Клуб разбитых сердец
«Может быть, он и не догнал Сохова, может, он расстроился или ему все надоело и он отправился к своей молоденькой любовнице… — подумала Маняша. — Хоть бы он действительно был у нее».
Пашка — идиот. Не может позвонить этой девушке. Стесняется он, видите ли. Ну, хорошо, она придет и позвонит. Ей-то нечего стесняться.
«Интересно, а что думает его мать по поводу исчезновения своего мужа? Скорее всего, злится. Конечно, ведь он уже уходил».
Улица, примороженная зимним утром, показалась ей спокойной. Во всяком случае, главного источника опасности — Сохова, видно не было. А к Пашке идти совсем недалеко. Всего три дома, да с ней еще и Моня — огромный пес. Ну и чего с ними может случиться, даже если Сохов появится на горизонте?
Маняша спустилась с крыльца и пошла вдоль дома.
— Моня! — позвала она.
Пес потрусил следом, медленно, останавливаясь и обнюхивая каждый столбик.
— Моня, поторопись.
Маняша засунула руки в карманы. «Все-таки жутко холодно!»
Миновав три подъезда, она оглянулась. И застыла. Позади нее, шагах в десяти, вразвалочку шествовал Сохов.
— Моня! — она хотела крикнуть, но вышло как-то тихо и сипло.
— Да что ты меня боишься-то? — возмутился парень. — Это же ненормально. Ты и на улицу уже не выходишь без провожатых. То с двумя телохранителями, то с собакой. Ты еще тигра себе заведи.
— И заведу! — с вызовом ответила Маняша, сжав пальцы в кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони.
— Пойдем, прогуляемся, — предложил он и дружелюбно улыбнулся. — Тебе ведь все равно нужно походить с собакой.
— Никуда я с тобой не пойду, — резко ответила она. — А собаку я могу и натравить!
— Я ведь помирать не собираюсь, так что нам жить на одной земле еще очень долго. Так и будешь от меня прятаться? — он сделал шаг ей навстречу.
Маняша отступила:
— Мы будем жить по разные стороны решетки.
— Ты просто дура! — усмехнулся Сохов. — Что я тебе сделал? Чего ты меня боишься? Ты ведь, между прочим, очень даже нравишься мне.
— Не могу ответить взаимностью.
— Ладно, — он снова шагнул к ней. — Пойдем, просто поговорим. Обещаю, как только тебе надоест, я сразу уйду.
— Мне уже надоело, — она повернулась и пошла от него по тротуару.
Он догнал ее и пристроился рядом.
Моня слегка приблизился к их паре, но особого беспокойства знакомый хозяйки у него не вызвал, поэтому он продолжал нюхать все, что попадалось на его пути, лишь изредка поглядывая в их сторону.
— Я иду к Пашке, он меня ждет, — на всякий случай сообщила Маняша.
— Я тебя провожу, — невозмутимо предложил Сохов.
Они прошли соседний дом, завернули за угол, вышли на улицу, так и не сказав друг другу ни слова. Сохов молчал, словно не знал, с чего начать. Маняша терялась в догадках.
«Уж не в любви ли он собрался признаваться? Обычно так ведут себя только влюбленные…»
Наконец, она не выдержала, глубоко вздохнула и спросила:
— Ты что, караулил меня?
— В общем-то, можно сказать и так.
— А если бы я не вышла?
— Я бы замерз у твоего подъезда.
— Очень романтично, — улыбнулась Маняша.
— А я вообще романтик.
— Да? А наркотики ты тоже из-за любви к романтике толкаешь? — она не смотрела в его сторону.
— Нет, наркотики я толкаю из-за любви к деньгам, — незамедлительно ответил он. Похоже, вопрос его ничуть не смутил.
— А если посадят?
— За распространение не сажают. Тем более подростков.
— А за убийства?
— А кто кого убил? — искренне удивился он.
— Не важно, — отмахнулась Маняша, поняв, что перебрала с вопросами. Такое один на один не спрашивают. Тем более на пустой улице. Пока Моня сообразит, что ей грозит опасность, и доплетется сюда, он ее уже сто раз успеет пристукнуть.
— А все-таки? Не меня ли ты подозреваешь в каком-то загадочном убийстве? — беззаботно хохотнул Сохов.
— А как насчет физика?
— Физика?! А разве это не ваших рук дело? Это же вы с Пашкой и всей вашей командой напустили на него порчу в подвале. Или забыла?
