Клуб разбитых сердец
— Мама! — искренне удивилась Маняша. — Неужели ты и вправду пойдешь?
— Ну разумеется, нет! — отрезала Варвара.
Глава 8
Собрание «сестер с разбитыми сердцами» оказалось на удивление занимательным мероприятием. Варвара не успела еще как следует отчитать себя за то, что все-таки поддалась уговорам Гоши и притащилась в этот Клуб, пожертвовав, между прочим, вечерней выручкой магазина, половина из которой теперь непременно осядет в кармане главного менеджера, как свет в небольшом зале погас, и перед изумленными глазами собравшихся (а их было человек двадцать) на ярко высвеченной сцене появилось несколько подтянутых дам.
Одна из них — в синем строгом костюме, с высокой прической — подошла к микрофону и низким приятным голосом обратилась к зрительницам:
— Добро пожаловать в наш «Клуб разбитых сердец»! Если вы думаете, что мужья бросают своих жен очень-очень редко, то ошибаетесь. Я не стану утомлять вас статистикой, поверьте на слово, она впечатляет. Но зачем нам сухие цифры, посмотрите на нас, — тут она широким жестом обвела шеренгу приосанившихся на сцене дам. — Всех нас когда-то бросили мужья. Кого-то давно, как меня, — она смущенно усмехнулась…
«Н-да… Эта команда Гоше не по зубам. Тут профессионалки, — с тоской подумала Варвара. — Особенно эта, с башней на голове, — явно дама из высшего общества. Наверное, раз пять на неделе ходит в салон красоты».
Она оглядела женщин в зале (насколько позволяло тусклое освещение). Многие из них выглядели довольно грустными, кто-то смотрел на сцену с интересом, в глазах у парочки зрительниц она прочла откровенную надежду на скорое завершение своих страданий. Но, в общем-то, Гоше тут делать было абсолютно нечего. Все эти женщины явно претендовали на большее, нежели на недоразумение мужского рода в синем парике и резиновых рыбацких сапогах, каковым, если не кривить душой, Гоша и являлся. Хотя… кто женщин разберет в конце концов. Ее же угораздило выскочить замуж за Бориса. Ведь сразу было видно, что в нем на десять недостатков приходится одно-единственное достоинство, и то сомнительное. Может быть, кто-то захочет познакомиться и с Гошей…
На сцене тем временем продолжались речи. Варвара долго пыталась понять, что же ей это все напоминает… и наконец, вспомнила, как однажды, не в самый лучший период жизни, когда из НИИ она уже ушла, а о магазине еще даже не думала, нелегкая занесла ее на собрание «Гербалайфа». Там, как здесь теперь, она ощутила какой-то западный привкус.
«Ну точно, что-то среднее между какой-нибудь прозападной религиозной общиной и «Магазином на диване». Все слишком поставлено, срежиссировано и отточено, а поэтому не совсем натурально. Похоже, эта дама с высокой прической произносит эту речь каждую среду, пускает слезу строго по регламенту, в общем… Что же будет дальше? Предложат заплатить вступительный взнос?»
Пока она размышляла, ораторы сменялись: одна за другой к микрофону подходили дамы, коротенько рассказывали свою душещипательную историю развода, тем самым убеждая зрительниц, что все они прошли через это испытание.
«Интересно, деньги просто попросят или потребуют. И сколько? В кошельке у меня не больше пятисот рублей. А что со мной сделают, если я не наберу положенной суммы?»
