Черноморский призрак (СИ)

Следуя по акватории порта к причалу, я убедился, что вся наша «хулиганская флотилия» в сборе. В недавнем прошлом коммерческие пароходы «Херсон», «Скадовск», «Тарханкут», «Аккерман», «Очаков» и «Измаил» уже обзавелись кое-каким вооружением и вполне могли как патрулировать подходы к Одессе, так и совершать набеги на вражеские коммуникации. Правда, в стиле «ударил-удрал». Вступать в бой с линейными кораблями и фрегатами противника им лучше не стоило. Как и с пароходофрегатами. Хотя... Если доставить в Одессу пушки нашего завода... И установить хотя бы по одной штуке на каждый пароход... Такая «волчья стая», ведя огонь с дальней дистанции, может «загрызть» любого одиночного противника, каким бы сильным он ни был. Даже паровой винтовой линейный корабль англичан, или французов. Подумаем над этим вопросом...
После швартовки к причалу сразу же отправился к командиру порта Новосильцеву, который теперь и командующий «хулиганской флотилией». Субординацию никто не отменял, да и последние новости нужно узнать. Ибо далеко не все, о чем болтают на одесском Привозе, является правдой. Погода стоит мерзопакостная, холодный ветер с дождем, но это все же лучше, чем то, что творится за Карантинным молом. Не завидую тем, кого сейчас застал шторм на паруснике. Да еще и вблизи подветренного берега. Из истории моего мира знаю, что в этот шторм у турок погибло много судов. Причем большинство было выброшено на подветренный берег.
Как оказалось, Новосильцев уже знал о нашем прибытии, поэтому принял меня незамедлительно. Он видел, как «Лебедь» входил в порт, и после взаимных приветствий не смог скрыть своего восхищения.
- Юрий Александрович, такого я еще не видел! А уж повидал немало за голы службы. Влететь на полном ходу в гавань и быстро остановиться! А затем аккуратно подойти к причалу, - такое выше моего понимания! Как Вам это удалось?!
- Возможности двухвинтового судна с паровой машиной, Георгий Вадимович. Маневренность гораздо выше, чем с одним винтом. А достаточно высокая мощность и скорость позволяют как свести к минимуму дрейф при проходе узкостей, так и быстро погасить инерцию при запуске машин на задний ход. Так что, ничего сверхъестественного в этом нет. Всего лишь законы физики и умение ими пользоваться.
- Да уж, как на словах все просто... Но мы к этому еще вернемся. Юрий Александрович, до нас дошли сведения о вашем участии в бою возле Пицунды и у поста Святого Николая. Теперь хотелось бы узнать подробности непосредственно от виновника торжества...
Рассказ о событиях возле поста Святого Николая и о бое возле Пицунды произвел на Новосильцева соответствующее впечатление. До Одессы эта информация уже дошла, хот и в искаженном виде. Где трудно было отличить правду от вымысла. Поэтому Новосильцев решил дождаться, когда мы вернемся в Одессу, чтобы узнать все из первых рук. Уж слишком фантастично все выглядело. Недоверия добавляло то, что командир «Флоры» Скоробогатов, надо отдать ему должное, не стал принижать наш вклад в победу над тремя турецкими пароходофрегатами, и прямо написал в донесении, что если бы мы не лишили турок хода в самом начале боя, то на такой результат не стоило рассчитывать. Но никто из моряков «старой школы», находившихся сейчас в Одессе, в это не поверил, сочтя обычными морскими байками.
А поскольку все оказалось правдой, и информация уже ушла в Петербург, то очень может быть, что нас даже как-то наградят. Конечно, некомбатантам рассчитывать на орден «Святого Георгия» не стоит. Его Скоробогатов получит, причем вполне заслуженно. Но «Станислава» дать вполне могут, А мне даже вторую степень, поскольку третья уже есть. Может быть кто-то «Знак отличия военного ордена» получит, или медали. Тут уже все от настроения Николая Павловича зависит. И от того. под каким соусом ему эту информацию преподнесут. Но гораздо важнее было бы, если сделали заказ на наши пушки. А то, снова придется воевать с супостатом «ядерным» оружием, как в моей истории.
 
Однако, это была информация, которая уже пришла в Одессу. Хоть и весьма искаженная, но особой новостью для Новосильцева она не стала. Какого же было его удивление, когда он узнал о Синопе. Такой славной виктории флот российский не знал уже давно. Мы первыми доставили эту новость в Одессу. Рассказав все подробно, подчеркнув высокую эффективность нарезных казнозарядных орудий, прекрасно показавших себя как в бою возле Пицунды, так и возле Синопа, я поинтересовался, что произошло в Одессе за время нашего отсутствия. И вот тут Новосильцев меня удивил. Стало ясно, что мои игры по вмешательству в ход Истории дали неожиданные «побочные эффекты».