— Смеешься, что ли? Его же не духи придушили шнурком от ботинок. А насчет его жены, мы ведь ее даже не имели в виду.
— Это побочный эффект, — весело заметил Сохов. — Знаешь, лес рубят — щепки летят. Но в конечном итоге все ведь выиграли, зачеты отменили.
— Ты жуткий циник! — Маняшу перекосило. — Человек же умер.
— Мы сейчас говорим о физике, в смысле, об одном и том же человеке? Так вот, лично мне его не жалко. Так уж сложились обстоятельства, что он мог мне много крови попортить. Застал меня в туалете, когда я пятикласснику дозу толкал. Так что сама понимаешь, для меня его смерть — просто избавление от всех бед… В общем…
Тут в его кармане заиграла электронная мелодия из фильма «Полицейский с Беверли-Хиллз».
— Крутым стал, мобильный завел? — ухмыльнулась Маняша.
— Ага, — исполненный гордости, он вытащил маленький телефон, ответил: — Алло. Да. Давай. Буду ждать. Да. В том же месте, что и прошлый раз. Хорошо. — И отключил аппарат.
— Содержательно, — язвительно отметила Маняша.
— А то! — он сунул мобильный в карман и оглянулся. — Ты за собакой-то следишь? Как бы она на дорогу не выскочила.
— Какой натуралист! Не беспокойся, Моня умный. Он и один может гулять. И домой придет. Не то что некоторые…
Тут она подумала о Пашкином отце и прибавила шагу.
— Ты чего побежала?
— Я же говорила, что тороплюсь. Кстати, ты ведь видел в пятницу Василия Карповича.
— Не помню такого. — Сохов пожал плечами.
— Пашкин отец, который нас в сквере от тебя спас. Ты его еще «гадским папой» зачем-то обозвал.
— Обозвал! А кто он еще? Снова драться ко мне полез.
— Только не ври, пожалуйста. Это ты его толкнул.
— А что я должен был делать. Он же с угрозами ко мне полез. Я, говорит, всю вашу шайку разгоню. Я все про ваши наркотики знаю, пойду в милицию. Просто брат-близнец нашего покойного физика.
— И ты с ним как с физиком?
— Да не трогал я физика. И этого урода тоже не трогал. Я от него убежал, потому что связываться неохота. Я ведь не по этой части. Я бизнесом занимаюсь, людей я не убиваю.
— А как же твой разговор с Романом на лестнице?
— О! — он хлопнул себя по лбу и расхохотался. — Я так и думал! Ты решила, что мы говорим о физике и его жене? Вот дуреха-то! Мы же совсем о других людях.
— Не знаю, — тихо проговорила Маняша. — Почему-то я тебе не верю.
— Да ты у Ульяны спроси. Она лучше знает, кто физика убил.
— Что ты имеешь в виду? — Маняша даже споткнулась.
Тут Сохов понял, что совершил ошибку, замолк, посерьезнел и как-то нерешительно промямлил:
— В общем, мы тут ни при чем. Да и тебе не стоит в это дело лезть. Если не веришь, посмотри на Ульку. Она знает, и что с ней стало?
— По-моему, она похорошела, — все еще удивленно заметила Маняша.
— Это недавно. Я вообще.
— Я не понимаю.
— А ты подумай. Знаешь, у меня и так много проблем, не хочу вешать на себя еще одну. Но сейчас не об этом. Вообще-то я был против, но у меня есть начальство, которое с некоторых пор мне не доверяет. Так что извини.
Речь Сохова показалась ей странной, как, впрочем, и изменения, происшедшие с ним за последние несколько секунд. Он неотрывно смотрел за нее. Он стал серьезным и даже как-то посерел.
— Что? — не поняла Маняша.
— Честное слово, — он сунул руку в карман, — я был против, потому что знаю, вы еще совсем идиоты. Но они мне не поверили. Так что придется тебе с ними поговорить.
Она резко обернулась. В пятидесяти метрах за ними ехала зеленая иномарка. Теперь она явно прибавила газу.
Маняша снова повернулась к Сохову.
— Не зови собаку, — в трясущейся руке он сжимал пистолет.
— Ты что, спятил? — испуганно крикнула Маняша.
Моня, мирно гуляющий в ста шагах, вздрогнул и подозрительно покосился на нее.
— Маш, пистолет не для тебя. С тобой я и так справлюсь. Пожалей пса.
Машина поравнялась с ними, и дверь ее открылась.