Это была любовь (СИ)

— Поверить не могу, что Бейкеры отпустили тебя с нами.
— Думаю, они рады, что я лишний раз не попадаюсь им на глаза. К тому же они летят на частном самолете родителей Кайлы, а смотреть шесть часов на то, как эта барби жалуется своему папочке на то, что ей нагрубили в школьной столовой, я просто не смогу.
— Ну и отлично, тебе будет лучше рядом со мной.
Сейчас я сижу в частном самолете родителей своей подруги. Завтра вечером в Нью-Йорке будет проходить благотворительный вечер, на котором будут присутствовать самые влиятельные люди штата. И Бейкером понадобилась, чтобы я тоже присутствовала на этом вечере. Все потому что там будет много репортеров и папарацци и им нужно, чтобы меня просто заметили. Мол, вот, смотрите, семейство Бейкеров помогает своей сиротке-нищенке, выводит ее в люди и делает из нее человека. Плюс один к карме. Ненавижу. Ненавижу эту показуху, но я не могла ничего сделать, я противилась всеми силами, но стоило Дилану Бейкеру один раз рыкнуть на меня, как я сразу же стыдливо опустила глаза. Я боюсь его, очень сильно боюсь. Думаю, этот человек может убить.
— Бейкеры делают это специально. Принижают меня и указывают на мое место. У меня ведь даже платья нет подходящего, а Сандра будет радоваться, если я буду выглядеть как оборванка.
— Это не проблема, подружка. Мы найдем тебе самое лучшее платье в Нью-Йорке, — Кристен накрывает мою ладонь своей и ее взгляд меняется. — Мне очень жаль, что мистер Бейкер так плохо с тобой обращается. Ты этого не заслуживаешь.
— Этого никто не заслуживает. Мне страшно, Кристен, я боюсь этого человека. Мне страшно от того, что он управляет моей жизнью, дергая ее за ниточки, — я закрываю лицо руками. — Я хочу уехать. Туда, где он меня не найдет.
— Как это уехать? Куда? — подруга округляет глаза и в ее взгляде закрадывается страх.
— В Луизиану, хочу вернуться в свой родной город. Это жизнь не для меня, Кристен. Я чужая среди вас.
— А я? Как же наша дружба, Рита? — подруга первое время ошарашенно смотрит на меня, но потом, словно спохватившись, меняется в лице. — Ты же не можешь уехать, Бейкеры все еще твои опекуны.
— Мне восемнадцать и по закону они перестали быть моими опекунами пару дней назад.
— А как же Клайм? — подруга задает вопрос, который мучал меня все это время. Только об одном упоминании его имени, мое сердце простреливает стрелой боли и обиды. Я вновь чувствую, как все внутри начинает дрожать от боли. Я мысленно плачу и на секунду закрываю глаза.
— Он же сделал тебе предложение. Соглашайся, Рита. Расскажи ему о выходках его отца и уезжайте вместе подальше от этих тиранов.
— Ты правда думаешь, что между мной и привычной богатой жизнью он выберет меня? — я издаю смешок. — Кто сказал, что его чувства ко мне настолько сильные, что он сможет бросит все? Да даже если сможет, Дилан и Сандра его не отпустят. Они найдут его и заставят делать то, что нужно: а именно жениться на красавице Кайле и в будущем возглавить империю Бейкеров.
— Нужно верить, помнишь? — Кристен сжимает мою руку и мягко смотрит на меня. — Ты ведь сама меня учила, что нужно верить в лучшее.
— Верно. Но не во всех историях бывает Хэппи Энд.
***
По прилете мы сразу же заселяемся в шикарный пятизвездочный отель в пентхаус на последнем этаже. А после легкого завтрака, сразу же отправляемся искать мне платье. Я не из тех людей, которые идут на опрометчивые и скоропалительные поступки, тем более в скором времени мне нужно съезжать, а точнее сбегать, но несмотря на это, я купила одно прекрасное платье, ценник которого при первом взгляде смог меня напугать. Но надев на себя, я уже не смогла его снять.
Платье было из бархатной бордовой ткани. Короткое, выше середины бедра. На груди — тесный корсет, который делал мою талию еще уже, на груди — две чашечки, от которых берет начало россыпь блестящих страз, которые тонкой линией, имитируя лямочки, спускаются на середину плеча. Просто невероятное платье. Если уж я буду всеобщим достоянием на этом вечере, то нужно ему соответствовать.
 