Ответ на ее немые вопросы оказался совершенно неожиданным. Когда выступили все, кто стоял на сцене, к микрофону вновь подошла дама с высокой прической:
— Мы предлагаем вам вступить в наш «Клуб разбитых сердец». Мы искренне желаем помочь вам, потому что знаем не понаслышке, каково приходится женщине, которую бросили. Мы предлагаем своим членам разнообразные формы поддержки — начиная от сеансов психоаналитика до содействия в устройстве на работу. Наш Клуб очень мощная и многочисленная организация, нас более тысячи женщин, готовых кинуться вам на помощь. Вы удивитесь, но никаких денег, никаких вступительных взносов от вас не требуется. Только терпение и желание выбраться из пропасти отчаяния, начать новую жизнь, стать счастливой, как все мы. Если вы спустя какое-то время почувствуете, что уже крепко стоите на ногах и наша поддержка вам больше не нужна, вы просто уйдете. Но, как правило, — тут она совсем по доброму и очень искренно улыбнулась, — как правило, мы все дружим и помогаем как друг другу, так и новым членам. Почему я сказала, что деньги от вас мы не возьмем? Да потому что Клуб работает исключительно на энтузиазме. Я имею в виду тех, кто уже пережил свою трагедию, как мы, находящиеся сейчас на сцене. Если у вас возникнет вопрос, на какие же средства мы существуем, то отвечу: у нас неплохие спонсоры, иногда мы сами зарабатываем себе деньги, ведь бросают не только домохозяек, а представьте себе, юристов, бизнеследи и даже модельерш. Вот так. Да, чуть не забыла: завтра в это же время у нас будет чаепитие. Завтра вы сможете поподробнее расспросить о программах реабилитации и вообще поговорить. Ну и первый сеанс психотерапии тоже завтра. Поверьте, это вам реально поможет.
А теперь, пожалуйста, встаньте и повторяйте за нами все движения. Все наши собрания заканчиваются именно этим танцем.
Это гимн нашего Клуба.
Тут, к великому удивлению Варвары, зазвучали вступительные аккорды прошлогоднего хита всех Маняшиных вечеринок — «Танго-Дижанейро».
* * *— Бесплатный сыр бывает только в мышеловке! — отчеканила Катерина, прослушав историю Варвары о посещении «Клуба разбитых сердец». — Я вообще не понимаю, кой черт тебя дернул туда потащиться?
— Но Гоша… — начала было оправдываться она, но, натолкнувшись на строгий взгляд подруги, осеклась.
— Твое любопытство когда-нибудь тебя погубит, — Катерина кивнула, чтобы ее утверждение выглядело еще убедительнее. — И про «Гербалайф» я согласна.
— Да ты понимаешь… человек все-таки существо общественное. Не знаю почему, но мне в этом Клубе понравилось. Там какая-то общность чувствуется. Единодушное желание стать красивее, умнее, удачливее…
— Слушай, в нашей стране так просто ничего не бывает. А в Америке тем более! И если тебе кажется, что этот Клуб проамериканский, — жди подвоха. Сначала тебе предложат что-нибудь распространять, или завлекать новых членов, или еще какую-нибудь ерунду, а потом и оглянуться не успеешь, как тебя втянут в сомнительное мероприятие типа финансовой пирамиды или, того хуже, накачают наркотиками и заставят все свои движимые и недвижимые капиталы передать в фонд общины. Помяни мое слово! — Пламенную речь Катерина закончила уже совершенно красной от возмущения.
— Да что, у меня головы на плечах нет? — покраснела в свою очередь Варвара. — Мне почти сорок лет, я содержу огромный магазин, и, по-твоему, у меня не хватит смекалки понять, когда меня начнут втягивать в сомнительное мероприятие, тем паче накачивать наркотиками?
— Тебе пока нет сорока, — спокойно и рассудительно ответила подруга. — Не ты содержишь магазин, а он тебя, и, по-моему… — тут она придирчиво оглядела ее с ног до головы, — по-моему, у тебя не хватит смекалки понять, когда дорожка станет скользкой. А когда поймешь, будешь уже плотно сидеть на ней задницей и катить под горку со скоростью шквального ветра. Вот скажи, откуда у них такие капиталы? Откуда у «Клуба разбитых сердец», который состоит исключительно из брошенных жен, особняк на Соколе, практически в парке, да еще с евроремонтом? И с каких это доходов они позволяют себе давать объявления во все крупные газеты и в жутко дорогие журналы, а? Варь, так нельзя. Нельзя быть такой наивной!
— Господи! Да откуда такие дикие выводы?!
— Ты хоть знаешь, каких людей переламывают во всякого рода сектах?! Белое братство, Аум-Синрикё, МММ, адвентисты, сатанисты, вудисты, эта, как ее — Властилина. Знаешь, сколько пострадавших? Это же половина моей практики. Тоже хочешь стать моей пациенткой?
— Никогда!
— В таком случае мой тебе совет: больше даже не вспоминай об этом Клубе — и точка!
— А как же Гоша?
— Это твой сосед недоделанный, так? Слушай, тут дело совсем плохо!