Андервуд. Том 1 (СИ)
Клинок с яростью разрезал внутренние органы. Ник делал это на ощупь, просто желая перед смертью из вредности, показать характер. Каково же было удивление, когда сосуд пополнился ненормальным количеством магической энергии.
Провалившись в желудочную кислоту, он чуть не вырубился от болевого шока, но каким-то чудом успел вскрыть стенку пищевода. Когда выпал оттуда, меч пришлось отпустить — кисть сожгло кислотой. Похоже, именно она была источником убойного зелёного огня. Только здесь её концентрация в разы сильней.
В общем, тварь упала и больше не шевелилась, а всё, что он мог сделать — это отползти подальше от очага опасности. Ну и вскоре подоспели Саймон и Ганс.
Только потом Ник узнал, что не умер благодаря огромному куску емировой руды, украденного смазливым аристократом. Очнувшись, первое что ощутил — это чудовищный голод. Он не помнил, как насытился сердцем и вырубился. В прошлый раз было то же самое.
После пробуждения и возгласов Ганса он обратил внимание, что и вправду — его покалеченные ноги и рука целы. Вопросов стало ещё больше.
Скорее всего, в самом поглощении есть заложенное свойство исцеления или перерождения тела. В прошлый раз у него была повреждена рука в плече. Да, точно. Он вспомнил момент с глазницей дракона и как держался за перелом, отпугивая слизней, а на следующее утро уже был новенький.
Возможно, тогда в пылу событий он не придал этому значения, но теперь точно знал: сердце врага — ключ к исцелению. Ганс безостановочно тарахтел, пока Саймон помогал обмыться и создавал магический поток воды.
Всё это время Принц отгонял слизней от добычи, а спутники ждали, пока он проснётся. Точнее, так распорядился сенсей. Ник сначала удивился, но потом подумал, что, возможно, это было правильное решение — вдруг он бы не восстановился полностью?
Из-за странного стечения обстоятельств его волосы окрасились в пепельно-седой цвет. Удивительно, что они вообще сохранились. Скорее всего, пигмент смыло тем зелёным пламенем, ну или это какой-то сбой в организме произошёл.
— Как себя чувствуешь? — спросил Саймон, когда они отобедали походными запасами.
Ник прислушался к ощущениям, поводил плечами и, не обнаружив ничего сверх обычного, ответил.
— Да вроде также всё, хотя… — нет, всё же было, что-то странное после того, как он поел, мышцы будто налились чрезмерным количеством крови, а энергия так и рвалась наружу.
Ник встал, пока ребята упаковывали продукты в рюкзаки, вытер губы ладонью и, увидев Принца, направился к нему, но не для того, чтобы погладить. Хотелось проверить одну теорию.
— Ник что ты… Мать моя женщина! — вскочил Ганс, наблюдая, как спасённый им спутник поднял двумя руками варана и отбросил метров на пять.
Ящерица такого не ожидала и, выпучив от удивления глаза, мягко приземлилась. Хвост нервно хлестал туда-сюда.
— Ты был прав, Саймон, — сказал Ник, — кажется, я Жнец, — если и были какие-то сомнения раньше, то сейчас они окончательно развеялись.
Судя по легендам, Жнецы обладали недюжинной силой. Он ещё тогда думал: ну что за дурацкая способность — крик. С ней мало что можно было сделать. Да, она выручала не раз и довольно удобна во всяких хитрых приёмах, когда противник не в курсе, кто перед ним. Но использовать её можно было от силы раз в день.
Он проверял на червях. После крика накатывала усталость, и приходилось больше спать. В идеале его не следует использовать сразу на другой день, а дать организму отдохнуть.
Сейчас же он получил убойный физический потенциал, и вот с помощью него можно нивелировать воинские недостатки. Принц подошёл к нему с опаской, постоянно «нюхая» воздух раздвоенным языком, но в этот раз Ник просто погладил его по шее.
— Это же… ты представляешь, что мы можем теперь сделать, — глотая слова, затараторил Ганс. — Да мы все эти пещеры обдерём до нитки…
— Кстати, по поводу этого, — перебил его Саймон, скрестив руки на груди. — Как собираешь возвращать украденное?
— Что? — не понимая, спросил аристократ, увлечённый перспективами скорого обогащения.
