Грани воды
Дженн все это время пыталась оставаться в курсе происходящего. Бекка постоянно совершала громадные скачки в понимании – например, в том, что касалось желания Неры заполучить ту тюленью шкурку. Дженн недоумевала: зачем тюленю могла понадобиться шкура другого тюленя? Она не переставала мысленно крутить это и так, и этак. В конце концов Бекка повернулась к ней.
Словно прочитав путаные мысли Дженн, она сказала:
– Это все из-за того разлива нефти. Когда он был, Дженн? В какое время года? Готова спорить, что именно в тот период, когда тут всегда появляется Нера.
Айвор посмотрел на Бекку, а потом перевел взгляд на Дженн. Выражение его лица сказало, что Бекка права.
– Наверное, в ту ночь она все видела из воды, – пробормотала Бекка. – Вероятно, наблюдала.
– Но Эдди ведь сказал, что избавился от шкуры не сразу. Тогда что она делала? Ждала, пока он запрет эту шкуру в ящичке? Зачем? Все не складывается. И я не понимаю, с чего ты решила, что младенец действительно был.
– По-моему, мы скоро все выясним, – ответила ей Бекка.
Айвор посмотрел на нее и нахмурился. Похоже, его тревожило то, как все будет складываться дальше.
И, как оказалось, у него были на то веские основания. Когда они протарахтели по дороге, которая вела к дому Дженн, она увидела сразу пару вещей. Островного такси ее мамы на месте не было. Семейного рыдвана тоже: это показывало, что ее отец куда-то повез мальчишек. А вот грузовик Чада Педерсона был припаркован рядом с «Хондой» Энни. Как только Айвор объехал эти машины, сразу стало видно, что Чад с Энни вышли на причал, к которому подходили за наживкой рыбаки.
У Чада с Энни тоже была наживка: два больших ведра. Они швыряли в воду живых селедок. А в воде сновала гладкая черная голова Неры. Она плавала туда-сюда, словно решая, можно ли доверять им настолько, чтобы приблизиться к пище. Когда Чаду или Энни удавалось бросить селедку достаточно близко от нее, она тут же проглатывала рыбину. Однако она, похоже, их дичилась – и правильно делала: на берегу в конце причала, всего в нескольких шагах от воды, лежала большая рыболовная сеть. Рядом с ней стоял принесенный Энни из передвижного домика стул. На нем стоял ее ноутбук и были разложены какие-то предметы, которые Дженн не смогла опознать. Как она догадалась, это, скорее всего, было все то, что было нужно Энни для того, чтобы получить образцы от тюленя. Пробирки, трубки и стекла для забора крови, тканей и, может, еще чего-то… Если Нера переживет тот ужас, который ей обещают сети, и то, что ее выволокут на берег.
Айвор резко остановил грузовик и моментально выскочил из него – еще до того, как Эдди затормозил позади них.
– Немедленно прекратите! – заорал он.
Нера отплыла подальше.
Энни развернулась и закричала:
– Айвор, не приближайтесь! Мы ничего плохого ей не сделаем. Вы ее испугали!
Айвор побежал к причалу с криком:
– Вы не соображаете, что делаете. Этот тюлень опасен. Она всегда была опасна. Она способна на все. Она уже нападала на людей – и нападет снова.
– Он знает, знает, – пробормотала Бекка. – Он с самого начала знал. Он всегда знал.
Айвор вопросительно хмыкнул и повернулся к ним. Дженн увидела, что Бекка вздрогнула, словно кто-то швырнул ей в лицо горсть песка. Она ухватилась за наушник своего слухового устройства, но вставлять в ухо не стала.
– Айвор, – пояснила ей Бекка. – Он всегда знал про этого тюленя.
– Да ну! Он талдычит про нее с самого моего рождения. Как и все остальные.
– Но у остальных нет такой же причины.
Дженн заметила, что ее подруга полностью сосредоточилась на Айворе, и обернулась, чтобы посмотреть, что происходит. Айвор стоял на причале, крича и размахивая руками. Нера отплыла подальше. Энни восклицала:
– Останови его, Бога ради! Еще чуть-чуть – и мы бы ее взяли!
Похоже, это стало командой для Чада. Он бросился к Айвору, а тот заорал:
– Уходи! Ну-ка! Вали!
В ответ Нера залаяла. Звук оказался неожиданно громким и отразился от обрыва эхом. Словно в ответ раскричались чайки. И тут к ним внезапно присоединился Эдди Беддоу – как раз в тот момент, когда Чад добежал до Айвора и преградил ему путь к Энни.