Волосы я спешно уложила в плавные волны на один бок. Серебристые лодочки и гвоздики в уши с маленьким камушком. Когда мы ехали в Роллс-Ройсе с родителями Кристен, Роберт сказал, что ему звонил мистер Бейкер, чтобы проследить, прилетела ли я в Нью-Йорк. При этом папа Кристен улыбался и говорил, что это прекрасно, что Дилан переживает за меня. Я лишь молча кивнула. Знал бы он, что это не забота, а лишь попытка в очередной раз проконтролировать мою жизнь.
Когда автомобиль остановился у входа роскошного ресторана, и я вышла на улицу, то поняла, что вечер будет тяжелым и долгим.
  
Глава 32
 
Внутри ресторан еще роскошнее, чем снаружи. Высокие потолки, а на них — хрустальные люстры, освещающие пространство ярким светом. Мраморный белый пол, в котором отражаются огни потолочных ламп. Множество пронумерованных столиков, накрытые белыми кружевными скатертями из настоящего шелка, бархатные стулья с мягкими спинками, небольшая сцена, с микрофоном для ведущего посередине. Плазменные телевизоры, большое количество живых цветов, которые собраны в большие белые пучки. Хрустальные бокалы, позолоченные тарелки и столовые приборы. Одним словом — идеальное пристанище для богатых людей.
Мы проходим мимо большого скопления людей: мужчины в дорогих смокингах, женщины в шикарных вечерних туалетов. В воздухе витает аромат дорогого парфюма, презрения, зависти и лицемерия. Я смотрю на лица присутствующих людей и мысленно могу разделить их на две группы: одни — увлеченно либо рассматривают интерьер заведения, либо общаются со своими друзьями, другие же, наоборот, даже не скрывая свое недовольство, с заметным лицемерием смотрят на других людей. Пока я отвлекалась на поведение богатых снобов, не заметила, как мы подошли к семейству Бейкеров и Иви.
— Дилан, рад видеть! — отец Кристен радушно приветствует мистера Бейкера и тот, натянув вежливую улыбку, пожимает ему руку. Надо же, никогда бы не подумала, что отец Клайма станет пресмыкаться. Мне даже становиться смешно от того, как меняется его выражение лица в тот момент, когда перед ним появляется человек с большим капиталом, чем у него.
— Прекрасное платье, Кристен, — Сандра широко улыбается и показывает всем неестественную белизну своих зубов.
— Спасибо, миссис Бейкер.
На моей подруге действительно очень красивое струящиеся платье в пол мятного цвета. Этот оттенок идеально подчеркивает ее зеленые глаза. Взгляд Сандры скачет от лица Кристен на мое, и она слегка прищуривается, окинув мой наряд презрительным взглядом. Несмотря на то, что здесь родители Клайма и Кайлы, их самих здесь нет. Я начинаю аккуратно оглядываться по сторонам, чтобы найти знакомые лица, но тут меня опережает взвинченный голос матери Кайлы:
— А вот и наши детки!
Все оборачиваются и я в том числе. В нашу сторону идут Клайм и Кайла. Он — в черном костюме, не классическом, а дизайнерского кроя, и того же цвета рубашка, расстегнутая сверху на одну пуговицу, рядом с ним, порхая, как бабочка, идет Кайла в длинном белом платье, очень похожем на… Свадебное? На бедре — глубокий вырез, тесные чашечки еле держат ее пухлую грудь, волосы собраны в низкий пучок, из которого намеренно выбиваются волнистые пряди. Кайла вся сияет и когда ее взгляд встречается с моим, она специально демонстративно жмется к Клайму. Когда я перевожу взгляд на него, то понимаю, что он, оказывается, давно заметил меня. Его брови удивленно дергаются вверх, глаза широко раскрываются, а губы немного приоткрываются. Он скользит быстрым взглядом по моим оголенным плечам, ногам и затем вновь возвращает глаза на мое лицо.
— Кайла, доченька, мы вас уже потеряли.
Меня сейчас стошнит от фальшивого тона миссис Иви. Она ведь знает, что Клайм бросил их дочь ради меня и поэтому сейчас пытается всем видом показать, что все замечательно. Клайм и Кайла подходят к нам, и парень останавливается прямо рядом со мной. Всеми рецепторами кожи я чувствую жар от его близости и нервно дергаю рукой, чтобы сбросить напряжение. Почему я так остро реагирует только на одно его присутствие?