— Нужно положить назад, что взял, прежде чем заметят пропажу, — настаивал тренер.
— Да ничего я не буду класть. Скажем, эта сраная жаба утащила или кто-нибудь ещё.
— Доиграешься ты Ганс, не к добру это.
— А может, возьмём ещё? — с надеждой посмотрел тот на учителя. — Всё равно ведь заметят, так можно…
— Всё заткнись, слушать тебя не хочу, — отмахнулся от него Саймон. — Предлагаю разделать эту гадость, и отправится домой, — сказал он ученикам.
— А что с неё можно взять? — спросил Ник, ему не терпелось голыми руками порвать эту лягушку, хоть она уже и была мёртвой.
К сожалению, они не взяли с собой специальной тары для всяких смертоносных веществ, ведь отправлялись за летающими монстрами, так что вариант с желудочной кислотой отменялся. Решили нарезать лоскуты кожи, а также в качестве доказательства ликвидации угрозы пару зубов. Их нужно будет предъявить для получения награды.
Ник с лёгкостью раздвинул сжатые челюсти, а Саймон, проворно работая мечом, сделал несколько разрезов и вырвал пару клыков. Кстати, по поводу силы, ведь у учителя тоже были внушительные показатели мощи, но использовал он их крайне редко.
Выяснилось ещё, что сенсей и спринтер неплохой. Дальше Ник помогал сдирать кожу, а также на глазах у удивлённого Ганса сломал жабе пару костей.
— Да что ты будешь делать? — завёл руки за голову аристократ, а Ник, чтобы ещё больше поугорать над другом, взялся за нижнюю конечность и протащил эту многотонную махину несколько метров.
Правда, ногами зарылся в землю от усилий, и за ним растянулась вспаханная борозда.
— Ну, всё хватит, мы поняли, какой ты классный, грузи кожу и идёмте уже отсюда, — скомандовал Саймон.
Ник, будто у него отобрали игрушку, отпустил перепончатую лапу, но в последний раз решил кое-что проверить и ударил кулаком в мясистый участок. Он пока не знал предела своей силы. Навскидку задействовал процентов тридцать. Кожу Ник не пробил, а вот собственная кисть неприятно хрустнула и стала красной.
Чёрт. Он идиот.
— Ты идиот, — вздохнул Саймон и пошёл за вараном.
— Ты как? — сочувственно спросил Ганс.
— Ну… — если честно хотелось заорать от боли, — т-терпимо.
Рука уже начала опухать. Похоже, он не сможет использовать всю свою силу на полную катушку. Ведь его кости и мягкие ткани просто разлетятся к грёбаной бабушке!
Достал купленную аптечку, обезболил руку и нанёс мазь, сращивающую кости, затем перевязал. По заверению алхимика-аптекаря заживление может занять от одного до двух дней, если переломы множественные. Походу у него как раз такие. Сломано несколько пальцев, ещё и смещение.
В прошлом мире у него бы и шанса не осталось на полное восстановление функциональности, но здесь он не боялся насчёт этого. Магия всё поправит. Просто какое-то время придётся побыть недееспособным.
Шкуры в итоге снял Саймон, а Ник лишь в конце чуть-чуть помог здоровой рукой. Они нагрузили Принца с горкой. По словам учителя, скупщики будут драться за такой редкий материал, ведь аристократы повёрнуты на статусных вещах. Похоже, в Андервуде скоро появится мода на ножны из кожи огромной жабы, а дамы будут щеголять редкими сапожками.
Остальное оставили на съедение слизням. Компания двинулась к выходу. Чтобы не нагружать, Принца все отправились пешком. Миновали туннель и снова попали в разрушенный город. Ганс по пути деланно вздыхал, как бы намекая, что не всё потеряно.
— Да не трави ты душу, — заткнул его Саймон. — Как барышня выделываешься. Я тебе сказал — поймают, прикрывать тебя не буду. Мне своя шкура дороже — сразу же сдам тебя.
— Вот, значит, вы как, — пнул камешек Ганс, — а я, между прочим, не просто так его взял.
— Ну да, извини, великий предсказатель будущего. А ты чего туда попёрся? — спросил он уже Ника.
— Да так, — тот не знал, как объяснить учителю. — По наитию.
— Мне, кажется, вы не в ту школу поступили. Я не спец по самоубийствам.