– Не подпускай ко мне этого чертова зверя! – завопил Эдди. – Я сделаю все, что нужно, Торндайк, но ты ее не подпускай!
– Что он собрался…
Дженн замолкла, увидев, что принес Эдди. Это был тот металлический ящичек из баркаса. Она увидела лежащую в нем шкуру тюленя.
В отличие от остальных, Эдди не пошел к причалу. Вместо этого он направился к большому принесенному приливом бревну – одному из сотен кусков плавника, валяющихся на берегу. Оно лежало в дальней части песчаной полосы, в отдалении от всех. Как только он туда направился, Нера начала следовать за ним в воде.
– Останови его! Чад, останови его! – крикнула Энни.
– Не трогай тюленя! – приказ Айвора был адресован Эдди Беддоу.
– А что, можно подумать, будто я готов оказаться рядом с этой тварью? – громко возмутился Эдди.
– Чад! Скорее!
А Нера отчаянно лаяла.
Чад спрыгнул с причала и побежал за Эдди. Дженн с Беккой переглянулись, синхронно кивнули – и бросились за Чадом. Айвор слез с причала с криком:
– Ты прекрасно знаешь, что ей нужно, Эдди! Ты знаешь, почему она здесь. Отдай ей эту шкуру, немедленно!
Энни с топотом пронеслась по настилу причала и крикнула вслед Чаду:
– Сеть! Возьми сеть!
Чад повернулся, чтобы ее прихватить.
Это дало всем необходимые мгновения. Айвор схватил Энни, пытающуюся пробежать мимо него. Бекка и Дженн повисли на Чаде. Эдди добрался до бревна и положил маленькую шкурку на его конец.
Нера наблюдала за ним из воды. Она плавала туда и обратно и беспрестанно лаяла. Она переводила взгляд с тюленьей шкуры на Эдди, а потом – на остальных людей на берегу. И продолжала лаять.
– Пустите меня! – завопила Энни. – Это же всего секунда! Я ей ничего не сделаю. Даю слово! Ей ничего не угрожает!
– Ты совершенно не представляла себе, что делаешь, – прорычал Айвор. – Я же пытался тебе объяснить, но у тебя только одно в голове.
– Малышка!
Бекка произнесла это очень тихо, но Дженн услышала. Чад перестал вырываться, но подруги продолжали крепко его держать. Однако по лицу Бекки стало заметно, что она сейчас где-то не здесь. Она снова тихо пробормотала:
– Малышка была, только это был тюлень… Она всегда была тюленем, не понимаю как. Потому что он говорит: «Тюлень, тюлень, малышка из тюленя». И что это значит?
– Кто говорит? – вопросила Дженн.
Энни начала отбиваться от Айвора, вопя:
– Это моя карьера! Пустите меня! Пустите! Я имею право…
– Никакого права ты не имеешь, – заявил ей Айвор. Он продолжал крепко ее держать и начал оттаскивать от воды. Он крикнул Дженн и Бекке: – Отводим их обоих в домик! Слышишь, Бекс? Надо зайти в дом и закрыть занавески. И нам нельзя выходить.
– Нет!!! – завизжала Энни.
Ее визг был настолько пронзительным, что Дженн вздрогнула и выпустила Чада. Тот бросился к Айвору. Эдди тоже побежал к Айвору. Тюлень в воде лаял и лаял. Бекка пробормотала:
– Эдди. Он тоже все знает.
Дженн показалось, что мир сошел с ума.
Дверь домика на колесах открылась.
Оттуда вышла Силла.
Мир Силлы
Я жила ради этой минуты. Я этого не понимала, потому что до этой минуты мир был пугающим.
Даже сейчас я ни в чем не уверена: кричат какие-то люди, вода из пролива шлепает по гальке на берегу, а в воде лает тюлень. И это я наконец понимаю. Наконец-то есть нечто такое, что я знаю твердо. Хотя и не знаю откуда.
Я спала, когда за стенами домика воцарился хаос. Я почти обессилела из-за болезни, но, слушая происходящее из домика, я понимаю: мне предназначено видеть, что происходит за его тонкими стенками. А увидев, я осознаю, что мне предназначено понять. И теперь мне ясно, что с того мгновения, когда я оказалась одна, после того как те мама с папой исчезли, все вело именно к этому.