Во время боя в Синопской бухте и после него меня удивило отсутствие наших пароходов. В истории моего мира они хоть и пришли уже после того, как сражение закончилось, и успели лишь пострелять по удирающему «Таифу», но все таки пришли. Ганс обнаружил их в Севастополе, причем со свежими повреждениями. Это объясняло их отсутствие возле Синопа, но создавало новые вопросы. Как выяснилось, «Аккерман» побывал недавно в Севастополе, и вернулся в Одессу на сутки ранее нас. Вот он то и доставил важную информацию.
Наши пароходы - «Громоносец» под флагом Корнилова, «Крым», «Херсонес» и «Одесса» патрулировали неподалеку от Босфора, наблюдая за противником. Турки не предпринимали попыток выйти в Черное море довольно долго. В моей истории султан решил не посылать помощь эскадре Осман-паши, стоящей в Синопе, решив, что имеющихся сил достаточно. Но здесь что-то заставило его сделать по-другому. Возможно, известия о неудачной высадке десанта возле поста Святого Николая вынудило послать подкрепления, а возможно англичане с французами насоветовали. Как бы то ни было, но незадолго до начала Синопского сражения отряд Корнилова обнаружил выходившую из Босфора турецкую эскадру в составе трех линейных кораблей, четырех бригов и двух пароходов. Погода была не вполне благоприятная, но видимость отличная, поэтому русские и турки обнаружили друг друга на большом расстоянии. Командующий турецкой эскадрой понимал, что не может тягаться с таким противником в скорости и маневренности, тем более находящемся на ветре. А посылать два своих парохода против четырех русских — не самое лучшее решение. Поэтому решил воспользоваться своим преимуществом в огневой мощи, отражая наскоки наглых гяуров, если таковые последуют. Количество пушек и их калибр на наших пароходах турки прекрасно знали, поэтому особо и не беспокоились, продолжая следовать своим курсом. Каково же было их удивление, когда один из пароходов — в данном случае «Громоносец», обогнал флагманский линейный корабль, зашел ему впереди курса, и открыл продольный огонь из одной единственной пушки с большой дистанции с высокой точностью. Причем не ядрами, а бомбами! Не все выстрелы попадали в цель. Но те, что попадали, наносили катастрофические разрушения. Бомба пробивала обшивку борта и взрывалась внутри корпуса. Турецкий флагман пытался маневрировать, увалившись под ветер, чтобы уйти с гибельной позиции и ввести в действие многочисленную бортовую артиллерию, но это ему не помогло, Огонь турок был малоэффективен из-за большой дистанции. «Громоносец» получил всего лишь одно случайное попадание ядром, не нанесшим фатальных повреждений. Чего нельзя было сказать о турецком флагмане. Вскоре на нем начался пожар. «Громоносец» перенес огонь на следующий корабль в линии. В это время «Крым»., «Херсонес» и «Одесса» атаковали хвост турецкой колонны, находясь в мертвой зоне для бортовой артиллерии линейных кораблей. Противостояли им два турецких парохода, но без особого успеха. Назвать происходящее боем было сложно. Это напоминало нападение волчьей стаи на сильного, но медлительного и неповоротливого противника. Пока «Крым», «Херсонес» и «Одесса» отвлекали турецкие пароходы, ведя перестрелку с большой дистанции, «Громоносец» вел огонь по второму линейному кораблю, который как ни пытался, так и не мог сократить дистанцию, находясь под ветром. Поняв, что дальнейшее продолжение боя грозит полным разгромом, турки развернулись на обратный курс и поспешили укрыться в Босфоре. Но это удалось не всем. Флагман - девяностопушечный линейный корабль «Пейки Зафер» взлетел на воздух. Огонь добрался до пороха в крюйт-камере. Второй линейный корабль — девяностопушечный «Тешрифие», хоть и смог выйти из-под обстрела «Громоносца» (у которого просто закончились бомбы), но получил такую сильную течь, что был вынужден выбросится на берег у мыса Анадолу на входе в Босфор. Перестрелка между турецкими и нашими пароходами не дала заметного результата, Попадания были с обеих сторон, но к фатальным повреждениям это не привело. Турки смогли удрать, а «Громоносец», «Крым», «Херсонес» и «Одесса» благополучно вернулись в Севастополь. Эскадра контр-адмирала Новосильского к этому времени уже ушла на соединение с Нахимовым, поэтому там об этом бое ничего не знали. А пароходы из-за полученных повреждений решили к Синопу не посылать. Тем более, «Громоносец» израсходовал весь свой запас бомб для нарезного орудия, и оказать существенного влияния на предстоящее сражение с эскадрой Осман-паши все равно не мог. Во всяком случае, князь Меншиков решил именно так. Хоть Корнилов и настаивал на выходе, утверждая, что повреждения не критичны, и пароходы вполне боеспособны, но Меншиков не захотел рисковать.