Не оставляй меня, Малыш!
— Нет, я, наверное, не пойду, — проговорила она, машинально трогая пальцами кнопки мобильника.
— Чего так? Лень-матушка одолела? — язвительно поинтересовалась Кристина.
— Кажется, да.
— Креститься надо, когда кажется. Аська, ну будь человеком, мне одной качаться не в кайф, я без тебя не привыкла.
— Привыкнешь.
— Ась! — умоляюще произнесла Кристина. — Пожалуйста!
«А черт с ним, — неожиданно решила Ася, — чем сидеть и киснуть, лучше спортом позаниматься — самая подходящая разрядка для больных нервов».
— Ладно, пойдем, — согласилась она.
— Ты прелесть! — обрадовалась Кристина. — Ровно через час возле вахты. Кофе пить потом идем?
— Идем.
— Замечательно. Бай-бай, до встречи.
— Пока-пока.
Ася повесила трубку и вдруг почувствовала азарт и желание немедленно выйти из дома на свежий воздух. Она спешно начала собираться.
— Мам! — в дверях возник Степка. — А когда мы пойдем на каток? Нинюся говорит, послезавтра весна начинается.
— Завтра пойдем, милый, — заверила его Ася, — я обещаю.
— Точно? — Степка недоверчиво поднял брови.
— Совершенно точно. Я сейчас схожу с тетей Кристей в спортзал, как следует потренируюсь, завтра буду сильная-сильная. И мы сможем долго кататься.
— Семь часов? — в восторге произнес Степка.
— Ну, это уж чересчур, — Ася улыбнулась, — но часа натри, думаю, меня хватит.
— Здорово! — Степка от избытка чувств хлопнул в ладоши и ускакал.
Ася подхватила сумку со спортивной одеждой и вышла в прихожую.
Тут же дорогу ей преградила Нинюся.
— Ты куда это?
Ася готова была поклясться, что старуха с некоторых пор следит за каждым ее шагом, ревностно добиваясь того, чтобы она как можно меньше выходила из лому.
— Я в ДК. Кристина позвала в спортзал на тренажеры.
— В субботу? — Нинюсины губы сжались в гонкую ниточку.
— Мы всегда ходим в спортзал по выходным, забыла?
Старуха вместо ответа покачала головой и, ничего больше не говоря, ушла на кухню.
Ася заглянула в гостиную.
Сергей против обыкновения не сидел за компьютером, а смотрел телевизор.
— Сережа, я уйду часа на три с половиной, может, чуть больше. Не возражаешь?
— Снова работа? — Он нажал на пульт, приглушив звук.
— Нет. Хотим с Кристей немного размяться, давно не тренировалась.
— Что ж, дело нужное. — Сергей кивнул и окинул ее рассеянным взглядом, тем самым, которым смотрел на нее все последнее время. Почему-то Асе вдруг показалось. что он хочет что-то ей сказать. Хочет, но не решается или раздумывает.
— Сереж, — тихонько позвала она.
— А?
— Ты… — Ей вдруг стало ужасно неловко. Что это? Она будто бы пытается сама напроситься на откровенный разговор, почти готова признаться мужу во всех своих грехах и ко всему прочему, кажется, рассчитывает на поддержку с его стороны.
Ася замолчала на полуслове. Сергей сделал вид, что ничего не заметил и, прибавив звук, снова уставился в экран.
— До вечера. — Она аккуратно прикрыла дверь в комнату.
Нет, говорить ничего нельзя. Никому. Нужно со всем справиться самой, преодолеть эту жгучую боль, заставить себя забыть все, что было, вернуться к нормальной жизни. Человек она, в конце концов, или кто?
Всю дорогу до Дворца Ася накручивала себя подобным образом, и к моменту встречи с Кристиной настроение у нее было самым что ни на есть воинственным и решительным.
— О! — Кристина глянула на Асино лицо с нескрываемым удивлением. — Выглядишь ничего. А голос по телефону совсем другой был.
— Какой это? — Ася невозмутимо пожала плечами.
— Убитый, будто тебя три часа ногами об пол валяли.
«Меня и валяли, — горько усмехнулась про себя Ася, — и не три часа, а гораздо дольше».. А вслух сказала: — Глупости, просто я сегодня переспала. Голова гудит.
— Что-то она у тебя часто гудит в последнее время, — едко заметила Кристина, — может, стоит сходить к врачу?
