Вселенная на пятерых (СИ)

  
Глава 50
 
Раз уж мы пристыковались к развитой планете, известной не только невольничьими рынками, было бы глупо не воспользоваться возможностью обновить оборудование корабля, наконец-то приобрести мебель в мою спальню, а также докупить всякие бытовые мелочи. Разумеется, все это можно заказать по каталогу и получить на ближайшей к нашему курсу станции в любом уголке галактики. Но мне бы не хотелось делать лишние остановки.
Выдав Тарину и Тристану задание привести мою спальню в исходное состояние и перетащить мои вещи из игровой обратно, отправила заодно Рейна с Лу с корабля, договариваться о закупке. Рейна — больше потому, что его обеспокоенный взгляд меня тревожил, говорить с ним особо не хотелось, отвечать на вопросы по полученному накопителю тем более. Я сперва должна была ознакомиться с содержащейся там информацией сама. Лу был отправлен скорее за компанию. Хотя все равно существовал риск, что стоит мне увлечься данными о прошлом Астрид, как он окажется у меня за спиной и все прочтет… Паранойя, знаю. По сути, мне просто хотелось побыть одной.
Пока спальня и игровая были недоступны, я устроилась в пустой кают-компании. Внутренности сжимались в тугой комок, пальцы чуть подрагивали. Казалось, что такого я могу узнать из этого несчастного кусочка пластика? Да и что бы ни узнала, мне какое дело? Это даже не мое прошлое.
«Астрид? Ты здесь?» — позвала я ее мысленно на пробу. Но внутри ничего не екнуло, не шевельнулось на подкорке. Я больше не ощущала ее присутствия. И хоть так бывало и раньше, сейчас это тревожило.
«То, что ты хотела, у меня. Я достала накопитель», — предприняла я еще одну бесплодную попытку.
Поморщившись, забралась в кресло и достала из кармана свою добычу. Погладила подушечкой пальца нагретый от моего тела накопитель. Такая мелочь, а сколько ради него пришлось пережить и мне, и парням. Помедлив, я все же вставила его в свой коммуникатор, приготовившись изучать доступные файлы. Почему-то представляла, что там будет досье, биография Астрид, какие-то снимки, не знаю. В общем, нечто, похожее на папки, заведенные на каждого из наемников.
На деле же этот кусок пластика хранил одно-единственное видео без подписи. По спине вновь пробежала дрожь, от неприятного предчувствия замутило. Нахмурившись, я несколько секунд рассматривала файл, не торопясь включать. Просто видео. После всех снов-воспоминаний мне ли бояться увидеть нечто новое? Тихо фыркнув над своей минутной слабостью, решительно запустила видео.
Оно тут же развернулось в голограмму, облачком зависшую над моим коммуникатором. И я совсем не удивилась, увидев знакомую по снам лабораторию. Правда, сейчас она была целой, все функционировало как надо, пол и стены сияли кристальной белизной. Установленные по периметру комнаты какие-то технические устройства тускло поблескивали отполированными поверхностями. Впрочем, как и металлические жуткого вида инструменты на хирургическом столе.
В состояние, близкое к ужасу, меня привело другое. За приборами находились люди в белых халатах. С сосредоточенным видом они вводили какие-то данные, отмечали показатели и негромко о чем-то переговаривались между собой. Наверное, если чуть увеличить звук, можно было даже разобрать о чем.
Но сквозь стук бешено колотящегося сердца и шум в ушах я вряд ли бы расслышала хоть что-то. Мой взгляд прикипел к кушетке на голограмме, где в больничной белой рубашке сидела… я.
Если совсем точно, мелкая я, лет тринадцати от силы. Это определенно была не Астрид, чье отражение в зеркале я видела каждое утро и чье тело знала наизусть. Светло-русые волосы, слегка завивающиеся на концах почему-то в одну сторону, что так бесило меня до самого совершеннолетия, пока я не остригла их под каре. Невнятный серо-зеленый цвет глаз, не имеющий ничего общего с сияющими изумрудами глазищами Астрид. Даже мелкие конопушки, усыпавшие нос и частично щеки, которые я научилась принимать, лишь став взрослее, принадлежали мне!
— Астрид, ты готова? — сквозь шум в ушах пробился голос мужчины, остававшегося пока за кадром.
 
