитников нагрузки такие, что мне и не снилось. В который раз благодарю Братьев-Близнецов за то, что у меня не искра тьмы.
– У меня для вас есть новость, – аккуратно начала я, пытаясь понять, что можно сказать друзьям, а что стоит держать от них в секрете.
– Какая? – тут же заинтересовался третьекурсник.
О, видят Боги то, как сложно мне удерживать правду втайне. Никому бы не пожелала оказаться на моем месте. Это безумно сложно – лгать близким. Но и молчать я не могла. Нужно было хотя бы часть сообщить друзьям.
– С этого дня мастер Саган берет надо мной кураторство.
Фелия дёрнулась и нахмурилась:
– Но это ведь обычно делают с двухискровыми магами.
– Даже если бы у меня было две искры, – я смогла проговорить эту фразу спокойно, – то он не подходил бы мне по стихиям как преподаватель.
– Тогда к чему это? – Драфок выглядел озабочено.
И я его даже не виню. Друг переживает, это было заметно, ещё когда он искал информацию о Сагане, но ничего толком не нашёл. Я бы тоже переживала за близкого человека, который попадает под влияние мастера, о котором ничего не известно.
– Он с начала первого курса тренирует мою выдержку. Тем самым я меньше обращаюсь к эмоциям, которые могут меня погубить, – слова царапали горло, но я продолжала говорить, – пока я не найду способ вернуть себе искру, мне придётся контролировать каждый свой шаг. Мастер Саган обучит меня, и это должно помочь.
– Мы, – невпопад бросила Бристиа.
– Что? – я перевела взгляд на колдунью.
– Пока мы не найдём способ вернуть тебе искру, – вздохнула она. – Или ты правда думала, что мы тебя бросим наедине с проблемой?
А я не смогла ничего ответить и отвела взгляд. Так стыдно мне ещё никогда в жизни не было.
 
5
 
Сегодня после занятия по защитной магии мастер Саган попросил меня задержаться. Стоило двери закрыться за спиной последнего студента, покинувшего аудиторию, как мужчина заговорил:
– Готова к первому уроку?
– Сейчас? – опешила я.
– Не готова? – ехидно усмехнулся чародей. – Как же так? Где же жажда к знаниям и к обузданию своей новой искры?
Я шикнула на него и завертелась на месте, выискивая тех, кто мог задержаться, остаться незамеченным и подслушать наш разговор. Чем, собственно, и вызвала смех преподавателя. Нахохотавшись и вернув серьёзное выражение лица, Саган выдержал мой укоризненный взгляд и пояснил:
 
– Я рад, что ты серьёзно восприняла мои слова о сохранении тайны. Но сейчас я запечатал дверь так, чтобы снаружи её никто открыть не смог, а на помещение набросил звуконепроницаемый купол. Нам нечего опасаться.
– Но ректору ведь такая защита не будет помехой. Я думала, что вы будете обучать меня вне стен академии, дабы ненароком не выдать тайну.
– Ректор не видит дальше собственного носа, – пренебрежительно фыркнул мужчина. – И с каких пор при личном общении мы на «вы»?
– Нам ведь необходимо, чтобы на этих занятиях я получала знания и развивала свою силу, а значит – не стоит переходить грань. Хотя я до сих пор не понимаю, какой вам толк мне помогать.
– Студентка Шерил, – принял мои правила чародей, – вы правда полагаете, что я смогу оставить даму в беде? Особенно если поспособствовал тому, чтобы она в ней оказалась?
Я промолчала, не зная, как ответить на это. Если я скажу, что звучит неубедительно, то могу обидеть мага, а если скажу, что он прав, то потешу его самолюбие.
– Кажется, нам стоит приступить к началу занятий, – выбрав тактику, отозвалась я. – Вы ведь хотите помочь даме, а дама хочет знать и уметь больше своих сокурсников.
Саган усмехнулся, одобряя мой ответ, и направился к столу. Я с интересом наблюдала за тем, как он наполняет большую каменную чашу доверху водой и устанавливает её на первую парту. Мне было не совсем понятно то, чего хочет добиться от меня мужчина, но я терпеливо ждала.
Закончив с приготовлениями, чародей повернулся ко мне и попросил подойти.
– Сегодня будем проверять, насколько хорошо тебе отзывается вода, – наконец проговорил он.
– И что я должна делать? – сейчас я задала, наверное, самый глупый вопрос в своей жизни.
– Подчини её, – кивнул в сторону чаши преподаватель и отошёл в сторону, позволяя мне приблизиться к парте.
Набрав как можно больше воздуха в лёгкие, я протянула руку над сосудом и сосредоточилась на той силе, которая была заключена в моей искре. Энергия гуляла по телу, но не могла найти выхода. Шли минуты, я уже злилась на себя, а вода ни в какую не хотела начинать движение.
Мужчина оказался у меня за спиной и положил руку между лопаток:
– Вспомни те чувства, которые ты испытывала в моей комнате.
Кажется, я покраснела.
А чародей тем временем продолжал меня наставлять:
– Вспомни это чувство и вызови именно эту стихию. Не проси, не унижайся. Подчини. Воздух благосклонен, вода коварна, огонь зол, земля миролюбива, свет спокоен, тьма спонтанна. Запомни это.
Я закусила губу, стараясь приказать своей искре. Это было сложнее, чем я ожидала. Первым делом необходимо было мысленно разделить две объединённые стихии, выбрать из них одну и заставить её подчиниться.
По лбу катился пот, от концентрации болела голова, а ладонь мужчины на моих лопатках, казалось, обжигала.
«Давай!», – мысленно вопила я, пытаясь заставить воду в чаше пойти волнами.
– Прими её как часть себя, – тем временем говорил Саган. – Ты должна чувствовать свою силу, как руку или ногу.
Я понимала, что ему непросто обучать меня. Будь у него вместо пламени вода, тогда все было бы в разы проще, но, увы, мне в помощники и мастера достался маг с другим идеальным сочетанием.
– Ну же, Шерил, ты ведь просто так не сдашься!
Он был прав. Если бы потребовалась, я бы осталась тут и на ночь, но стихию подчинила. Но я не могла себе позволить подобной выходки.
Сцепив зубы, влила ещё больше энергии. Направлять её в заклинание было проще, чем во взаимодействие со стихией. Но Саган пока не говорил ничего о стихийной магии, да и не факт, что знал что-то, что могло заставить воду пробудиться саму.