Ася спокойно выдержала пристальный взгляд подруги и покачала головой:
— Врач тут не поможет. Это у меня от матери по наследству — мигрень.
— Бедняжка, — Кристина вздохнула с нарочитым сочувствием, — сейчас-то, надеюсь, ты в норме?
— Да, все прошло.
— Ну пошли тогда. А то через два часа дзюдоисты долбаные припрутся, и придется выметаться.
Девушки переоделись и вошли в зал. Кристина тут же оседлала велотренажер. Больше всего ей нравилось работать над своими ногами, хотя они у нее и так были исключительной красоты: длинные, стройные, с сильными и гладкими икрами.
Ася выполнила несколько упражнений на разминку и медленно прошлась между тренажерами, раздумывая, с чего бы начать тренировку.
— Аська, — крикнула вдруг Кристина, с остервенением накручивая педали.
— Что?
— А ну-ка повернись! Повернись, говорю.
Ася обернулась и с недоумением поглядела на подругу.
— Мать моя женщина! — Кристина, ни на секунду не прерывая движения ног, обхватила руками голову. — Ты на кого, подруга, похожа! От тебя же кожа да кости остались. Ты на репетициях в свитере, я и не замечала.
Ася растерянно молчала, разглядывая крашеный дощатый пол у себя под ногами.
— Да тебе не на тренировку нужно, а в институт питания. — Тон Кристины утратил свою язвительность, вес голосе слышалась искренняя тревога. — Ты же килограмм десять сбросила, если не больше. В ушах не звенит?
— Нет. — Ася понуро побрела к бегущей дорожке.
— Может, это щитовидка? — не унималась Кристина, соскакивая с тренажера. — Я слышала, от неё или полнеют или, наоборот, худеют. — Она догнала Асю, обняла се за талию. Та попыталась освободиться.
— Кристя, отстань, со мной все в порядке. Просто… аппетит плохой последнее время.
— В порядке! — Кристина сердито хмыкнула. — Черта с два! Думаешь, я не вижу, что с тобой творится?
— А что со мной творится? — Ася сделала шаг по направлению к тренажеру и вдруг остановилась, чувствуя себя совершенно опустошенной, выжатой, словно лимон. Всю ее решимость и браваду точно ветром сдуло, горло сдавил спазм.
— Ася! — Кристина настойчиво потормошила ее за плечо. — Ась, ты что? Аська!
Ася, не отвечая, опустилась на горку матов. По лицу ее потекли слезы. Она плакала тихо и безутешно, почти не всхлипывая и не произнося ни слова в ответ на тревожные Кристины расспросы.
— Асенька, ну перестань. Скажи мне, что случилось — ведь не может же так быть безо всякой причины. Скажи, не бойся, я… никому тебя не выдам. — Кристина смотрела на Асю с испугом и жалостью и время от времени пыталась вытереть слезы с ее щек. — Ну же, скажи!
— Н-не могу, — с усилием выдавила Ася и помотала головой.
— Почему?
— Н-не почему…
— Господи, — шёпотом проговорила Кристина, — ты и вправду дошла до ручки. — Она задумчиво поглядела в сторону, слегка нахмурив тоненькие, старательно подведенные бровки.
Ася продолжала беззвучно плакать, сидя на матах и обхватив руками колени. Ей страстно хотелось зарыдать в голос, рассказать Кристине о том, что у нее больше нету сил так мучиться и страдать, попросить совета и помощи. Но губы точно судорогой свело — они не разжимались, не давали выйти нужным словам.
Кристина ничего больше не говорила, только тихонько гладила Асю по щеке, сосредоточившись на каких-то своих мыслях.
Так они просидели минут десять, а то и все пятнадцать. Наконец Асе удалось взять себя в руки. Она сделала глубокий вдох, вытерла мокрое лицо и попыталась изобразить подобие улыбки. Однако у нее получилась лишь жалкая гримаса.
— Дело хозяйское, — мягко проговорила Кристина, глядя на эти тщетные старания, — хочешь молчать — молчи. Каждый дурак знает: нельзя все время быть наедине с самим собой, крыша съедет.
— Не съедет, — возразила Ася дрожащим и хриплым голосом.
— Спорить не буду. Одно ясно — тренировка сегодня не задалась. Ну и шут с ней, идем кофе пить. — Кристина протянула Асе руку. Та уцепилась за нее, поднялась с матов и поплелась вслед за подругой в раздевалку.