Девочка на видео встрепенулась, ее губы на миг дрогнули в улыбке, когда она посмотрела на говорившего. Сама же мигом преобразилась. Гибко выпрямив спину, чуть склонила голову, позволяя волосам свободно упасть на плечо, и хищно потянулась. Тем самым приковывая к себе взгляд врачей или ученых, наблюдавших за ней, как я только сейчас поняла, через толстое прозрачное стекло. Грациозно спрыгнув с кушетки, девочка сделала пару шагов в сторону, напомнив крадущегося перед прыжком зверя, и остановилась, оставаясь в поле зрения камеры. Она одновременно и привлекала, и пугала. Было в ней что-то опасное, что вкупе с внешностью обычного подростка вызывало некий диссонанс, внутреннюю дрожь.
Я была готова поклясться, что девочка на видео уже была оружием. И с облегчением убедилась — это все же была не я. Не зря я, впервые увидев отражение в зеркале себя-Астрид, охарактеризовала ее как отфотошопленную версию себя. Мы не просто похожи, мы почему-то выглядели идентично, но ее тело совершенствовали не только изнутри, но и внешне. Что и подтвердили следующие события на голограмме.
— Это когда-нибудь закончится? — спросила девочка между тем непривычно серьезным и чуточку скучающим тоном.
— Разумеется. Как только ты достигнешь совершенства, — заверил ее невидимый мне мужчина. Мини-версия Астрид чуть нахмурилась, но ее взгляд не затронула никакая эмоция. Больше было похоже на запрограммированное действие — так мог бы реагировать андроид, встретив несоответствие в своей программе.
— Разве его можно достигнуть? Ты всегда говорил, что истинному совершенствованию не может быть предела, — обронила она между тем.
— Только не для тебя. Если кто и может стать идеалом, то только ты, — негромко рассмеялся мужчина, так и не показавшись в поле зрения камеры. Я так и не поняла, находился ли он в моей комнате или тоже говорил с девочкой через стекло с другой стороны.
— Ты знаешь, что мы должны продолжать, — в голосе незнакомца тем временем прорезалась сталь. — Пообещай, что больше не будешь убивать людей, помогающих тебе достигнуть совершенства.
Девочка на несколько секунд задумалась, но на лице не отразилось никаких эмоций.
— Всегда? — уточнила она безразличным тоном.
— По крайней мере, пока я не попрошу тебя об этом, — уже мягче произнес он. И добавил почти ласковым тоном: — Ты ведь хочешь, чтобы я тобой гордился, Астрид?
— Да, папа, — встрепенулась девочка, и ее лицо будто осветилось изнутри, стало гораздо живее, вновь напомнив подростка. — Я не подведу.
— Я в тебе не сомневался… — с легким налетом превосходства заметил мужчина. После чего я расслышала его приглушенный, совершенно преобразившийся в стальной голос, видимо, куда-то в сторону: — Объект готов. Переходим к следующей стадии. Думаю, можем сегодня проскочить сразу две.
— Господин, прежде мы не проводили… — донесся совсем тихий испуганный голос. Но его оборвали решительным сухим тоном:
— Прежде мы не делали этого с ней. Кто выдержит, если не она? Приступайте. Отчет о проделанной работе буду ждать завтра к утру.
  
Глава 51
 
Я бы предпочла, чтобы на этом запись и закончилась. Но голограмма длилась и длилась, показывая людей в белых защитных костюмах, вошедших уже к самой Астрид. Ее лицо больше ничего не выражало, ни когда девочку облепливали проводками и вводили иглы сразу от нескольких капельниц в вены, ни когда перевели на хирургический стол, куда уложили и приковали к нему стальными полосами.
Мне безумно хотелось отвернуться на моменте, когда с девочки сорвали больничную рубашку и приступили, собственно, к эксперименту. На лице Астрид впервые отразился страх, а после оно исказилось болью. Но я заставляла себя смотреть, чтобы понять больше, принять ее историю.
Первый раздавшийся крик ни на каплю не поколебал уверенности врачей, или кто они там были. Впрочем, как и последующие. Не знаю, что вводили через капельницы, но эта жидкость причиняла ей безумные мучения, заставляя кричать, а тело конвульсивно дергаться. Экспериментаторы же спокойно переговаривались между собой, мимоходом отслеживая показатели на своих экранах, будто вели работу над каким-то бесчувственным механизмом.